Ребенок впал в кому из-за спора врачей Москвы и Московской области

Врачи областной клиники отказались госпитализировать ребенка, ссылаясь на то, что

он живет в Новой Москве, а московские требовали, чтобы пациента лечила область

Пока медики столицы и Подмосковья выясняли, кто возьмется за лечение тяжелобольного 12-летнего жителя Новой Москвы, мальчик впал в кому и едва не умер.

12-летнего Дмитрия Лискина доставили в Одинцовскую ЦРБ из городской больницы Троицка уже в тяжелом состоянии — ему поставили неутешительный диагноз: гнойная менингоэнцефалопатия.

— Если говорить проще, у ребенка началось воспаление мозговой оболочки и мозгового вещества, — объяснили Life News в клинике.

Врачи районной больницы сразу же поняли, что состояние мальчика очень серьезное и его надо срочно везти в более оснащенную клинику. Однако договориться о транспортировке не удалось: Москва категорически отказалась принимать ребенка, а область взяла пациента лишь тогда, когда подключились чиновники райздравотдела.

После многочисленных звонков ребенка все-таки удалось отправить в Московский областной научно-исследовательский клинический институт им.  М.Ф. Владимирского (МОНИКИ). Однако к тому моменту, когда вопрос был решен положительно, прошли почти сутки и Дима впал в кому.

— Сейчас состояние мальчика оценивается как крайне тяжелое, — говорят медики, — ситуация очень серьезная и делать какие-либо прогнозы преждевременно.

По словам представителя отдела здравоохранения Одинцовского района, Дима Лискин стал жертвой интриг чиновников от медицины.

— Когда в свое время Москва присоединила территории, у нас забрали большое количество земель, но при этом ни одного человека не взяли на свое соцобеспечение, — прокомментировала глава райздравотдела Дарья Пенионжкевич. — Между тем они там сами заключили договор с ФОМС (Фонд обязательного медицинского страхования), Минздравом, и теперь нас обязуют госпитализировать к себе пациентов с их московских территорий, которые никогда к нам не относились. Это Троицк, Подольск, Щербинка и т.  д. И вот этого пациента везут по пробкам черт-те откуда, а мы обязаны обеспечить ему неотложную помощь. А как нам быть, если мест нет и ремонт идет в инфекционном отделении?

По словам Дарьи Пенионжкевич, в районе маленькое количество больничных койко-мест, которых едва хватает на «своих» пациентов.

— А тут еще надо обслуживать другие районы, — говорит глава здравуправления, — это при том, что нет детской реанимации вообще, нет детских травматологов. К нам везут даже грудничков, а законодательство нам запрещает оказывать им помощь, так как нет соответвующих специалистов и отделения. В итоге получается они к нам направляют, а мы их отправляем отсюда. Такое происходит не потому, что врачи такие сволочи, а потому, что нет нормальных правовых документов.

В четверг как раз по этому поводу в райздраве собирался медсовет, в котором участвовали все ведущие специалисты больниц Одинцовского района.

— Мы предлагаем разработать четкий маршрут госпитализации конкретного пациента в ту или иную клинику в зависимости от заболевания внутри каждого района, — продолжает Дарья Юрьевна. — Мы не отказываемся принимать пациентов, но, чтобы решить проблему, необходимо заключить двустороннний договор с Москвой, по которому можно будет разгрузить наши больницы.

Пока продолжаются разбирательства медиков столицы и Подмосковья, 35-летний водитель Алексей Лискин и его супруга — учительница Наталья не спят ночами, разрываясь между 6-летней дочкой Варей и областным клиническим институтом, где лежит Дима. Их сын уже несколько суток находится в реанимации, и наступит ли улучшение, пока не известно.

— Договорился с врачами, что завтра меня пропустят к Диме, — усталым голосом говорит Алексей. — Возьму с собой священника, надеюсь, бог поможет нашему мальчику.

По словам Лискина-старшего, его сын впал в кому буквально за считаные часы.

— Все началось с банального насморка, Димка вообще не любит врачей, но тут пришлось поехать. Ночью я его отвез, а потом его начали переводить из больницы в больницу, — рассказывает Лискин-старший. — Видимо, есть у них распоряжение начальства, вот и возят.

В МОНИКИ Диме Лискину сделали экстренную операцию, но он до сих пор находится в тяжелом состоянии. Кого винить в случившемся, отец мальчика не знает, да и не хочет знать.

— Тех, кто виноват, судьба рано или поздно накажет, — уверен Алексей.

Елена Шереметова, Дарья Самотуга

Источник: lifenews.ru

Tags:

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…