Лечение стволовыми клетками приводит к чудесам

Ученые сомневаются в пользе стволовых клеток, но это не мешает исцелению больных Терапия, основанная на использовании стволовых клеток, способных к самообновлению и развитию в специализированные клетки живого организма, обещает стать панацеей от всех недугов. Многие специалисты надеются, что в недалеком будущем медики смогут использовать стволовые клетки для выращивания и замещения любых поврежденных органов, что стволовыми клетками можно будет исцелить все — от неизлечимых болезней мозга до тяжелых сердечных заболеваний.
Но, несмотря на усилия ученых всего мира, стволовые клетки все еще остаются тайной за семью печатями, а регулярно появляющиеся в прессе сенсационные новости не выдерживают проверки. Большинство серьезных исследователей отказываются верить в чудо клеточных технологий, но у этих методов есть свои защитники — те, кто воспользовался ими и выздоровел. Среди множества отзывов об эффективности лечения стволовыми клетками самыми невероятными можно назвать рассказы людей, вылечившихся от рассеянного склероза.  Рассеянный склероз – тяжелое аутоиммунное заболевание, приводящее к параличу и смерти человека. Возникает оно из-за того, что иммунная система ошибочно атакует покров нервных клеток в спинном мозгу, известный как миелин. В результате нервные клетки не могут эффективно передавать информацию от нейронов мозга к другим частям тела. Чтобы остановить развитие заболевания, врачи обычно используют высокодозную химиотерапию или прибегают к трансплантации костного мозга.
Англичанке Джейн Уилкс был поставлен диагноз «начальная стадия рассеянного склероза» в 2003 году. Болезнь прогрессировала очень быстро. «У меня были страшные боли в спине и невыносимые головные боли. Скоро я уже не могла ходить, и мне приходилось передвигаться в кресле-каталке. Я была не в состоянии контролировать мочеиспускание.  И что самое страшное, я начала терять всякую надежду», — говорит она.
Это продолжалось до тех пор, пока ее муж Пол не нашел в Интернете сайт швейцарской компании Advanced Cell Therapeutics (ACT). Медики из ACT предлагали лечение большого спектра заболеваний, в том числе и рассеянного склероза, с помощью инновационных стволовых технологий. Пол немедленно связался с компанией, и ее сотрудники предложили ему пообщаться с людьми, лечившимися в клинике. «Я разговаривал по меньшей мере с полусотней пациентов, — говорит Уилкс. — Почти все они восторженно отзывались о методах АСТ, утверждая, что после лечения их состояние улучшилось. Только один шотландец сказал, что лечение было напрасной тратой денег и что он намерен предъявить иск компании».
Супруги решились попробовать. «В первый раз с тех пор, как мне поставили страшный диагноз, — вспоминает миссис Уилкс, — я почувствовала, что есть еще надежда. Ведь для того чтобы жить, нужна хоть какая-то надежда».
Главная проблема, с которой они столкнулись, – нехватка денег. «В ACT нам назначили цену в 12 тысяч фунтов за курс лечения, — говорит миссис Уилкс. — Пол думал, что нам, наверное, придется перезаложить дом или продать его. Но до этого дело не дошло».  Миссис Уилкс, которая работала кассиром в магазине Asda в Ливерпуле, рассказала сослуживцам о том, что она собиралась сделать, и они решили выходить на работу по ночам, чтобы собрать недостающую сумму, а ее босс дал каждому кассиру по корзинке для сбора пожертвований.  За четыре месяца они собрали 12 000 фунтов. «Об этом была опубликована статья в местной газете, после чего голландская авиакомпания KLM заинтересовалась моим случаем и выделила нам с Полом бесплатные билеты на рейс до Амстердама», — говорит миссис Уилкс.
За неделю до того, как супруги должны были лететь в Нидерланды, им была назначена встреча с невропатологом, у которого миссис Уилкс обычно обследовалась. «Врач посоветовал нам быть очень осторожными.  Он сказал, что нам придется выложить кругленькую сумму, а никаких проверенных данных, доказывающих эффективность этого курса, нет. На что я ему ответила: «Допустим, мы не поедем, чем вы можете мне помочь?» А он мне сказал: «На самом деле я уже ничего не могу для вас сделать». Вот и причина того, что я все-таки поехала.  Традиционная медицина исчерпала свои возможности. Мне нужно было попробовать еще хоть что-нибудь».
Миссис Уилкс прошла курс клеточной терапии в клинике АСТ в Роттердаме в июле прошлого года. Магический курс был недолгим. «Мне просто выдали ампулу со стволовыми клетками, — объясняет миссис Уилкс, которой сейчас чуть больше сорока. — Клетки были получены из эмбриональной ткани — пуповины, которую так или иначе все равно бы выбросили. Клетки в ампуле были заморожены, и пришлось некоторое время подержать ее в руках, чтобы они согрелись. Затем я просто выпила их – это заняло примерно 20 минут, а следующую порцию получила в виде обычной подкожной инъекции, которую делали в спину.  Самое странное, что почти сразу же я почувствовала себя лучше.
Головные боли и боли в спине просто исчезли».  «За последние шесть месяцев, — говорит миссис Уилкс, — мое состояние устойчиво улучшалось. Проблемы с мочевым пузырем полностью перестали меня беспокоить. Я могу стоять, могу ходить. Могу играть со своими детьми. Кресло-каталка теперь стоит на чердаке без дела. Это просто фантастика!» Ее правая нога до сих пор сгибается с трудом, но она могла бы ходить, не пользуясь тростью, если бы не утверждала, что для уверенности трость ей просто необходима. «Если сравнивать ее состояние до и после, — говорит ее муж, — приходится признать, что случилось чудо».
Разумеется, чужому человеку трудно судить, действительно ли наступившее улучшение было таким впечатляющим, как утверждают Уилксы. Специалисты из ACT не оценивали, в каком состоянии находилась опорно-двигательная система пациентки до лечения, и традиционную магнитно-резонансную томографию для оценки размеров повреждений в клетках спинного и головного мозга в медицинском центре также не проводили. Более того, медики даже не наблюдали свою пациентку после лечения. «Нас просто просили позвонить в центр, если у меня возникнут какие-то проблемы, но сами они не собирались заниматься наблюдениями за течением моей болезни», — говорит миссис Уилкс. Впрочем, нужно отдать должное АСТ, они подарили миссис Уилкс дополнительный курс клеточного лечения.  «В АСТ мне сказали, что благодаря шумихе вокруг моего случая они получили такую рекламу, что теперь потенциальные пациенты буквально осаждают клинику. Я же собираюсь повторить курс в следующем месяце.  Если после это обе мои ноги станут здоровыми, это будет просто чудесно».
Ученые, занимающиеся исследованиями рассеянного склероза и клеточной терапии, сомневаются, что лечение в ACT может быть настолько эффективным. Признаюсь: у автора этих строк есть в этом личный интерес — 14 лет назад мне объявили о том, что я неизлечимо болен.  Услышав о новом клеточном методе лечения, я немедленно сообщил новость своему лечащему врачу, специалисту из Неврологического госпиталя на Кивн-Сквер в Лондоне.
«Это не невозможно, — заявил он. — Но если у медиков в АСТ что-то и получилось на этот раз, произошло это случайно, а не в результате серьезных научных исследований. Тот факт, что они не проводят экспертизу состояния своих клиентов до курса лечения и после, говорит о многом — ведь это элементарный шаг для любого мало-мальски серьезного исследования. Без этого вы просто не сможете установить, был ли хоть какой-нибудь эффект от лечения и добились ли вы своей цели. То, что после лечения пациенты не наблюдаются в медицинском центре, доказывает, что ACT волнует не здоровье клиентов, а их деньги».
По мнению многих врачей-невропатологов, стволовые клетки теоретически могут корректировать изменения, происходящие в тканях и органах. Опыты, проводившиеся на мышах, дали многообещающие результаты. Стволовые клетки сумели «прижиться» на месте умерших нервных клеток поврежденных органов и восстановить их полностью. И все-таки введение в организм стволовых клеток, особенно если они не принадлежат самому пациенту, а происходят из другого источника — такого, например, как клетки пуповинной крови, может иметь непредсказуемые последствия. Дело в том, что процесс деления стволовых клеток ранних эмбрионов невозможно контролировать и они могут развиться в раковые, что повлечет фатальные последствия.  Конечно, пока это только теоретическая возможность — опыты в данном направлении проводились лишь на животных, но не менее реально и то, что стволовые клетки могут полностью вылечить от рассеянного склероза.
Никто не знает, насколько велика потенциальная опасность применения стволовых клеток в медицине. Вот почему я лично не стал бы платить 12 000 фунтов за лечение – по крайней мере не сейчас.  Многие врачи в Великобритании считают безответственным лечение стволовыми клетками, прежде чем будут проведены серьезные исследования того, что происходит с ними после введения в организм.  Нужно еще доказать, считают они, что разрекламированное клеточное лечение приносит больше пользы, чем вреда.  Неожиданные побочные эффекты часто выявляются на стадии применения новых лекарств. Например, лекарство, помогающее сократить периоды острых вспышек рассеянного склероза, в два раза более эффективное, чем обычные лекарства, оказывается, в некоторых случаях может привести к катастрофическим событиям: у троих из 5000 больных, участвовавших в тестах, развилась необратимая смертельная болезнь мозга.
За прошедшие годы были зафиксированы тысячи случаев «чудесных исцелений» от рассеянного склероза. И все они, будучи подвергнуты серьезной экспертизе, оказались не более эффективны, чем обычное плацебо (лекарственная форма, содержащая нейтральные вещества, эффективность которой определяется ожиданиями пациента). Разумеется, отзывы специалистов не помешают тысячам отчаявшихся людей, страдающих от рассеянного склероза, надеяться, что клеточная терапия поможет.
«А есть ли альтернатива? — спрашивает миссис Уилкс. — Я скажу вам, в чем она: бесконечное ожидание, когда тебе становится все хуже и хуже… Сейчас мое состояние настолько улучшилось! Если дальше возникнут какие-то проблемы, я буду решать их по мере появления. Я не знаю, какая наука стоит за методами клеточного лечения, традиционная или нет. Честно говоря, меня это вовсе не волнует. Я не могла дожидаться результатов серьезных исследований. Лечение нужно было мне сейчас».
©The Sunday Telegraph, UK,
Аластер Палмер
Материал опубликован в «Газете» №14

Tags:

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос