Вопрос отбора эмбрионов по половому признаку при ЭКО до сих пор не урегулирован

Сергей Лебедев | Президент группы компаний Свитчайлд, член рабочей
группы Госдумы по разработке законодательства в сфере репродуктивных
технологий
Комментирует новость о том, что австралийцам хотят запретить выбирать пол ребенка при проведении процедуры ЭКО.
«Прежде всего, необходимо определиться и объяснить, о чем идет речь. В широком общественном сознании укоренилось представление, что из тех 2-х или 3-х эмбрионов, которые смогли прижиться в матке женщины после проведения экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), врачи оставляют один, определенного пола. Это в корне неверно.
Отбор эмбрионов по половому признаку может происходить в процессе ЭКО на стадии преимплантационной диагностики, до введения эмбрионов в матку матери (биологической, либо суррогатной). Однако на практике при применении данной процедуры происходит уничтожение только нежизнеспособных экземпляров. Не вдаваясь в подробности, можно резюмировать, что подобный же процесс происходит и при естественном оплодотворении. Только он происходит незаметно для родителей, в рамках природных процессов, заложенных в механизм размножения.

Правда, следует признать: если говорить о юридическом аспекте сохранения эмбрионов определенного пола, то с сожалением приходится констатировать, что юридической базы по этому вопросу не существует (впрочем, как и для многих других вопросов, связанных с репродуктивными технологиями). То есть технология существует и разрешена, ее применение никак не регламентируется, а сам вопрос «отбраковки» ребенка «ненужного» пола отдан «на откуп» врачам и родителям.
Я лично считаю, что такая ситуация в корне неправильна, и полностью солидарен с австралийскими коллегами. Отбор эмбрионов по половому признаку должен происходить исключительно по медицинским показаниям.  Например, в случае каких-либо наследственных заболеваний, которые передаются ребенку определенного пола. В остальных случаях применение данной процедуры нужно законодательно регулировать.
Но ни в коем случае речь не идет о запрещении преимплантационной диагностики вообще. Эта технология в ряде случаев просто необходима для успешного проведения ЭКО. В частности, она процедура позволяет исключить наличие у эмбриона хромосомных дефектов, что достаточно часто отмечается у матерей в возрасте за 35. Речь идет исключительно о регулировании применения технологии только для определения пола ребенка».
Здоровые же эмбрионы не уничтожаются, а отправляются в криохранилище для повторения искусственного оплодотворения в случае неудачи или для последующего повторения процедуры спустя некоторое время после рождения ребенка, если родители решились еще на одно прибавление в семье. Хотя криохранение эмбрионов является платной процедурой, ни один врач не возьмет на себя ответственность прекратить их хранение, даже когда перестала поступать оплата за эту услугу. Так что говорить об «умерщвлении» эмбрионов, по меньшей мере, некорректно.

Tags:

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…