В Москве реорганизуется система паллиативной помощи……..

Приказом департамента здравоохранения Москвы все восемь московских
хосписов и Центр паллиативной медицины объединены в одно учреждение.
Формально оно носит название Центра паллиативной медицины, а хосписы
стали его филиалами.

Это позволит обеспечить доступную и качественную медицинскую помощь всем
нуждающимся в ней пациентам и во всех профильных лечебных организациях,
утверждает руководитель столичного Департамента здравоохранения Алексей
Хрипун. Его слова приводятся на сайте департамента здравоохранения столицы.

«Согласно этому приказу мы сокращаем административно-управленческий
аппарат, создаем новые рабочие места для врачей и среднего медицинского
персонала. Система паллиативной помощи – особое направление в столичном
здравоохранении и очень важно, чтобы это новое направление развивалось
идеологически, методически и функционально. В Москве уже работает Центр
паллиативной медицины, 8 городских хосписов, прием ведут более полусотни
кабинетов в городских поликлиниках, специальные отделения для детей и
взрослых в многопрофильных стационарах. Мы планируем расширять
возможности нашей патронажной службы, увеличивать количество выездных
бригад, обеспечение этих пациентов всеми необходимыми лекарственными
препаратами», — сообщил Хрипун.

Паллиативную помощь получают только 25% нуждающихся

В Москве ежегодно в паллиативной помощи нуждается около 56 тыс. больных,
и прогнозы показывают, что цифра эта будет расти, рассказала
«Интерфаксу» директор Центра паллиативной медицины Анна (Нюта)
Федермессер. «Тому виной и демографическая ситуация — старение
населения, и развитие медицины, люди стали меньше умирать от
сердечно-сосудистых заболеваний, выросла продолжительность жизни при
тяжелых хронических заболеваниях, — пояснила она. — Однако, по данным
2015 года, паллиативную помощь получили в городе не более 14 тыс.
человек. То есть около 25 %. И реорганизация призвана как раз эту
ситуацию исправить».

По словам Нюты Федермессер, в Москве много лет работали восемь хосписов,
примерно одинаковые по структуре, но разные по результативности. В любом
хосписе 30 коек, каждый из них работает по территориальному принципу, в
каждом организована выездная служба. Однако в одних хосписах врач за год
посещал около двух тысяч больных, а другом — чуть больше 300, рассказала
Федермессер. «В одних хосписах эффективные лекарства, в том числе
опиоидные анальгетики, расходовались в сотнями упаковок, а в других —
считанными единицами, — продолжила она. — И финансирование было очень
разное. Где-то было круглосуточное посещение, а где-то родственников не
пускали к их умирающим близким. Соответственно, одни хосписы
пользовались заслуженным уважением, а отношение к другим было весьма
настороженным».

Около 80 % пациентов хосписов не требуют госпитализации, им достаточно
получать адекватную терапию дома. Однако анализ работы хосписов показал,
что больные с одинаковыми диагнозами, одинаковой тяжестью состояния и
одинаковыми условиями жизни в одном случае оказывались на хосписной
койке, а в другом — оставались жить дома, обезболенные, с круглосуточной
поддержкой медицинского персонала, среди своих родных стен и с близкими
рядом, сообщила Федермессер. То, что разные хосписы работали по разным
стандартам, неприемлемо, и данная реорганизация призвана сделать
качественную помощь в конце жизни доступной для каждого пациента в
Москве, рассказала директор Центра паллиативной медицины.

Система паллиативной помощи — это не только Центр паллиативной медицины
и хосписы со своими стационарами и выездными службами, продолжила она.
Это еще и отделения паллиативной помощи в 14 городских больницах (305
взрослых и 70 детских коек, а так же две детские выездные службы), и это
54 кабинета паллиативной помощи в амбулаторно-поликлинических центрах.
«Административно они, конечно, будут подчиняться своим главным врачам —
но методологически, идеологически и функционально — нам», — добавила
Федермессер.

Пока кабинеты паллиативной помощи наполовину недоукомплектованы врачами,
однако они уже получили финансирование из городского бюджета.

Улучшить качество смерти

Врачи кабинетов должны тесно сотрудничать и с участковыми терапевтами, и
с врачами-специалистами по основному заболеванию пациента, и с
паллиативными стационарами и патронажными службами. Выездная служба,
которая должна заниматься профессиональной помощью пациентам и их семьям
в последний год жизни больного, в 2017 году будет переведена на
семидневный режим работы. Будут выделены круглосуточные бригады.
«Развитие выездной службы не только разгрузит скорые и сэкономит городу
деньги, но и приведет к улучшению качества жизни и, да, качества смерти,
паллиативных пациентов. Врачи скорой помощи, которые приезжают к нашим
больным, или оказываются беспомощными или делают свою работу — спасают,
и таким образом зачастую лишь продлевают мучительный уход», — отметила
Нюта Федермессер.

В хоспис надо госпитализировать человека, чей жизненный прогноз не
превышает три месяца. Однако сейчас, по словам Федермессер, в хосписах
зачастую лежат люди, чей прогноз порой больше года, а то и многих лет,
при условии хорошего ухода. «Да, такие пациенты тоже неизлечимо больны,
но они не являются клиентами паллиативной медицины. Это стабильные
тяжелые хронические больные, а паллиативная помощь должна появиться на
пороге, когда прогрессирующее заболевание вступило в активную
терминальную фазу. Стабильные хронические больные вполне могут
находиться дома, и при нормальной ситуации в семье и правильно
организованном уходе им дома лучше, там элементарно «родные стены». И
дома проще сохранить большинство жизненных функций, ведь дома меньше
правил и запретов. Вот таким стабильным пациентам нужны паллиативные
кабинеты в поликлиниках, а если состояние ухудшится, то тогда
подключатся выездные паллиативные службы центра, а позже, увы, и
хосписа. Главная задача выездной службы — патронаж. А главная цель —
работать с пациентом и его родственниками на опережение симптомов», —
сообщила она.

*Источник: * riaami.ru

Tags:

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос