Каталог анализов — Гинеколог Беркенгейм Михаил Леонидович http://gynecolog.net Профессор Беркенгейм. Лечение бесплодия, урологических и гинекологических заболеваний. Thu, 16 Nov 2017 04:12:20 +0000 ru-RU hourly 1 https://wordpress.org/?v=4.4.2 анализ крови на гормоны щитовидной железы http://gynecolog.net/2014/11/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bd%d0%b0-%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d1%89%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2%d0%b8%d0%b4%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5/ http://gynecolog.net/2014/11/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bd%d0%b0-%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d1%89%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2%d0%b8%d0%b4%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5/#respond Sun, 23 Nov 2014 04:29:36 +0000 http://gynecolog.net/?p=32658 Различные болезни щитовидной железы встречаются очень часто. Например, воспалительное заболевание, называемое аутоиммунным тиреоидитом, наблюдается примерно у 1% населения Земли, что в пересчете на абсолютные числа очень немало, а почти у половины людей имеются узловые изменения щитовидной железы (правда, в большинстве случаев бессимптомные). Имеющиеся нарушения могут не вызывать никаких сдвигов в гормональном статусе больных, но иногда они довольно сильно на нем отражаются, формируя состояние гипертиреоза (повышенной секреции гормонов) или гипотиреоза (сниженной секреции). Чтобы определить содержание в крови гормонов щитовидной железы, пациентам проводят специальный анализ, определяющий их концентрацию.
Показания к проведению анализа
Исследование на гормоны щитовидной железы может быть сделано просто так, по самостоятельной инициативе любого человека, однако обычно его все же рекомендуют проводить при наличии конкретных жалоб и признаков нарушений.
*Чаще всего причиной для его выполнения становится обнаружение
увеличения щитовидной железы или выявление узлов в ее ткани при
проведении пальпации (прощупывания).* Если это, вдобавок, сочетается с
наличием симптомов заболевания, эндокринолог обязательно советует
пациенту пройти данный анализ, и, если потребуется, УЗИ щитовидной железы.
Также основанием для назначения теста является наличие у пациента признаков гипертиреоза (потливость, дрожь, сердцебиение, экзофтальм) или гипотиреоза (увеличение массы тела, замедление речи, зябкость, урежение сердечного ритма), даже если визуальные признаки поражения железы отсутствуют.
Людям, у которых ранее уже было выявлено то или иное расстройство, периодически определяют уровень гормонов повторно, например, чтобы подобрать оптимальную дозу лекарств или отследить динамику выздоровления.
Анализ на гормоны щитовидной железы может быть проведен детям, у которых возникают сложности с учебой и появляются признаки задержки умственного и физического развития. Такие изменения могут быть обусловлены разными патологиями, среди которых и болезни этого органа.
Иногда заболевание проявляется не совокупностью симптомов, по которой можно сразу сделать предположение о патологии железы, а отдельными жалобами. Например, иногда гипер- и гипотиреоз сигнализируют о себе только возникновением нарушений сердечного ритма, или «изолированными» проблемами с зачатием, или одной лишь импотенцией. Даже облысение порой возникает из-за нарушений щитовидной железы!
Все эти расстройства могут быть вызваны десятками причин, среди которых и эндокринные расстройства. При появлении у врача соответствующих подозрений он тоже может направить больного на определение гормонов щитовидной железы. Так что не удивляйтесь, если пройти это исследование Вам предложит не эндокринолог, а кардиолог, гинеколог или доктор другой специальности.
Как готовиться к анализу
Исследование будет не информативным, если перед ним Вы будете принимать некоторые лекарства, первую очередь, средства, влияющие на состояние самой щитовидной железы: искусственные гормоны или тиреостатики (лекарства, угнетающие образование гормонов). В идеальных условиях следует делать анализ через 3-4 недели после прекращения их приема. Впрочем, в некоторых случаях отказаться от них не представляется возможным, поэтому приходится обследоваться на фоне лечения. Если Вы принимаете какие-то из перечисленных средств, уточните у Вашего врача, как Вам лучше поступить: отменить их или продолжать пить в рекомендованных дозировках.
Многие люди принимают витаминные комплексы, в составе которых содержится йод. Если Вы тоже не обходитесь без витаминов или пьете монопрепараты йода (калия йодид, йодомарин), забудьте о них на 3-5 дней перед анализом. Работа щитовидной железы – и в норме, и, иногда, при заболеваниях — зависит от того, насколько много этого элемента поступает в организм. Например, у здорового человека при его избыточном поступлении железа активно начинает создавать на основе молекул йода гормоны. Через какое-то время, когда их уровень чрезмерно повышается, информацию об этом получает головной мозг, он выделяет особые вещества, которые подавляют работу железы.
Помимо подготовительных мер, касающихся приема лекарств, важно соблюсти еще несколько условий. В день перед процедурой откажитесь от приема алкоголя и жирной пищи, а на забор крови придите натощак. Также хотя бы в день исследования нежелательно курить.
И еще один важный момент: если на протяжении 2 дней перед анализом Вам предстоит какое-то рентгенологическое обследование с внутривенным введением контраста, поменяйте эти процедуры местами. Вначале сдайте анализ, а затем идите на другие виды диагностики. В противном случаев в Вашей крови будут следы йодного контраста, а это исказит результаты.
Расшифровка результатов. Какие показатели определяет анализ?
Изучение работы щитовидной железы – не самая простая задача, поэтому перед тем, как приступать к расшифровке, мы с Вами должны понять, как функционирует этот орган, и откуда берутся те или иные продукты его деятельности.
В результатах теста Вы увидите пять показателей, которые будут обозначены Т3, Т4, ТТГ, АТ к ТПО и АТ-ТГ. Что это значит?
Т3 (трийодтиронин) – это гормон, который выделяется клетками щитовидной железы. Его главная задача – управлять окислительно-восстановительными процессами в организме и несколькими видами обмена веществ.
Т4 (тироксин) – тоже продуцент ткани железы, у него практически те же задачи, за небольшим исключением. Например, наряду с остальным, он участвует в обмене белка.
Т4 обладает примерно в 10 раз большей активностью, чем Т3, однако оба эти гормона очень важны для сохранения здорового гормонального баланса.
Если функция железы усиливается, они начинают выделяться в повышенных количествах. Это ведет к появлению признаков гипертиреоза — ускорению обмена, сопровождающемуся потливостью, сердцебиением, дрожью, потерей в весе и т.д. Подобное бывает при диффузном токсическом зобе, гормонопродуцирующих опухолях железы, тиреоидите (воспалительном заболевании).
Когда же железа начинает работать неполноценно, Т3 и Т4 вырабатываются в сниженных количествах, и формируется гипотиреоз. Он проявляется замедленным сердцебиением, снижением температуры тела, вялостью, сонливостью и прочими признаками, свидетельствующими о замедлении метаболизма. Гипотиреоз встречается при хроническом недостатке йода, в исходе тиреоидитов, когда железа частично «выходит из строя», и в других случаях.
С этими гормонами, вроде бы, все ясно. А зачем тогда другие показатели?
Для того, чтобы расширить возможности анализа.
АТ к ТПО (антитела к тиреопероксидазе) – это аутоантитела к ферменту, выделяющемуся клетками щитовидных желез. Железа постоянно продуцирует этот фермент, так как он участвует в образовании Т3 и Т4. В норме ничего ему в этом не препятствует. Однако существуют так называемые аутоиммунные заболевания, при которых у человека возникают нарушения иммунитета, и тот начинает направлять свою агрессию против собственных тканей организма. При этом и вырабатываются антитела к ТПО.
АТ-ТГ (антитела к тиреоглобулину) – также группа антител, но вырабатываются они на тиреоглобулин, белок-предшественник гормонов Т3 и Т4. Определение АТ-ТГ тоже важно в диагностике аутоиммунных процессов.
Если анализ выявляет повышенное содержание антител, это указывает на природу нарушения и намекает на возможные способы лечения, что очень полезно. Подобное наблюдается при аутоиммунном тиреоидите и диффузном токсическом зобе.
ТТГ (тиреотропный гормон) – последний из определяемых показателей. Это вещество вырабатывается не в щитовидной железе, а в мозге (если точнее –в гипофизе), и управляет ее работой. Выше мы уже упоминали о существовании подобных соединений.
Нормальная выработка ТТГ позволяет поддерживать в организме оптимальный гормональный баланс. Если бы его не было, щитовидная железа бесконечно продуцировала бы гормоны по мере поступления йода в организм и переходила в состояние покоя в его отсутствии, а ТТГ ее сдерживает или стимулирует, обеспечивая стабильность работы.
У здоровых, если железа функционирует слишком активно, гипофиз вырабатывает ТТГ в сниженных количествах, в ответ на что она замедляет синтез гормонов. Когда же функция щитовидной железы угасает, ТТГ образуется в повышенных объемах, что заставляет ее усиленно секретировать Т3 и Т4. Изменения в уровне тиреотропного гормона могут возникать как при патологии железы, так и при нарушениях со стороны головного мозга (например, опухолях гипофиза).
Нормы основных показателей
ТТГ: 0,4-4,0 мЕд/л
Т3: 2,6 — 5,7 пмоль/л.
Т4: 9,0 — 22,0 пмоль/л.
АТ-ТГ: 0 — 18 Ед/мл
АТ-ТПО: < 5,6 Ед/мл. Обратите внимание, результаты анализа, проводимого в разных лабораториях, могут несколько отличаться, поэтому каждый раз обращайте внимание на референсные (нормальные) значения, указанные в бланке, который Вы получили. Если их там нет (что маловероятно), лучше доверьте расшифровку результатов врачу-эндокринологу, чтобы не составить ошибочных выводов о Вашем состоянии. Какие заболевания выявляет анализ на гормоны Если Вы далеки от практической медицины, то вряд ли Вам, на основании уже полученной информации, удастся поставить себе даже предположительный диагноз. Что обозначают разные показатели, Вы поняли, свои результаты с нормами сравнили … Но как «привязать» те или иные отклонения к конкретным нарушениям? Чтобы Вам было легче в этом сориентироваться, приведем перечень основных патологий щитовидной железы с соответствующими изменениями в анализах. Гипертиреоз: Т3 – уровень повышен Т4 – уровень повышен ТТГ – снижен АТ-ТГ, АТ к ТПО – норма */Что происходит в организме:/ *из-за нарушения в железе она начинает активно производить собственные гормоны. Гипофиз «видит» это и пытается ее затормозить, снижая уровень ТТГ, на что больная железа не реагирует. Гипотиреоз первичный (то есть, причина болезни лежит в самой щитовидной железе): Т3, Т4 – наблюдается снижение (иногда уровень может быть и нормальным) ТТГ – наблюдается повышение АТ-ТГ, АТ к ТПО – норма /*Что происходит в организме:*/ противоположная ситуация, железа работает плохо, поэтому уровень ее гормонов снижается. Гипофиз подстегивает ее выработкой повышенных количеств ТТГ, но это действует неэффективно. Гипотиреоз вторичный (причина – в нарушении со стороны головного мозга) Т3, Т4, ТТГ – снижены АТ-ТГ, АТ к ТПО – норма /Что происходит в организме:/ из-за заболевания гипофиза его эндокринная функция страдает, и ТТГ выделяется в пониженных количествах. Щитовидная железа, с которой все в порядке, расценивает снижение ТТГ как сигнал к тому, что ей тоже следует работать менее интенсивно, отсюда и уменьшение Т3 и Т4. Аутоиммунный тиреоидит, подострый тиреоидит Т3, Т4, ТТГ – возможны любые варианты, и гипер-, и гипотиреоз АТ-ТГ, АТ к ТПО – повышены /Что происходит в организме:/ иммунная система вырабатывает антитела к компонентам щитовидной железы. Орган может реагировать на это как снижением, так и повышением функции. Это зависит от стадии болезни (часто вначале уровень гормонов повышается, затем, по мере разрушения железы, снижается), объема пораженной ткани и других факторов. Надеемся, сейчас картина стала для Вас куда более ясной: по этой схеме Вы можете наглядно оценить свои результаты и прийти к предварительному выводу относительно того, что с Вами происходит. Однако, даже если Вы не нуждаетесь в пояснениях по поводу диагноза, Вам обязательно нужно будет посетить доктора в связи с вопросами по лечению или другим нужным обследованиям (УЗИ щитовидной железы ), поэтому не откладывайте визит к врачу надолго и в ближайшее время запишитесь на прием к эндокринологу. В большинстве случаев заболевания щитовидной железы успешно лечатся консервативно или хирургически.

]]>
http://gynecolog.net/2014/11/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bd%d0%b0-%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d1%89%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2%d0%b8%d0%b4%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5/feed/ 0
Повышение и понижение тромбоцитов в крови http://gynecolog.net/2014/08/%d0%bf%d0%be%d0%b2%d1%8b%d1%88%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%bd%d0%b8%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2-%d0%b2-%d0%ba/ http://gynecolog.net/2014/08/%d0%bf%d0%be%d0%b2%d1%8b%d1%88%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%bd%d0%b8%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2-%d0%b2-%d0%ba/#respond Tue, 19 Aug 2014 05:30:54 +0000 http://gynecolog.net/?p=32234 Повышение и понижение тромбоцитов в крови. Тромбоцитоз и тромбоцитопения.
Если тромбоциты в крови взрослых повышены выше нормы, т.е. более 320*109/л, то такое состояние расценивается как тромбоцитоз. Тромбоцитозом у детей до 1 года называется повышение тромбоцитов в крови выше уровня 350*109/л, а у новорожденных до 10-дневного возраста – увеличение тромбоцитов более 420*109/л.
Если тромбоциты в крови взрослых понижены ниже нормы, т.е. менее 180*109/л, то такое состояние расценивается как тромбоцитопения. Тромбоцитопенией у детей до 1 года называется уменьшение тромбоцитов ниже уровня 150*109/л, а у новорожденных до 10-дневного возраста – снижение тромбоцитов менее 100*109/л.
Когда тромбоциты повышены? Причины тромбоцитоза.
Тромбоцитозы делятся на первичные и вторичные. Первичный тромбоцитоз, или эссенциальная тромбоцитемия, встречается при заболеваниях крови, таких как эритремия, хронический миелолейкоз и др. Увеличение тромбоцитов при первичных тромбоцитозах связано с усиленным делением предшественника тромбоцитов в связи с опухолевой трансформацией. Вторичные тромбоцитозы встречаются при заболеваниях и патологических состояниях, на фоне которых происходит усиление выработки тромбопоэтина (тромбоцитопоэтина), который активирует митоз и дифференциацию мегакариоцитарной колониеобразующей клетки, а также эндомитоз мегакариоцитов.
Тромбоциты могут быть повышены при следующих патологических состояниях и заболеваниях:
1. Миелопролиферативные процессы: эритремия, миелофиброз и др.
2. Хронические воспалительные заболевания: ревматоидное поражение суставов, язвенный колит, туберкулез легких, внелегочной туберкулез, остеомиелит, цирроз печени, амилоидоз и др.
3. Злокачественные новообразования: рак, лимфома, лимфогранулематоз и др.
4. Различные кровотечения, гемолиз.
5. После операций.
6. После спленэктомии.
7. Лечение кортикостероидами.
Когда тромбоциты понижены? Причины тромбоцитопении.
Тромбоциты могут быть понижены при следующих заболеваниях и патологических состояниях:
1. Болезни крови: апластическая и мегалобластическая анемии, лейкозы.
2. Наследственные тромбоцитопении, вызванные снижением образования тромбоцитов (врожденная тромбоцитопения, синдром Уискотта-Олдрича, синдром Бернара-Сулье, аномалия Чедиаки-Хигаси, синдром Фанкони, краснуха новорожденных, гистиоцитоз).
3. Поражение костного мозга: метастазы новообразований, туберкулез костей, ионизирующее облучение.
4. Инфекционные заболевания различного генеза: вирусные, бактериальные, риккетсиозы, малярия, токсоплазмоз, ВИЧ-инфекция.
5. Беременность, менструации.
6. Действие лекарственных препаратов: цитостатики, анальгетики, антигистаминные средства, антибиотики, психотропные препараты, диуретики, противосудорожные средства, витамин К, резерпин, дигоксин, гепарин, нитроглицерин, преднизолон, эстрогены и др.
7. Действие алкоголя и тяжелых металлов.
8. При усиленном расходовании тромбоцитов: тромбоцитопеническая пурпура, гиперспленизм, ДВС-синдром, кровотечения, гемодиализ.

]]>
http://gynecolog.net/2014/08/%d0%bf%d0%be%d0%b2%d1%8b%d1%88%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%bd%d0%b8%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%be%d0%b2-%d0%b2-%d0%ba/feed/ 0
Норма билирубина в крови http://gynecolog.net/2014/07/%d0%bd%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%b0-%d0%b1%d0%b8%d0%bb%d0%b8%d1%80%d1%83%d0%b1%d0%b8%d0%bd%d0%b0-%d0%b2-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8/ http://gynecolog.net/2014/07/%d0%bd%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%b0-%d0%b1%d0%b8%d0%bb%d0%b8%d1%80%d1%83%d0%b1%d0%b8%d0%bd%d0%b0-%d0%b2-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8/#respond Thu, 24 Jul 2014 06:53:49 +0000 http://gynecolog.net/?p=32126 Что такое билирубин?
Билирубин является конечным продуктом разложения гемоглобина в крови. Как именно это происходит? Состаревшиеся эритроциты распадаются и из них высвобождается гемоглобин. Гемоглобин вне эритроцитов является токсичным соединением для организма и, соответственно, организм будет пытаться от него избавиться. Но выведение гемоглобина из организма процесс не простой, так как гемоглобин является сложным соединением, требующим разложения на более простые составляющие, и в состав гемоглобина входят железо и белок глобин, которые еще пригодятся в организме, поэтому их необходимо сохранить, а не выводить наружу. Именно поэтому гемоглобин сначала разлагается на составляющие: глобин и гем. Далее гем окисляется в крови до гемина. Гемин (под действием гемоксигеназы в ретикулоэндотелиальных клетках печени, селезенки и костного мозга) превращается в биливердин, который под действием биливердинредуктазы превращается в билирубин. Билирубин в воде малорастворим, поэтому для его транспортировки и поступления в печень (для последующей переработки и выведения из организма) происходит его связывание с альбумином. Билирубин в связанном состоянии с альбумином называется непрямой (свободный) билирубин. Далее непрямой билирубин попадает с кровотоком в печень, где происходит поглощение билирубина паренхиматозными клетками печени. В клетках печени происходит соединение билирубина с глюкуроновой кислотой, т.е. конъюгация билирубина. Далее конъюгированный билирубин секретируется гепатоцитами в желчь и выводится через желчные протоки в желчный пузырь.
Определение уровня билирубина в крови входит в показатели биохимического анализа крови.
Общий, непрямой и прямой билирубин.
Общее количество билирубина в крови называется общий билирубин и состоит из прямого и непрямого билирубина.
Непрямой билирубин, называемый также свободный билирубин, представляет собой соединение билирубина с альбумином. Непрямым он называется, потому что в лаборатории он определяется не напрямую, а только после переведения его в водорастворимую форму. Создается также впечатление некоторой путаницы в терминах: вроде бы непрямой билирубин связан с альбумином и тем не менее он почему-то он называется свободный. Просто непрямой билирубин связан с альбумином временно (в отличии от прямого билирубина, который связан в глюкуроновой кислотой), поэтому такой билирубин называется свободный. На долю непрямого билирубина в норме приходится 75% от нормы общего количества билирубина.
Прямой билирубин, или связанный билирубин, образуется в результате конъюгации, т.е. присоединения глюкуроновой кислоты к билирубину. В таком состоянии он выводится с желчью в желчный пузырь. В норме на долю прямого билирубина в крови приходится не более 25% от нормы общего билирубина в крови.
Норма билирубина в крови.
Норма билирубина в крови у доношенных новорожденных на 3-4 сутки составляет до 256 мкмоль/л и до 171 мкмоль/л у недоношенных новорожденных. Повышенный уровень билирубина в крови у новорожденных обусловлен тем, что у них в первые дни жизни идет усиленная замена фетального гемоглобина на обычный гемоглобин, в связи с чем фетальный гемоглобин разрушается и превращается в билирубин. Также повышению билирубина в крови способствует низкое содержание альбумина в крови, который необходим для усвоения непрямого билирубина печенью. Да и сама печень, а также ферменты участвующие в переходе непрямого билирубина в прямой билирубин, недостаточно развиты. У детей старше 1 месяца нормальный уровень билирубина в крови соответствует норме билирубина у взрослых.
Норма общего билирубина у взрослых и детей старше 1 месяца составляет 8,5-20,5 мкмоль/л. Из них на долю непрямого билирубина приходится до 75%, т.е. до 15,4 мкмоль/л, а на долю прямого билирубина приходится до 25%, т.е. до 5,1 мкмоль/л.
Норма билирубина в крови у беременных соответствуют обычным нормам содержания билирубина в крови для взрослых. Хотя в третьем триместре беременности может наблюдаться увеличение билирубина в крови за счет изгиба желчного протока и, соответственно, нарушения оттока желчи от печени.

Желтуха новорожденных . Причины развития физиологической и патологической желтухи новорожденных.
Норма АСТ (аспартатаминотрансферазы) в крови у мужчин и женщин.
Норма холестерина в крови у мужчин, женщин, беременных и детей.

]]>
http://gynecolog.net/2014/07/%d0%bd%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%b0-%d0%b1%d0%b8%d0%bb%d0%b8%d1%80%d1%83%d0%b1%d0%b8%d0%bd%d0%b0-%d0%b2-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8/feed/ 0
Что такое лимфоциты? http://gynecolog.net/2014/03/%d1%87%d1%82%d0%be-%d1%82%d0%b0%d0%ba%d0%be%d0%b5-%d0%bb%d0%b8%d0%bc%d1%84%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d1%8b/ http://gynecolog.net/2014/03/%d1%87%d1%82%d0%be-%d1%82%d0%b0%d0%ba%d0%be%d0%b5-%d0%bb%d0%b8%d0%bc%d1%84%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d1%8b/#respond Tue, 25 Mar 2014 03:42:23 +0000 http://gynecolog.net/?p=31749 Лимфоциты – это клетки крови, развивающиеся из лимфатического ростка кроветворения в красном костном мозге. Для лимфоцитов характерно очень крупное ядро, окруженное узкой полоской цитоплазмы без зернистости, в связи с чем лимфоциты, как и моноциты, называют агранулоцитами. Лимфоциты, также как и другие лейкоциты (эозинофилы, базофилы, нейтрофилы и моноциты), являются иммунными клетками организма и обеспечивают его защиту от инфекции и чужеродных агентов.
Роль лимфоцитов в иммунном ответе.
Лимфоциты являются главными иммунными клетками, так как роль лимфоцитов в адекватном иммунном ответе наиболее значимая. Столь высокая значимость лимфоцитов обусловлена механизмом иммунного ответа на попадание в организм инфекции и чужеродных веществ. Дело в том, что именно лимфоциты первые реагируют на инфекцию, путем распознавания чужеродных антигенов, с последующим запуском целой цепочки иммунных реакций, в результате которых происходит выработка антител и активация фагоцитоза. Именно благодаря слаженному взаимодействию Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов, происходит запуск гуморального и клеточного иммунитета. Лимфоциты — это единственные клетки организма, способные специфически распознавать собственные и чужеродные антигены и отвечать активацией на контакт с конкретным антигеном.
Лимфоциты. Норма лимфоцитов в крови у взрослых и детей.
В норме уровень лимфоцитов в крови у взрослых составляет 25-40% от общего количества лейкоцитов в крови, что в абсолютных цифрах составляет 1,0-3,6*109/л. У детей количество лимфоцитов непостоянно и неоднократно меняется по мере их взросления. С рождения и до 4 дня жизни у детей количество лимфоцитов, как и у взрослых, меньше чем количество нейтрофилов, и составляет 22-25%. На 4-7 день от рождения соотношение между лимфоцитами и нейтрофилами выравнивается и составляет 40-42%. У детей в возрасте от 1 недели до 6 лет количество лимфоцитов в лейкоцитарной формуле превалирует и составляет 45-65% лимфоцитов от общего количества лейкоцитов (максимум в 1-2 года – 60-65% лимфоцитов). В 6 лет происходит второй перекрест и выравнивание количества лимфоцитов и нейтрофилов. Начиная с 6 лет количество лимфоцитов у детей постепенно уменьшается и достигает к 18 годам 25-40%.
Количество лимфоцитов в периферической крови в норме составляет 2% от общего количества лимфоцитов в организме, остальные 98% находятся в периферических органах иммунной системы (селезенка, лимфатические узлы и лимфоидная ткань).
Разновидности лимфоцитов. Т-лимфоциты, В-лимфоциты и NK-лимфоциты.
Популяция лимфоцитов подразделяется 3 типа клеток:
1. Т-лимфоциты. Их доля от общего количества лимфоцитов в крови составляет 65-80%. Образуются Т-лимфоциты, как и все остальные лимфоциты, в красном костном мозге, но дозревают, в отличие от остальных, в тимусе. В тимусе происходит процесс пролиферации, дифференцировки и отбора Т-лимфоцитов. В результате созревания Т-лимфоцитов в тимусе, у них формируется антигенраспознающий Т-клеточный рецептор, благодаря которому они отличают антигены организма от чужеродных антигенов. При контакте Т-лимфоцита с чужеродным антигеном, происходит активация Т-лимфоцита, в результате чего он начинает продуцировать и секретировать цитокины, которые активируют макрофаги, другие Т-лимфоциты и В-лимфоциты. Т-лимфоциты, в свою очередь, подразделяются на CD4+ (Т-хелперы) и CD8+ (цитотоксические Т-лимфоциты). Т-лимфоциты CD4+ (Т-хелперы) вырабатывают цитокины, а Т-лимфоциты CD8+ (цитотоксические Т-лимфоциты), благодаря свойству цитотоксичности, убивают клетки-мишени инфицированные вирусами. Т-лимфоцитов CD4+ (Т-хелперы) в норме в периферической крови больше в 2 раза, чем Т-лимфоцитов CD8+.
2. В-лимфоциты. Дозревание В-лимфоцитов, после выхода из красного костного мозга в периферический кровоток, происходит во вторичных органах иммунной системы. На долю В-лимфоцитов приходится 8-20% от общего количества лимфоцитов в периферической крови. В-лимфоциты способны распознавать все типы антигенов и, зафиксировав их на своей клеточной мембране, представлять другим клеткам. В этом и заключается одна из основных функций В-лимфоцитов – антигенпредставляющая функция. Именно В-лимфоциты представляют антигены Т-лимфоцитам, благодаря чему последние активируются и выделяют цитокины. Сами же В-лимфоциты после контакта с антигеном, активируются и дифференцируются в плазматические клетки, которые вырабатывают и секретируют антитела, т.е. запускается гуморальный иммунитет.
3. NK-лимфоциты. Другое название NK-лимфоцитов натуральные, или естественные, киллеры. Они отличаются от Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов более крупными размерами, наличием гранул в цитоплазме, а самое главное – отсутствием антигенраспознающих рецепторов на мембране. У них тоже очень важная функция – они способны убивать клетки-мишени: инфицированные вирусами клетки и опухолевые клетки. Содержание их в периферической крови в норме составляет 5-20% от общего количества лимфоцитов в крови.

Повышение и понижение лимфоцитов в крови у детей и взрослых. Причины повышения и понижения лимфоцитов в крови.
Норма гемоглобина в крови у детей и взрослых.
Продукты повышающие гемоглобин – продукты содержащие железо и способствующие повышению гемоглобина в крови при железодефицитной анемии.

]]>
http://gynecolog.net/2014/03/%d1%87%d1%82%d0%be-%d1%82%d0%b0%d0%ba%d0%be%d0%b5-%d0%bb%d0%b8%d0%bc%d1%84%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d1%8b/feed/ 0
Глюкозотолерантный тест http://gynecolog.net/2014/01/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%be%d1%82%d0%be%d0%bb%d0%b5%d1%80%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%bd%d1%8b%d0%b9-%d1%82%d0%b5%d1%81%d1%82/ http://gynecolog.net/2014/01/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%be%d1%82%d0%be%d0%bb%d0%b5%d1%80%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%bd%d1%8b%d0%b9-%d1%82%d0%b5%d1%81%d1%82/#respond Tue, 14 Jan 2014 03:44:21 +0000 http://gynecolog.net/?p=31301 Если анализ крови на сахар показал, что уровень сахара в крови выше нормы, т.е. выше 5,5 ммоль/л, а также если есть факторы способствующие развитию сахарного диабета, то проводится глюкозотолерантный тест. Суть глюкозотолерантного теста заключается в том, что сначала проводится исследование крови на сахар натощак (не употреблять пищу не менее 8 часов), а потом при искусственно созданной глюкозной нагрузке, которая достигается путем употребления 75 грамм глюкозы. После употребления глюкозы проводится повторное исследование крови на уровень сахара через 30 минут, 1 час и 2 часа. По полученным результатам повышения и снижения сахара в крови судят об усвоении глюкозы клетками организма. Если уровень сахара в крови через 2 часа после употребления 75 грамм глюкозы составляет менее 7,8 ммоль/л, то усвоение глюкозы считается нормальным. Если через 2 часа уровень глюкозы составляет в пределах 7,8-11,0 ммоль/л, то данный результат расценивается как нарушение толерантности к глюкозе, что может говорить о возможном развитии сахарного диабета. Если уровень сахара в крови через 2 часа составляет более 11,0 ммоль/л, то это говорит о наличии сахарного диабета.
Расшифровка общего анализа крови -расшифровка показателей общего клинического анализа крови с приведением нормальных величин для каждого показателя ОАК.
Показатели биохимического анализа крови – расшифровка показателей биохимического анализа крови. Полный перечень показателей, определяемых при биохимии крови.
Низкий уровень гемоглобина – причины, по которым уровень гемоглобина в крови снижается. Заболевания и патологические состояния, приводящие к снижению гемоглобина в крови.

]]>
http://gynecolog.net/2014/01/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%be%d1%82%d0%be%d0%bb%d0%b5%d1%80%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%bd%d1%8b%d0%b9-%d1%82%d0%b5%d1%81%d1%82/feed/ 0
iPhone может делать анализ мочи http://gynecolog.net/2013/10/iphone-%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d0%b4%d0%b5%d0%bb%d0%b0%d1%82%d1%8c-%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%bc%d0%be%d1%87%d0%b8/ http://gynecolog.net/2013/10/iphone-%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d0%b4%d0%b5%d0%bb%d0%b0%d1%82%d1%8c-%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%bc%d0%be%d1%87%d0%b8/#respond Wed, 09 Oct 2013 14:39:09 +0000 http://gynecolog.net/?p=30767 Приложение для iPhone, позволяющее провести экспресс-анализ мочи на 25 различных заболеваний, было представлено на проходящей в Лос-Анжелесе ежегодной конференции Technology, Education and Design (TED) , сообщает Medical Daily .
uChek разработано базирующейся в Мумбаи (Индия) компанией Biosense Technologies, специализирующейся на создании доступных медицинских технологий и устройств. Для того, чтобы воспользоваться uChek, необходимо, как обычно, собрать образец мочи в контейнер и погрузить в нее на две секунды стандартную тест-полоску. Затем пропитанную мочой тест-полоску нужно прокатать по специальному убирающему цветовые искажения коврику, запустить приложение, направить камеру телефона на полоску и коммуникатор считает с нее информацию. Тест-полоски и коврик входят в прилагаемый к uChek набор.
uChek определяет порядка восьми-десяти параметров мочи — уровень сахара, белка, кетоновых тел, билирубина, лейкоцитов и другие – и интерпретирует результаты, позволяя выявить симптомы 25 заболеваний, включая диабет, инфекции мочевыводящих путей, преэклампсию, болезни почек, печени и онкологию. Кроме того, приложение выдает общую информацию о состоянии здоровья пользователя.
«Идея заключалась в том, чтобы приблизить людей к информации о них самих, — пояснил автор uChek, со-основатель Biosense Technologies, 29-летний выпускник Массачусетского технологического института Мышкин Ингавале (Myshkin Ingawale). – Я хочу, чтобы люди лучше понимали, что происходит внутри их собственных тел».
Уже в конце марта приложение можно будет купить в онлайн-магазине Apple — App Store – за 20 долларов. Сейчас uChek доступен только для пользователей iPhone, но вскоре, обещает Ингавале, появится версия для Android и других платформ. Он полагает, что uChek будет особенно востребован в регионах, в которых затруднен доступ к медицинскому обслуживанию, в сельской местности и в развивающихся странах, поскольку смартфоны становятся все дешевле и доступнее.
В настоящее время uChek проходит тестирование в Мумбаи, в больнице King Edward Memorial Hospital. «Если приложение будет исправно работать, мы сможем его использовать в «клиниках на колесах». Вместо того, чтобы покупать прибор за 10 тысяч долларов, врачи смогут использовать свои смартфоны», — цитирует Ингавале BBC .
На прошлогодней конференции TED Ингавале представил портативное устройство ToucHb, позволяющее проводить неинвазивный экспресс-тест на уровень гемоглобина в крови.
Источник: Medical Daily

]]>
http://gynecolog.net/2013/10/iphone-%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d0%b4%d0%b5%d0%bb%d0%b0%d1%82%d1%8c-%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%bc%d0%be%d1%87%d0%b8/feed/ 0
Анализ крови покажет сколько вам лет на самом деле http://gynecolog.net/2013/07/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%ba%d0%b0%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%bb%d1%8c%d0%ba%d0%be-%d0%b2%d0%b0%d0%bc-%d0%bb%d0%b5%d1%82-%d0%bd/ http://gynecolog.net/2013/07/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%ba%d0%b0%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%bb%d1%8c%d0%ba%d0%be-%d0%b2%d0%b0%d0%bc-%d0%bb%d0%b5%d1%82-%d0%bd/#respond Wed, 17 Jul 2013 15:24:35 +0000 http://gynecolog.net/?p=30579 Анализ крови покажет сколько вам лет на самом деле
/Учеными был разработан тест, который определяет продолжительность жизни
людей и может рассказать, с какой скоростью происходит процесс их
старения. В тестировании данной новаторской технологии приняли участие
более чем 100 жителей Великобритании./
Уже в недалеком будущем он позволит установить, сколько лет еще осталось прожить человеку. Ученые, которые разработали этот тест, ожидают, что он будет использоваться как стандартное медицинское обследование, прохождение которого является обязательным условием страховых компаний. Следует отметить, что на данный момент страховые общества интересуются всем, что связано с человеком, вплоть до семейной истории болезней и вредных привычек.
В то же время, некоторые специалисты считают, что наука еще не располагает нужным количеством информации относительно данного теста и не может что-либо посоветовать.
Данный анализ крови дает оценку скорости процесса старения человека, измеряя длину микроскопических структур, которые находятся на окончаниях хромосомы, которая называется теломер. Эти частицы защищают хромосому от разрушения во время деления клеток.
Теломеры имеют свойства укорачиваться после того, как клетка делится, и исследования на животных показали, что высокое содержание коротких хромосом говорит о более короткой продолжительности жизни, чем обычно. Именно поэтому данный анализ крови дает представление о скорости процесса старения и об ожидаемой продолжительности жизни.
Источник: golosscience.com

]]>
http://gynecolog.net/2013/07/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7-%d0%ba%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b8-%d0%bf%d0%be%d0%ba%d0%b0%d0%b6%d0%b5%d1%82-%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%bb%d1%8c%d0%ba%d0%be-%d0%b2%d0%b0%d0%bc-%d0%bb%d0%b5%d1%82-%d0%bd/feed/ 0
Уровень глюкозы возможно будет определять по слюне и слезам http://gynecolog.net/2013/03/%d1%83%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b5%d0%bd%d1%8c-%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d1%8b-%d0%b2%d0%be%d0%b7%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%bd%d0%be-%d0%b1%d1%83%d0%b4%d0%b5%d1%82-%d0%be%d0%bf%d1%80%d0%b5%d0%b4/ http://gynecolog.net/2013/03/%d1%83%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b5%d0%bd%d1%8c-%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d1%8b-%d0%b2%d0%be%d0%b7%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%bd%d0%be-%d0%b1%d1%83%d0%b4%d0%b5%d1%82-%d0%be%d0%bf%d1%80%d0%b5%d0%b4/#respond Sun, 10 Mar 2013 09:00:18 +0000 http://gynecolog.net/?p=29917 Американские исследователи создали новый вид биосенсоров, которые способны точно и быстро определять количество глюкозы в слюне, слезах или моче. Они будут  незаменимы для диабетиков, следящих за уровнем глюкозы в крови и уставших от ежедневного укола пальцев для анализа крови. Производство таких биосенсоров достаточно простое, поэтому стоить они будут недорого. Подробнее про эти устройства можно прочитать на страницах Advanced Functional Materials.

«Мы предлагаем абсолютно новый, неинвазивный и недорогой способ контроля за уровнем глюкозы, — говорит исследователь Джонатан Клауссен (Jonathan Claussen) из Исследовательской лаборатории ВМС США (U.S. Naval Research Laboratory). – Пациенты с диабетом наконец-то смогут забыть о ежедневных уколах пальцев для измерения уровня глюкозы глюкометром».

Биосенсор состоит из 3 основных частей: слоя тончайших пластов, схожих по строению с лепестками роз, из графена — наноматериала, состоящего из одного слоя атомов углерода; наночастиц платины и фермента глюкооксидазы. По краям каждого «лепестка» находятся свободные химические связи, к которым присоединяются наночастицы платины. К частицам платины прикрепляется глюкооксидаза, которая преобразует глюкозу в перекись, что приводит к формированию электрического сигнала.  Биосенсор способен определять глюкозу при концентрации, не превышающей 0,3 мкмоль/л, что делает его гораздо чувствительнее всех современных электрохимических сенсоров. При этом, в отличие от них, биосенсор не реагирует на присутствие в жидкости других электроактивных соединений –мочевой или аскорбиновой кислоты, а также парацетамола.

По словам ученых, в будущем биосенсор можно будет модифицировать для обнаружения различных других химических соединений, изменив присутствующий фермент. «Если вместо глюкооксидазы добавить в сенсор глутаматоксидазу, можно будет выявлять присутствие нейротрансмиттера глютамата у пациентов с болезнью Альцгеймера или Паркинсона, — объясняет доктор Клауссен. — Если добавить алкогольдегидрогеназу, получится алкотестер. Этот сенсор может стать практически универсальным».

Univadis.ru <http://www.univadis.ru/>

]]>
http://gynecolog.net/2013/03/%d1%83%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%b5%d0%bd%d1%8c-%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d1%8b-%d0%b2%d0%be%d0%b7%d0%bc%d0%be%d0%b6%d0%bd%d0%be-%d0%b1%d1%83%d0%b4%d0%b5%d1%82-%d0%be%d0%bf%d1%80%d0%b5%d0%b4/feed/ 0
Анализы в России берутся и интерпретируются неверно… http://gynecolog.net/2011/06/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7%d1%8b-%d0%b2-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8-%d0%b1%d0%b5%d1%80%d1%83%d1%82%d1%81%d1%8f-%d0%b8-%d0%b8%d0%bd%d1%82%d0%b5%d1%80%d0%bf%d1%80%d0%b5%d1%82%d0%b8/ http://gynecolog.net/2011/06/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7%d1%8b-%d0%b2-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8-%d0%b1%d0%b5%d1%80%d1%83%d1%82%d1%81%d1%8f-%d0%b8-%d0%b8%d0%bd%d1%82%d0%b5%d1%80%d0%bf%d1%80%d0%b5%d1%82%d0%b8/#respond Mon, 13 Jun 2011 19:16:40 +0000 http://gynecolog.net/?p=22033 /За последние годы клиническая иммунология сделала большой шаг вперед,
констатируют эксперты. Особых успехов специалистам удалось добиться в
области тестирования и лабораторных анализов. На данный момент многие

В частности, медики отмечают появление новейшего оборудования, которое, например, позволяет выявить признаки начинающегося железодефицита, что дает большие возможности для скрининга анемий.
Также расшифрованы основные механизмы иммунных реакций и разработаны критерии оценки патологических изменений иммунного ответа у человека. То есть медики в состоянии определить активность отдельных звеньев иммунной системы и составить индивидуальную иммунограмму для каждого человека, подчеркивает академик РАМН Виктор Малеев.
Однако, по словам Малеева, современная медицина сталкивается и с рядом сложностей. Не исключено: пациент столкнется с ситуацией, когда разные лаборатории выдают отличные результаты, а врачи ставят на основе анализов неодинаковые диагнозы. Дело в том, что в России вопросы стандартизации диагностических исследований не развиты. Плюс, мало кто из врачей проходит постоянное повышение квалификации. В итоге большинство специалистов просто не успевают за техническими новинками.
Отдельный вопрос – точность забора самого материала и его грамотная транспортировка в лабораторию. Например, нередко при взятии на анализ крови из пальца в пробирку попадает тканевая жидкость. Между тем, различные инновации позволяют значительно облегчить жизнь медикам. Так, сейчас существуют специальные пробирки для больных с низким артериальным давлением.
Источник: medkarta.com <http://medkarta.com/?cat=new&id=3209&s=0>
российские центры берутся провести разнообразные точные анализы крови./

]]>
http://gynecolog.net/2011/06/%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d0%b7%d1%8b-%d0%b2-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8-%d0%b1%d0%b5%d1%80%d1%83%d1%82%d1%81%d1%8f-%d0%b8-%d0%b8%d0%bd%d1%82%d0%b5%d1%80%d0%bf%d1%80%d0%b5%d1%82%d0%b8/feed/ 0
Альфа-амилаза панкреатическая http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%84%d0%b0-%d0%b0%d0%bc%d0%b8%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%bf%d0%b0%d0%bd%d0%ba%d1%80%d0%b5%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%84%d0%b0-%d0%b0%d0%bc%d0%b8%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%bf%d0%b0%d0%bd%d0%ba%d1%80%d0%b5%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%84%d0%b0-%d0%b0%d0%bc%d0%b8%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%bf%d0%b0%d0%bd%d0%ba%d1%80%d0%b5%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f/ I Ферменты
Аланинаминотрансфераза, Аспартатаминотрансфераза (АЛТ, АСТ)
Определение активности АЛТ, АСТ имеет большую диагностическую ценность при заболеваниях печени и сердца, несмотря на отсутствие органной специфичности. Особенно важное значение имеет определение этих ферментов для раннего выявления гепатита. Острый гепатит сопровождается резким повышением уровня АЛТ. Активность АСТ при этом также повышена, но обычно ниже активности АЛТ. Активность АЛТ начинает увеличиваться уже в продромальной стадии, когда другие признаки болезни ещё не проявились. Коэффициент Де Ритиса АСТ/АЛТ

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%84%d0%b0-%d0%b0%d0%bc%d0%b8%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%bf%d0%b0%d0%bd%d0%ba%d1%80%d0%b5%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f/feed/ 0
Обмен белков http://gynecolog.net/2009/09/%d0%be%d0%b1%d0%bc%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d0%b5%d0%bb%d0%ba%d0%be%d0%b2/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%be%d0%b1%d0%bc%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d0%b5%d0%bb%d0%ba%d0%be%d0%b2/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%be%d0%b1%d0%bc%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d0%b5%d0%bb%d0%ba%d0%be%d0%b2/ Обмен белков в организме человека

Белки занимают ведущее место среди органических элементов, на их долю приходится более 50 % сухой массы клетки. Они выполняют ряд важнейших биологических функций. Вся совокупность обмена веществ в организме (дыхание, пищеварение, выделение) обеспечивается деятельностью ферментов, которые являются белками. Все двигательные функции организма обеспечиваются взаимодействием сократительных белков — актина и миозина.Поступающий с пищей из внешней среды белок служит пластической и энергетической целям. Пластическое значение белка состоит в восполнении и новообразовании различных структурных компонентов клетки. Энергетическое значение заключается в обеспечении организма энергией, образующейся при расщеплении белков.В тканях постоянно протекают процессы распада белка с последующим выделением из организма неиспользованных продуктов белкового обмена и наряду с этим — синтез белков. Таким образом, белки организма находятся в динамическом состоянии: из-за непрерывного процесса их разрушения и образования происходит обновление белков, скорость которого неодинакова для различных тканей. С наибольшей скоростью обновляются белки печени, слизистой оболочки кишечника, а также других внутренних органов и плазмы крови. Медленнее обновляются белки, входящие в состав клеток мозга, сердца, половых желез и еще медленнее — белки мышц, кожи и особенно опорных тканей (сухожилий, костей и хрящей).
Физиологическое значение аминокислотного состава пищевых белков и их биологическая ценность
Для нормального обмена белков, являющихся основой их синтеза, необходимо поступление с пищей в организм различных аминокислот. Изменяя количественное соотношение между поступающими в организм аминокислотами или исключая из рациона ту или иную аминокислоту, можно по состоянию азотистого баланса, росту, массе тела и общему состоянию животных судить о значении для организма отдельных аминокислот. Экспериментально установлено, что из 20 входящих в состав белков аминокислот 12 синтезируются в организме — заменимые аминокислоты, а 8 не синтезируются — незаменимые аминокислоты.Без незаменимых аминокислот синтез белка резко нарушается и наступает отрицательный баланс азота, останавливается рост, уменьшается масса тела. Для людей незаменимыми аминокислотами являются лейцин, изолейцин, валин, метионин, лизин, треонин, фенилаланин, триптофан.Белки обладают различным аминокислотным составом, поэтому и возможность их использования для синтетических нужд организма неодинакова. В связи с этим было введено понятие биологической ценности белков пищи. Белки, содержащие весь необходимый набор аминокислот в таких соотношениях, которые обеспечивают нормальные процессы синтеза, являются белками биологически полноценными. Наоборот, белки, не содержащие тех или иных аминокислот или содержащие их в очень малых количествах, являются неполноценными. Так, неполноценными белками являются желатина, в которой имеются лишь следы цистина и отсутствуют триптофан и тирозин; зеин (белок, находящийся в кукурузе), содержащий мало триптофана и лизина; глиадин (белок пшеницы) и гордеин (белок ячменя), содержащие мало лизина; и некоторые другие. Наиболее высока биологическая ценность белков мяса, яиц, рыбы, икры, молока.В связи с этим пища человека должна не просто содержать достаточное количество белка, но обязательно иметь в своем составе не менее 30% белков с высокой биологической ценностью, т. е. животного происхождения.У людей встречается форма белковой недостаточности, развивающаяся при однообразном питании продуктами растительного происхождения с малым содержанием белка. При этом возникает заболевание, получившее название «квашиоркор». Оно встречается среди населения стран тропического и субтропического пояса Африки, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. Этим заболеванием страдают преимущественно дети в возрасте от 1 года до 5 лет.Биологическая ценность одного и того же белка для разных людей различна. Вероятно, она не является какой-то определенной величиной, а может изменяться в зависимости от состояния организма, предварительного пищевого режима, интенсивности и характера физиологической деятельности, возраста, индивидуальных особенностей обмена веществ и других факторов.Практически важно, чтобы два неполноценных белка, один из которых не содержит одних аминокислот, а другой — других, в сумме могли обеспечить потребности организма.
Азотистый баланс
Это соотношение количества азота, поступившего в организм с пищей и выделенного из него. Так как основным источником азота в организме является белок, то по азотистому балансу можно судить о соотношении количества поступившего и разрушенного в организме белка. Количество азота, поступившего с пищей, всегда больше количества усвоенного азота, так как часть его теряется с калом.Усвоение азота вычисляют по разности содержания его в принятой пище и в кале. Зная количество усвоенного азота, легко вычислить общее количество усвоенного организмом белка, так как в белке содержится в среднем 16% азота, т. е. 1 г азота содержится в 6,25 г белка. Следовательно, умножив найденное количество азота на 6,25, можно определить количество усвоенного белка.Для того чтобы установить количество разрушенного белка, необходимо знать общее количество азота, выведенного из организма. Азотсодержащие продукты белкового обмена (мочевина, мочевая кислота, креатинин и др.) выделяются преимущественно с мочой и частично с потом. В условиях обычного, неинтенсивного потоотделения количество азота в поте можно не принимать во внимание, поэтому для определения количества распавшегося в организме белка обычно находят количество азота в моче и умножают на 6,25.Между количеством азота, введенного с белками пищи, и количеством азота, выводимым из организма, существует определенная связь. Увеличение поступления белка в организм приводит к увеличению выделения азота из организма. У взрослого человека при адекватном питании, как правило, количество введенного в организм азота равно количеству азота, выведенного из организма. Это состояние получило название азотистого равновесия. Если в условиях азотистого равновесия повысить количество белка в пище, то азотистое равновесие вскоре восстановится, но уже на новом, более высоком уровне. Таким образом, азотистое равновесие может устанавливаться при значительных колебаниях содержания белка в пище.В случаях, когда поступление азота превышает его выделение, говорят о положительном азотистом балансе. При этом синтез белка преобладает над его распадом. Устойчивый положительный азотистый баланс наблюдается всегда при увеличении массы тела. Он отмечается в период роста организма, во время беременности, в периоде выздоровления после тяжелых заболеваний, а также при усиленных спортивных тренировках, сопровождающихся увеличением массы мышц. В этих условиях происходит задержка азота в организме (ретенция азота).Белки в организме не депонируются, т. е. не откладываются в запас, поэтому при поступлении с пищей значительного количества белка только часть его расходуется на пластические цели, большая же часть — на энергетические цели.Когда количество выведенного из организма азота превышает количество поступившего азота, говорят об отрицательном азотистом балансе. Отрицательный азотистый баланс отмечается при белковом голодании, а также в случаях, когда в организм не поступают отдельные необходимые для синтеза белков аминокислоты.Распад белка в организме протекает непрерывно. Степень распада белка обусловлена характером питания. Минимальные затраты белка в условиях белкового голодания наблюдаются при питании углеводами. В этих условиях выделение азота может быть в 3—З1/2 раза меньше, чем при полном голодании. Углеводы при этом выполняют сберегающую белки роль.Распад белков в организме, происходящий при отсутствии белков в пище и достаточном введении всех других питательных веществ (углеводы, жиры, минеральные соли, вода, витамины), отражает те минимальные траты, которые обусловлены основными процессами жизнедеятельности. Эти наименьшие потери белка для организма в состоянии покоя, пересчитанные на 1 кг массы тела, были названы Рубнером коэффициентом изнашивания. Коэффициент изнашивания для взрослого человека равен 0,028—0,075 г азота на 1 кг массы тела в сутки.Отрицательный азотистый баланс развивается при полном отсутствии или недостаточном количестве белка в пище, а также при потреблении пищи, содержащей неполноценные белки. Не исключена возможность дефицита белка при нормальном поступлении, но при значительном увеличении потребности в нем организма. Во всех этих случаях имеет место белковое голодание.При белковом голодании даже в случаях достаточного поступления в организм жиров, углеводов, минеральных солей, воды и витаминов происходит постепенно нарастающая потеря массы тела, зависящая от того, что затраты тканевых белков (минимальные в этих условиях и равные коэффициенту изнашивания) не компенсируются поступлением белков с пищей, поэтому длительное белковое голодание в конечном счете, так же как и полное голодание, неизбежно приводит к смерти. Особенно тяжело переносит белковое голодание растущий организм, у которого в этом случае происходит не только потеря массы тела, но и остановка роста, обусловленная недостатком пластического материала, необходимого для построения клеточных структур.
Регуляция обмена белков
Нейроэндокринная регуляция обмена белков осуществляется рядом гормонов.Соматотропный гормон гипофиза во время роста организма стимулирует увеличение массы всех органов и тканей. У взрослого человека он обеспечивает процесс синтеза белка за счет повышения проницаемости клеточных мембран для аминокислот, усиления синтеза РНК в ядре клетки и подавления синтеза катепсинов — внутриклеточных протеолитических ферментов.Существенное влияние на белковый обмен оказывают гормоны щитовидной железы — тироксин и трийодтиронин. Они могут в определенных концентрациях стимулировать синтез белка и благодаря этому активизировать рост, развитие и дифференциацию тканей и органов.Гормоны коры надпочечников — глюкокортикоиды (гидрокортизон, кортикостерон) усиливают распад белков в тканях, особенно в мышечной и лимфоидной. В печени же глюкокортикоиды, наоборот, стимулируют синтез белка.
Учебник «Физиология человека»под редакцией В.М.Покровского, Г.Ф.Коротько

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%be%d0%b1%d0%bc%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d0%b5%d0%bb%d0%ba%d0%be%d0%b2/feed/ 0
Иммуноглобулин IgЕ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b8%d0%bc%d0%bc%d1%83%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%bb%d0%be%d0%b1%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%bd-ig%d0%b5/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b8%d0%bc%d0%bc%d1%83%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%bb%d0%be%d0%b1%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%bd-ig%d0%b5/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b8%d0%bc%d0%bc%d1%83%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%bb%d0%be%d0%b1%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%bd-ig%d0%b5/ РАЗДЕЛ III. Как избежать врачебных ошибок… III.3.5. ХАРАКТЕРИСТИКА ИММУНГЛОБУЛИНОВ — АНТИТЕЛ
«Практические врачи избегают читать иммунологические работы, с первых же слов встречая в них лавину формулировок, далеких от медицинского обихода. Существует грустная шутка, что в иммунологии один специалист не понимает другою… поэтому у популярного общедоступного изложения есть свои сверхзадачи» (55а, с. 16-17) ИММУНОГЛОБУЛИНЫ тоже из области «не совсем понятной». В связи с этим мы не будем рассказывать об «эпитопах», о «мономерах иммуноглобулинов, объединённых в единую пентамерную молекулу»… Если не понимает и «избегает» врач, как же трудно бывает родителям разобраться в специальной медико-иммунологической терминологии!
Вместе с тем, понятие «иммуноглобулины» не такое уж сложное, нужно только знать, что это — те же самые антитела, которые у нас на слуху, В переводе на русский язык «антитело» означает «противотело», т. е. вещество, направленное против какого-то «тела». И вырабатываются они организмом в ответ на поступление чужеродного вещества — антигена («АНТИ-ГЕНА»… ). Главная характеристика — способность реагировать с тем антигеном, который вызвал их образование.
Вернёмся к «КАРТЕ ПЕРВИЧНОГО ОБСЛЕДОВАНИЯ… » (III. 2), где представлены обозначения IgA, IgМ и другие иммуноглобулины. Зная, что любые глобулины — антитела, понимаем теперь, что специфические противоинфекционные антитела, о которых речь пойдёт после обшей характеристики иммуноглобулинов, реагируют с тем «телом» — антигеном, которое(ый) индуцировал его образование. Антигенами в данном случае являются вирусы и бактерии или их продукты — вакцины, полученные из этих микроорганизмов. Во-первых, некоторые иммуноглобулины передаются плоду в утробе матери трансплацентарно. В том числе за счёт этого родившийся ребёнок имеет иммунитет, называемый материнским, к многочисленному микроокружению. Во-вторых, с первых дней своей жизни ребенок сталкивается с огромным количеством различных антигенов-патогенов. Разнообразные представители микромира контактируют с кожей новорождённого, его слизистыми оболочками, проникают внутрь организма, вызывая противодействие со стороны, прежде всего, многочисленных неспецифических факторов зашиты, а также помощью образования антител — иммуноглобулинов. Согласно международно принятой терминологии с 1964 г. антитела принято называть не гамма-глобулинами, а иммуноглобулинами, обозначенными символом Ig (72). Таким образом, термины «антитела» и «иммуноглобулины» — синонимы (29-32, 72). Но когда речь идёт о сывороточных иммуноглобулинах, выработанных на микроорганизмы или обсуждаемые нами лекарственные иммунобиологические профилактические средства — вакцины, то используется, как правило, термин «антитела». Известно пять классов (изотипов) иммуноглобулинов.
ИММУНОГЛОБУЛИНЫ класса А — IgА составляют 15-20% от всего числа иммуноглобулинов сыворотки человека. Секреторный IgА встречается в различных экскретах организма: в слюне, в слезах, в слизистых тонкого кишечника и желчного пузыря, пищеварительном соке и т. д. Дети рождаются без IgА и получают его с материнским молоком. Секреторный иммуноглобулин находится в молозиве, обеспечивая специфический иммунитет новорожденных против многих инфекционных болезней. Самостоятельный синтез этого глобулина происходит спустя месяц после рождения, но функции его пока выражены очень слабо. Достоверно доказано, что дети, находящиеся на естественном вскармливании, значительно реже болеют кишечными инфекциями и заболеваниями дыхательных путей. Степень защищённости слизистых оболочек дыхательных путей обусловлена нормальным содержанием IgА, что коррелирует с титрами антител, образующимися местно, например, в слизистой рта. Последнее обстоятельство препятствует прикреплению инфекционных агентов к эпителию слизистых. Следовательно, функционально IgА выступает в качестве первой линии защиты — на слизистой поверхности, препятствуя проникновению микробов в организм ребёнка. Эти иммуноглобулины играют важную роль в нейтрализации даже бактериальных токсинов, среди них -токсинов дифтерии и столбняка.
Дефицит IgА встречается у одного на 700 здоровых детей. У лиц с иммунодефицитом этого глобулина отмечается склонность к аутоиммунным заболеваниям (когда антитела поражают клетки пленных органов и тканей), к инфекциям дыхательных путей, лобных пазух, к кишечным расстройствам и пр.
ИММУНОГЛОБУЛИНЫ класса М — IgМ, которые составляют 5-10% от общего количества иммуноглобулинов человека. В процессе гуморального, т. е. сывороточного ответа наиболее ранними антителами являются IgМ. Они же первыми появляются в онто- и филогенезе. Новорождённые получают эти иммуноглобулины также с молоком матери. Бактерицидная активность сыворотки человека во многом определяется содержанием IgМ. Снижение его количества наблюдается у больных с нарушенным процессом всасывания в кишечнике, а также при хроническом носительстве микроорганизмов, т. е. у хронически инфицированных вирусами или бактериями — что у нас достаточно широко распространено среди детей (11-16), Но при этом следует заметить, что повышается его активность у больных желтухой и ревматическим артритом — парадоксы иммунологии!
ИММУНОГЛОБУЛИНЫ класса G — IgG составляют 70-75% всех иммуноглобулинов человека. Они пассивно-трансплацентарно переносятся от матери к плоду. Перешедшие в организм ребёнка IgG обеспечивают новорождённому иммунитет против дифтерии и столбняка, полиомиелита и кори, также нейтрализуя токсины микробов. В целом биологическая роль этих глобулинов характеризуется разносторонностью. Кроме антибактериальной и противовирусной зашиты, они обладают другими защитными свойствами — цитофильностью к макрофагам, участвуют в повышенной реактивности организма аллергического типа, реагируют тоже с ревматоидными факторами.
ИММУНОГЛОБУЛИНЫ класса Е синтезируются в наибольшем количестве клетками лимфоидной ткани дыхательного и пищеварительного аппарата, тканями миндалин и аденоидов. В сыворотке содержание их незначительное. Трансплацентарно не передаются. Образование IgЕ — закономерная фаза первичного иммунологического ответа на белковые антигены. Как правило, при повторном их поступлении увеличение синтеза этих глобулинов не происходит. Как исключение — повышение уровня определяется природой воздействующего антигена, его дозой, кратностью поступления, но… прежде всего индивидуальными реакциями ребёнка на конкретный антиген. Стимулирующий эффект на повышение концентрации IgЕ оказывают незначительные дозы таких антигенов, как антигены гельминтов, пыльцы растений, использованные адъюванты (например, в вакцинах, в частности, в АКДС и её «ослабленных» модификациях — гидроокись алюминия). Атонические заболевания характеризуются также повышенным содержанием IgЕ. Основная функциональная активность этих иммуноглобулинов проявляется в развитии аллергических реакций. После связи IgЕ с антигеном (аллергены тоже антигены) тучные клетки получают сигнал к секреции вазоактивных и других фармакологически значимых соединений — это и приводит к развитию аллергических реакций — у каждого человека на «свои» аллергены.
ИММУНОГЛОБУЛИНЫ класса D, содержание которых в сыворотке не превышает 1% от общего количества иммуноглобулинов. Они не проходят через плаценту и относятся к коротко-живущим. Вопрос о форме участия IgD в иммунных процессах оставался недостаточно ясным вплоть до 2000 г. Тем не менее, показано, что в сыворотке ею концентрация повышается с возрастом: достигая максимума к 10 годам, а в 15-летнем возрасте соответствует концентрации, отмечаемой у взрослого человека. Содержание увеличивается у больных бронхиальной астмой, ревматическими заболеваниями, болезнью Ходжкина, иммунодефицитными синдромами, хронической лимфатической лейкемией, системной красной волчанкой. Понижен процент при лимфомах. Кроме того, IgD обнаружены как антитела к пенициллину, инсулину, тиреоидину, белкам молока и дифтерийному токсину (23).
Условно говоря, гуморальные — антительные факторы, специфические иммуноглобулины являются как бы одной «частью» иммунитета, другая составляющая — ТИМУСЗАВИСИМЫЙ клеточный иммунитет, и третья, хотя именно она является первой линией обороны — НЕСПЕЦИФИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ ЗАЩИТЫ.

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b8%d0%bc%d0%bc%d1%83%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%bb%d0%be%d0%b1%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%bd-ig%d0%b5/feed/ 0
Кальций общий http://gynecolog.net/2009/09/%d0%ba%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%86%d0%b8%d0%b9-%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b8%d0%b9/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%ba%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%86%d0%b8%d0%b9-%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b8%d0%b9/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%ba%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%86%d0%b8%d0%b9-%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b8%d0%b9/ Кальций ионизированный – это та часть кальция, которая циркулирует в сыворотке крови в свободном (не связанном с белками) виде. Изменение уровня ионизированного кальция имеет наибольшее клиническое значение. Основными причинами его снижения в крови являются: — почечная недостаточность; — снижение синтеза гормона паращитовидных желез (паратгормон участвует в регуляции обмена кальция); — гиповитаминоз D; -атрофический гастрит; — нарушение обмена магния; — тяжелые повреждения скелетных мышц;
Высокая концентрация ионизированного кальция в крови наиболее часто наблюдается при: -гиперпаратиреозе (избыточной продукции паратгормона паращитовидными железами) -злокачественных новообразованиях — при первичном и метастатическом поражении костей, раке легких, почек, мочевого пузыря и яичников. Возможно увеличение ионизированного кальция в крови при приеме гормонов — глюкокортикоидов и половых.
Для анализа забор крови производится в вакуумные пробирки типа «Vacuette ®» без антикоагулянта натощак.

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%ba%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d1%86%d0%b8%d0%b9-%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b8%d0%b9/feed/ 0
Глютатионпероксидаза в эритроцитах http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d1%82%d0%b0%d1%82%d0%b8%d0%be%d0%bd%d0%bf%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%ba%d1%81%d0%b8%d0%b4%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%b2-%d1%8d%d1%80%d0%b8%d1%82%d1%80%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%b0%d1%85/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d1%82%d0%b0%d1%82%d0%b8%d0%be%d0%bd%d0%bf%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%ba%d1%81%d0%b8%d0%b4%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%b2-%d1%8d%d1%80%d0%b8%d1%82%d1%80%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%b0%d1%85/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d1%82%d0%b0%d1%82%d0%b8%d0%be%d0%bd%d0%bf%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%ba%d1%81%d0%b8%d0%b4%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%b2-%d1%8d%d1%80%d0%b8%d1%82%d1%80%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%b0%d1%85/ Роль дисфункции эндотелия и окислительного стресса в механизмах развития ангиопатий при сахарном диабете 2-го типа
М. И. Балаболкин  В. М. Креминская  Е. М. Клебанова

 

Сахарный диабет (СД) является фактором риска развития ангиопатий (микро- и макроангиопатий), являющихся причиной повышенной инвалидизации и летальности при этом заболевании. Эпидемиологические исследования показывают, что при СД 2-го типа риск развития ИБС увеличивается в 3—6 раз по сравнению с популяцией без СД [1]. Сердечно-сосудистые заболевания служат причиной смерти у 50—60% всех больных, страдающих СД. Большая распространенность СД 2-го типа выявляется и у больных с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Так, по данным A. Tenerz и соавт. [2], у 25% больных с первичным инфарктом миокарда определяется вновь выявленный СД 2-го типа. При СД 2-го типа сердечно-сосудистые заболевания длительно протекают в субклинической форме, а первая их клиническая манифестация проявляется в виде инфаркта миокарда, инсульта или диабетической гангрены [3]. Предрасположенность к ИБС у больных СД 2-го типа гетерогенна. При изучении частоты ИБС в семьях больных СД установлено, что риск развития инфаркта миокарда у родственников первой степени родства почти в 7 раз выше, чем у лиц с не отягощенной по СД 2-го типа наследственностью. Исследования по идентификации генетической предрасположенности к СД 2-го типа показывают, что имеется несколько генов-кандидатов, полиморфизм которых сочетается с повышением риска развития ИБС и других атеротромботических состояний.К таким генам-кандидатам относится ген ангиотензинпревращающего фермента (АПФ), имеющий полиморфизм аллелей I и D и их комбинации. При этом его аллель D сочетается с повышением содержания АПФ в сыворотке крови и риска развития инфаркта миокарда. Идентифицирован также полиморфизм (Met45Leu) гена параоксоназы, его аллель Leu45 сочетается с повышением уровня параоксоназы в плазме крови и риска развития ИБС. У больных СД 2-го типа установлено наличие полиморфизма (4G/5G) гена ИАП-1 (PAI-1). При этом аллель 4G сочетается с повышением уровня ИАП-1 в плазме крови и развитием ИБС. Кроме того, у больных СД 2-го типа идентифицирован также полиморфизм (–455 G/A) гена фибриногена, а его аллель А имеет прямую корреляцию с повышением уровня фибриногена в крови, что сочетается, хотя и непостоянно, с возможностью развития ИБС.Если полиморфизм (Arg353Glu ) гена VII фактора крови и наличие аллеля Arg сочетаются с повышением содержания этого фактора в плазме крови и возможностью развития инфаркта миокарда, то полиморфизм (Val34Leu) гена XIII фактора и его аллель Leu являются протективной по отношению к развитию инфаркта миокарда и тромбоза глубоких вен. Тем не менее наличие указанного аллеля гена XIII фактора может быть фактором риска развития интракраниального кровоизлияния. Полиморфизм (G20210A) гена протромбина и его аллель А сочетаются с повышенным содержанием протромбина и возможностью развития тромбоза глубоких вен и ИБС, особенно при наличии других факторов риска. Идентифицирован полиморфизм (Arg506Gln) гена V фактора, а его аллель Gln сочетается с ИБС. Кроме того, полиморфизм (Leu33Pro) гена гликопротеина IIIa типа тромбоцитов и его аллель Pro сочетаются с ИБС, ишемическим инсультом и коронарным тромбозом у больных СД 2-го типа.Следует также указать, что полиморфизм (Е2, Е3, Е4) гена АроЕ и его аллель Е4 сочетаются с увеличением содержания холестерина в сыворотке крови и развитием ИБС.Несмотря на установленную взаимосвязь между наличием дислипидемии и гипертензии и сосудистыми осложнениями СД, влиянием только этих нарушений нельзя объяснить повышенную частоту сердечно-сосудистых заболеваний при СД 2-го типа [4]. К другим не менее, а вероятно, более важным факторам риска развития сосудистых осложнений СД относятся гипергликемия, гиперинсулинемия и инсулинорезистентность. Широкомасштабные проспективные исследования английских диабетологов UKPDS (The United Kingdom Prospective Diabetes Study) по изучению влияния различной сахарпонижающей терапии (препараты сульфонилмочевины, метформин и инсулинотерапия) на развитие сосудистых осложнений у больных, страдающих СД 2-го типа, показали, что имеются большие трудности в поддержании длительной компенсации углеводного обмена у таких больных по сравнению с больными, страдающими СД 1-го типа. Так, хороший метаболический контроль может быть достигнут лишь у незначительного количества больных СД 2-го типа [5]. На протяжении всего периода наблюдения происходило прогрессирующее уменьшение количества больных, у которых удавалось поддерживать содержание гликозилированного гемоглобина в крови в пределах 7%, что являлось целевым условием компенсации больных. Если в первые 3 года наблюдения хорошая компенсация отмечалась лишь у 55% больных, то через 9 лет количество таких больных уменьшилось до 30%. Более того, у больных наблюдалось ухудшение компенсации углеводного обмена, несмотря на значительные изменения (увеличение дозы принимаемых препаратов) медикаментозной терапии [6, 7]. Однако, как показывают результаты исследования UKPDS, хороший метаболический контроль у больных СД 2-го типа является достаточно эффективным средством лишь в профилактике микроангиопатий (ретино-, нефропатия). Что касается сердечно-сосудистых осложнений (макроангиопатии), то, по результатам исследования UKPDS, длительная компенсация углеводного обмена у этих больных практически не влияет ни на частоту осложнений, ни на степень выраженности клинических проявлений. Так, частота инфаркта миокарда в группе больных, находящихся на интенсивной сахарпонижающей терапии, снизилась, но это снижение заболеваемости инфарктом миокарда было статистически недостоверным. При этом не было отмечено снижения частоты инсульта у больных СД 2-го типа [6]. В том случае, если на протяжении всего периода наблюдения удавалось поддерживать снижение HbA1c на 1%, риск развития инфаркта миокарда снижался на 14% [8]. Это свидетельствует о том, что, помимо гипергликемии, в механизмах сосудистой патологии при СД 1-го и 2-го типов участвуют и другие факторы. Несмотря на то что в патогенезе ангиопатий при СД 1-го и 2-го типов имеются общие механизмы их развития, различная их частота и специфичность поражения мелких сосудов и сосудов среднего калибра, свидетельствуют о наличии дополнительных факторов при СД 1-го и 2-го типов, обеспечивающих эту специфичность. В табл. 1 ((Таблица 1. Частота ангиопатий при СД 1-го и 2-го типов)) представлены данные о частоте ангиопатий при СД 1-го и 2-го типов.Таким образом, сахарный диабет 1-го и 2-го типов характеризуется как различной частотой и распространенностью, так и локализацией патологического процесса в разных частях сосудистой системы. В соответствии с современными данными в патогенезе сосудистых осложнений при СД 2-го типа, помимо гипергликемии, инсулинорезистентности и гиперинсулинемии, участвуют дополнительные группы факторов риска, которые представлены на рис. 1 ((Рис. 1. Механизмы, участвующие в патогенезе развития сосудистых осложнений.)).Дислипидемия при СД характеризуется повышением содержания общего холестерина, холестерина липопротеидов низкой плотности, в частности наиболее их атерогенной фракции, так называемых «малых липопротеидов», триглицеридов и снижением уровня холестерина липопротеидов высокой плотности.Нарушения коагуляции проявляются снижением фибринолиза, повышением содержания фибриногена, а также увеличением экспрессии активатора тканевого плазминогена и ингибитора активатора плазминогена 1-го типа (ИАП-1, или PAI-1).Воспаление, которое постоянно встречается при многих хронических системных заболеваниях, включая СД, проявляется повышением экспрессии его специфических маркеров — фибриногена, С-реактивного белка, амилоида-1, а также повышением уровня цитокинов (интерлейкины, фактор некроза опухолей α и др.).Окислительный стресс как следствие усиленного аутоокисления глюкозы проявляется повышением продуктов перекисного окисления липидов (ПОЛ), окисленных липопротеидов низкой плотности и производных арахидоновой кислоты (F2-изопростаны).Повышение гликирования белков сопровождается увеличением продуктов конечного гликозилирования, которые инициируют экспрессию генов коллагена и других белков капиллярной мембраны, обладающих проатерогенными свойствами.Дисфункция эндотелия сопровождается повышением экспрессии генов клеточных адгезивных молекул и ИАП-1 (PAI-1), а также снижением образования оксида азота (NO), оказывающего вазодилатирующее действие.Необходимо отметить, что фактором высокого риска развития сердечно-сосудистой патологии является также курение. Показано, что прекращение курения сопровождается снижением риска повторного острого развития синдрома ИБС или смерти от ИБС у больных СД 2-го типа на 40—50%, а через 5 лет после прекращения курения этот дополнительный риск развития ИБС вследствие курения снижается до нуля [9].Таким образом, в патогенезе сосудистых осложнений СД участвуют несколько факторов, но их значимость в становлении ангиопатий неодинакова. Более того, реализация каждого из перечисленных факторов будет зависеть не только от его наличия, но и от генетической предрасположенности, имеющейся у конкретного больного. Дисфункция эндотелия. Доказано, что независимо от типа СД в инициации ангиопатий (микро- или макроангиопатий) основная роль принадлежит нарушению нормальной функции эндотелия и развитию его дисфункции [10]. Наличие дисфункции эндотелия выявляется не только в случае манифестного СД, но и у больных, страдающих ожирением при нарушенной толерантности к глюкозе или без нее, при инсулинорезистентности (метаболический синдром), и у больных, имевших в анамнезе гестационный диабет. При рассмотрении сложного «многоступенчатого и многокомпонентного» процесса, каким является ангиопатия, считаем целесообразным вначале осветить дисфункцию эндотелия и лишь затем — другие компоненты, участвующие в механизмах развития ангиопатий при СД. Эндотелий, являющийся внутренним слоем всех сосудов, выполняет многочисленные функции, а не только барьерную, как считалось до последнего времени. Посредством различных пептидов и других биологически активных соединений эндотелий участвует в поддержании нормальной микроциркуляции на периферии, обеспечивая скорость продвижения крови по капиллярам и предупреждая возможность развития кровотечения в случае травматизации сосудистой стенки. Эти и другие влияния эндотелия на изменение функции сосудов приведены в табл. 2((Таблица 2. Функция эндотелия и его влияние на изменение сосудов)).Одним из ключевых биологически активных соединений, генерирующихся в клетках эндотелия, является оксид азота (NO), который вовлечен в процессы вазодилатации сосудов, поддержания тонуса сосудистой стенки посредством релаксации ее гладкомышечных клеток. Участие эндотелия в образовании NO и вазодилатации сосуда представлено на рис. 2 ((Рис. 2. Участие эндотелиальной клетки в вазодилатации (релаксации гладкомышечных клеток).NO — оксид азота; NOS—NO-синтетаза; ГТФ — гуанинтрифосфат; ГЦ — гуанилатциклаза; цГМФ — циклический гуанидинфосфат.)). Образование NO происходит вследствие превращения аминокислоты L-аргинина в аминокислоту L-цитрулина, которая контролируется ферментом NO-синтетазой. Идентифицированы три изоформы NO-синтетазы (эндотелиальная, нейрональная и индуцированная), гены которых экспрессируются в разных тканях. Так, эндотелиальная NO-синтетаза, имеющая молекулярную массу 160 kD, образуется в эндотелиальных клетках и осуществляет релаксацию гладкомышечных клеток, а также принимает участие в агрегации тромбоцитов и ингибирует рост гладкомышечных клеток. Ген нейрональной NO-синтетазы экспрессируется в нервных клетках. Нейрональная NO-синтетаза имеет молекулярную массу 130 kD. Образующийся в этом случае NO осуществляет сигнальные функции и участвует в модуляции болевого раздражения, обеспечении памяти, а также в синхронизации сосудистого тонуса с состоянием активности нервной системы. Эндотелиальная и нейрональная NO-синтетазы являются конституциональными ферментами. Индуцированная NO-синтетаза экспрессируется в лейкоцитах и впервые была идентифицирована из активированных лейкоцитов. Она имеет молекулярную массу 135 kD и обладает цитотоксическими и цитостатическими свойствами. Индукторами экспрессии гена NO-синтетазы являются цитокины, эндотоксины и липополисахариды, содержащиеся в различных бактериях. Следствием повышения активности NO-синтетазы является усиление кровотока в очагах воспаления. Доказано участие индуцированной NO-синтетазы в усилении выработки инсулина и ускорении апоптоза β-клеток островка поджелудочной железы, что приводит к аутоиммунной деструкции инсулинпродуцирующих клеток и развитию СД 1-го типа.Эндотелиальная NO-синтетаза является мембраносвязанным белком, в то время как ее цитозольные формы биологически неактивны. Активность эндотелиальной NO-синтетазы, вероятнее всего, обусловлена ее комплексированием с кавеолами плазматической мембраны, которые содержат большое количество холестерина, сфинголипидов, инозитол-3-фосфата, протеинкиназ и пострецепторных сигнальных G-белков. Кавеолы локализуются преимущественно в эндотелиальных клетках, хотя в некоторых исследованиях они были выявлены в адипоцитах, кардиомиоцитах и других клетках. Эдотелийзависимый NO совместно с ангиотензином II обеспечивает многочисленные влияния на структуру сосудистых стенок (рис. 3)((Рис. 3. Влияние ангиотензина II и NO на гладкомышечные клетки сосудов.)). Эндотелиальный NO оказывает релаксирующее влияние на мелкие кровеносные сосуды (артериолы, капилляры), участвуя в сохранении микроциркуляции на оптимальном уровне. Кроме того, ему свойственны антипролиферативное, фибринолитическое влияние и антиагрегационное действие. Перечисленные эффекты NO необходимы для нормальной функции микроциркуляторного русла. При СД вследствие дисфункции эндотелия образование NO снижается, что облегчает функционирование механизмов, следствием чего и является ускоренное образование всех структурных изменений в сосудистой стенке, характерных для ангиопатий, в том числе и для атеросклероза. Ангиотензин II опосредует рост и сокращение сосудов, как и их дифференцировку и пролиферацию. Нарушение количественного образования этих двух биологически активных соединений, оказывающих разнонаправленное действие на сосудистую систему, приводит к дисбалансу их влияния на функциональное и структурное состояние сосудистой стенки, что находит выражение в процессах развития ангиопатий. Медикаментозное воздействие на процессы образования указанных биологически активных веществ и восстановление их качественного и количественного баланса способствует стабилизации скорости развития ангиопатий, а в некоторых случаях и их обратному развитию.Помимо этого, NO модулирует высвобождение нескольких вазоактивных пептидов и совместно с последними участвует в ингибировании адгезии лейкоцитов путем влияния на экспрессию молекул адгезии (внутриклеточные молекулы адгезии — ICAM-1, адгезивные молекулы сосудистых клеток — VCAM-1), а также Е-селектины. NO угнетает миграцию и пролиферацию гладкомышечных клеток, подавляет экспрессию провоспалительных генов, в частности транскрипционного фактора NF-kB, который инициирует и обеспечивает различные механизмы, участвующие в патогенезе СД и его сосудистых осложнений. При СД содержание эндотелиального NO снижено, что, несомненно, может оказывать отрицательное влияние на уже имеющуюся дисфункцию эндотелия и способствовать ускоренному развитию атеросклеротических процессов, что особенно характерно для СД 2-го типа. Указанное диктует необходимость применения препаратов, в частности L-аргинина, восстанавливающих образование эндотелиального NO. Окислительный стресс и активирование процессов ПОЛ, в том числе липопротеидов низкой плотности, сопровождаются ингибированием синтеза эндотелиального NO. Устранение окислительного стресса у больных СД и применение антиоксидантов будут сопровождаться повышением уровня NO в сыворотке крови, снижением степени выраженности клинических симптомов, обусловленных дисфункцией эндотелия.Выше отмечалось, что нормальная функция эндотелия необходима для поддержания нормальной микроциркуляции и уменьшения проявлений синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания, который в той или иной степени выражен у больных СД. Механизмы участия эндотелиальных клеток в процессах коагуляции и фибринолиза представлены на рис. 4 ((Рис. 4. Участие эндотелиальных клеток в процессах коагуляции и фибринолиза.)). Важную роль в процессах тромбообразования и фибринолиза отводят плазмину, неактивным предшественником которого является плазминоген. Под влиянием активатора плазминогена тканевого и урокиназного типов плазминоген превращается в плазмин, растворяя фиксированный фибрин. Активаторы плазминогена находятся под влиянием специфических ингибиторов, главным из которых является ИАП-1 (PAI-1), уровень которого значительно повышен при СД, особенно 2-го типа. Гиперинсулинемия и высокий уровень триглицеридов стимулируют синтез ИАП-1 в разных тканях (гепатоциты, адипоциты, эндотелиоциты). Для уменьшения влияния повышенного уровня ИАП-1 на механизмы развития ангиопатий при СД желательно применение таких сахарпонижающих препаратов, которые, помимо своего основного действия, оказывали бы дополнительное влияние на снижение и нормализацию содержания ИАП-1. Оказалось, что таким препаратом является метформин. Основной механизм действия метформина на повышение фибринолиза — снижение уровня ИАП-1, что оказывает положительное влияние на стабилизацию развития и течения ангиопатий. Помимо снижения активности ИАП-1, метформин уменьшает пролиферацию гладкомышечных клеток в сосудистой стенке in vitro и скорость атерогенеза in vivo у животных.Указанным не ограничивается количество биологически активных веществ и различных механизмов, участвующих в нарушении функции эндотелия при СД. В табл. 3 ((Таблица 3. Механизмы, вовлеченные в нарушение функции эндотелия)22_3.JPG)) представлены известные в настоящее время механизмы, вовлеченные прямо или опосредованно в нарушение функции эндотелия при СД.Окислительный стресс. Особое значение в механизмах развития ангиопатий придается окислительному стрессу, который принимает участие в патогенезе не только СД и его сосудистых осложнений, но и других заболеваний. Еще в 1987 г. S. Wolff и соавт. одними из первых показали, что основная роль в развитии сосудистых осложнений СД принадлежит неферментативному аутоокислительному гликозилированию и окислительному стрессу, вызванному нарушением углеводного обмена. Указанные нарушения способствуют усилению процессов пероксидации липидов и изменению качественных характеристик липопротеидов с их накоплением в пенистых клетках, являющихся основой атеросклеротического поражения крупных сосудов. Модифицированные липопротеиды также принимают участие в повреждении эндотелиальных клеток, способствуя развитию микроангиопатии. К сожалению, до настоящего времени отсутствуют методы, позволяющие непосредственно определять уровень окислительного стресса в организме. В связи с этим состояние окислительного стресса и вызванные им нарушения и различные повреждения белков организма определяются косвенно по содержанию различных гликоокисленных продуктов, к которым относятся белковые карбонилы, липидные пероксиды и различные вещества, реагирующие с тиобарбитуровой кислотой. Свободнорадикальное окисление липидов является неотъемлемой частью многих жизненно важных процессов, таких как перенос электрона флавиновыми элементами, обновление состава липидов биомембран, окислительное фосфорилирование в митохондриях, митогенез, проведение нервного импульса и др. Продуктами ПОЛ являются предшественники простагландинов и их производных — тромбоксанов и простациклина. Постоянно протекающие в клеточных мембранах реакции пероксидации способствуют обновлению их липидного состава и поддержанию соответствующей активности всех липидзависимых мембранно-связанных ферментов, к которым относятся практически все ферментные системы организма. Процессы ПОЛ представляют собой цепную реакцию и включают инициирование, удлинение, разветвление, обрыв цепей окисления. Основная роль в инициировании перекисных реакций принадлежит активным формам кислорода, таким как супероксид-радикал, синглетный кислород, гидроксил-радикал. Избыточное образование продуктов ПОЛ оказывает повреждающее действие на уровне клеток, их цитотоксичность связана с накоплением перекисей липидов в липопротеидах высокой плотности. При этом свободные радикалы участвуют в деструкции многих клеток, включая эндотелий. Как известно, окислительные процессы в организме связаны с использованием кислорода по двум путям: 1) оксидазному, или основному, сопряженному с образованием АТФ, который и является главным источником энергии; 2) оксигеназному, характеризующемуся включением кислорода в молекулу окисляемого субстрата. При втором пути отсутствует полное восстановление кислорода до воды и образуются активные формы кислорода, такие как супероксидный анион, перекись водорода, гидроксильный радикал. Последние активно реагируют с фосфолипидами и прежде всего с арахидоновой и докозогексаеновой кислотами мембран с образованием продуктов перекисного окисления. При распаде образовавшихся гидроперекисей появляется избыток свободных радикалов (RO’), несущих неспаренный электрон. Соединяясь с молекулой кислорода, они образуют новый радикал (RO2), который и называется перекисным.Затем перекисные радикалы вступают во взаимодействие с молекулами жирных кислот, образуя высокотоксичные гидроперекиси (ROOH) и новый свободный радикал. Этот процесс протекает лавинообразно с увеличением концентрации свободных радикалов, которые затем снова формируют цепи окисления. Эта практически цепная реакция прерывается лишь взаимодействием с антиоксидантами.Обладая высокой реактогенной способностью, свободные радикалы вступают в реакции с ненасыщенными жирными кислотами, являющимися компонентом мембранных фосфолипидов, в результате чего возникают новые цепи окисления, а в зонах наибольшей активности липопероксидации появляются каналы пассивной проницаемости, через которые свободно проходят ионы и вода. Диеновые конъюгаты, являющиеся первичными продуктами ПОЛ, относятся к токсическим метаболитам, которые оказывают повреждающее действие на липопротеиды, белки, ферменты и нуклеиновые кислоты. Дальнейшими продуктами ПОЛ являются альдегиды и кетоны (малоновый диальдегид и др.), которым принадлежит важная роль в синтезе простагландинов, прогестерона и других стероидов. В результате взаимодействия диальдегидов со свободными группами мембранных соединений образуются конечные продукты ПОЛ (основание Шиффа и др.), непрерывное накопление которых приводит к дестабилизации мембраны и способствует деструкции клеток. Беспредельное увеличение количества свободных радикалов и гидроперекисей липидов должно было бы привести к быстрому разрушению клеточных структур, но в естественных условиях этого не происходит благодаря наличию в организме сложной и многокомпонентной системы биоантиокислителей и естественных антиоксидантов, способных при химическом воздействии ингибировать свободнорадикальное окисление липидов. При нормальных условиях в организме сохраняется равновесие между скоростью ПОЛ и активностью антиоксидантной системы (витамины Е, С, В, супероксиддисмутаза, каталаза, глютатионтрансфераза, глютатионпероксидаза, глютатионредуктаза и др.), что является одним из основных показателей гомеостаза.Избыточное образование продуктов ПОЛ, как отмечалось выше, оказывает цитотоксическое действие, что проявляется повреждением мембран эритроцитов, лизосом. При этом изменяется структура мембран клеток вплоть до их разрыва, ингибируется активность цитохромоксидазы. Считается, что свободные радикалы участвуют в патогенезе многих заболеваний (по данных некоторых авторов, этот перечень включает 100 различных болезней), в том числе ревматоидного артрита, геморрагического шока, язвенного колита, атеросклероза, синдрома приобретенного иммунодефицита и др. Более того, свободные радикалы прямо или опосредованно участвуют в механизмах некроза и апоптоза, т.е. в процессах, регулирующих деятельность тканей, органов и систем организма, в процессах старения организма и в конечном итоге, в контроле длительности жизни организма. Можно без преувеличения считать, что в настоящее время формируется новая область науки — свободнорадикальная биология и медицина.Многие свободные радикалы являются цитотоксическими и приводят к развитию патологических состояний. Однако свободнорадикальные реакции необходимы для образования многих жизненно необходимых ферментов, а также для нормальной функции иммунной системы и ее компонентов (нейтрофилы, макрофаги и другие иммунокомпетентные клетки), т.е. для формирования адекватного иммунного ответа. Установлено, что при воспалении фагоцитами и Т-лимфоцитами (Т-киллерами) активно образуются такие свободнорадикальные соединения, как О2·–, HOCl и NO ·–, которые оказывают выраженное бактерицидное и противоопухолевое действие. Этот цитотоксический эффект свободнорадикальных соединений, который в норме выполняет защитную функцию (ликвидация патогенных микроорганизмов и мутантных клеток), при определенных состояниях (например, избыточном образовании свободных радикалов, дефектах антиоксидантной системы) вследствие неконтролируемой их “утечки” может приводить к необратимым повреждениям молекул белков, липидов и нуклеиновых кислот.Свободные радикалы облигатны (абсолютно необходимы) для активации многих транскриптационных факторов, участвующих в экспрессии генов, они осуществляют также трансдукцию гормональных и клеточных сигналов. Многие свободные радикалы проявляют цитотоксические свойства в том случае, если они образуются в избытке, повреждая при этом как одиночные молекулы, так и мембраны клеток, клетки, ткани и органы. Развиваются окислительный стресс и последующее лавинообразное образование свободных радикалов, приводящих к дальнейшей деструкции на клеточном и органном уровнях.В физиологических условиях в организме имеется постоянный баланс между уровнем свободных радикалов (оксидантов) и активностью системы антиоксидантной защиты. Окислительный стресс сопровождается нарушением равновесия между указанными системами с увеличением количества оксидантов, которые ведут к повреждению биологических молекул в клетках, что сопровождается повышением их содержания в биологических средах и тканях организма. Соединения или вещества, представляющие собой такие поврежденные биологические молекулы (белки, липиды и др.), являются маркерами окислительного стресса.Свободные радикалы — это гетерогенная группа, но наибольшее их количество относится к соединениям реактивного кислорода, которые являются как кислородными радикалами, так и нерадикальными соединениями. Все представители этих соединений — окислительные и легко превращаются в радикалы. Молекулярный кислород является наиболее распространенным и наиболее важным электронным акцептором. Обычно в митохондриях кислород восстанавливается 4 электронами до воды. В физиологических условиях лишь 5—6% потребляемого кислорода восстанавливается до супероксидных радикалов. При определенных условиях супероксидный радикал может восстанавливаться до гидроксильного радикала, который хотя и считается более слабым окислительным агентом, но в биологических системах обладает даже более выраженной реакционной способностью по сравнению с О2.Все свободные радикалы имеют на внешней орбите неспаренный электрон, а для устойчивого состояния каждая молекула должна содержать на наружной орбите два электрона, поэтому второй недостающий электрон свободные радикалы захватывают из других молекул. Именно этим объясняется повышенная реакционная способность свободных радикалов. Супероксидные радикалы активируют ПОЛ. При взаимодействии с полиненасыщенными жирными кислотами супероксидный радикал в результате цепной реакции вызывает разрушение мембранных структур.Таким образом, определенное количество свободных радикалов постоянно образуется в физиологических условиях. Однако при определенных условиях образование реактивных радикальных соединений увеличивается, что и приводит к окислительному стрессу. Причины, приводящие к окислительному стрессу, многочисленны. Это различные повреждения (травмы и др.), инфекции, избыточное ультрафиолетовое облучение, повышение уровня экзогенных и эндогенных токсинов, перегревание и резкое охлаждение организма, ишемическая реперфузия и др. Перечисленные состояния сопровождаются активированием различных ферментных систем (циклооксигеназы, превращение ксантиндегидрогеназы в оксидазу и др.), высвобождением гем-белков (миоглобин, гемоглобин, цитохромы), которые реагируют с пероксидами и стимулируют свободнорадикальные повреждения различных клеток. Повреждения митохондрий сопровождаются повышенной утечкой электронов и образованием О2–, Н2 О2–. Повышается внутриклеточный уровень ионизированного кальция, что в свою очередь стимулирует Са2+-зависимые нуклеазы и Са2+-кальмодулинзависимую NO-синтетазу с повышением образования NO, что создает возможность ускоренного образования ONOO. Таким образом, активирование всех перечисленных процессов способствует развитию окислительного стресса. Супероксидные радикалы активируют ПОЛ. Фосфолипиды, которые являются основными соединениями клеточной мембраны, вследствие их высокой ненасыщенности легко подвергаются повреждающему действию свободных радикалов. При их взаимодействии с полиненасыщенными жирными кислотами (свободные радикалы: супероксидный, гидроксильный и гидропероксидный) в результате цепной реакции происходит разрушение мембранных структур. В процессе ПОЛ образуются вторичные соединения (липидные гидропероксиды, диеновые альдегиды — соединения альдегидной природы, к которым относится малоновый диальдегид и 4-гидроксиноненаль). Альдегидные группы этих соединений вступают в реакцию с аминогруппами белков и нуклеотидов, что приводит к нарушению структуры и функции таких молекул.Окислительный стресс, сопровождающийся значительным увеличением уровня свободных радикалов и приводящий к повышению ПОЛ, блокирует синтез белка и нуклеиновых кислот, подавляет гликолиз и способствует разобщению окислительного фосфорилирования, ингибирует активность некоторых ферментов (глюкозо-6-фосфатазы, аденилатциклазы и др.), что приводит к нарушению функции многих тканей. Указанные изменения могут возникать в организме в тех случаях, когда скорость образования свободных радикалов превышает нейтрализующую способность ферментов антиоксидантной системы организма.Антиоксидантная система организма представлена несколькими группами соединений это: 1) ферменты: супероксиддисмутаза, глютатионпероксидаза, каталаза, селензависимый глютатион, тиоредоксингидропероксидаза, метионинсульфоксидредуктаза, пероксиддисмутаза; 2) фитонутриенты: витамины С и А, семейство токоферола(4 соединения токоферола — α-, β-, g- и d-токоферолы и 4 соединения токотриенолов), каротены (около 500 соединений), флавониды и полифенолы (около 4000—5000 соединений), селений и различные микроэлементы, тиоктовая или липоевая кислота и ее восстановленная форма липоат(в восстановлении липоевой кислоты участвует несколько ферментов — глютатионредуктаза, тиоредоксинредуктаза и липамиддегидрогеназа); 3) секвестранты металлов (альбумин, трансферрин, ферритин, гемопексин; 4) другие антиоксиданты: билирубин, глютатион, таурин, убихинон (убиквинол, убифенол), ураты (табл. 4))((Таблица 4. Распространение важнейших природных антиоксидантов в организме)). Важным является тот факт, что α-липоевая, или тиоктовая, кислота локализуется во всех средах организма: клеточных мембранах, цитоплазме и внеклеточной жидкости.Наиболее активными из группы ферментов являются металлопротеины, обладающие активностью супероксиддисмутазы (СОД). В зависимости от содержания металлов СОД делятся на: СОД, содержащие медь и цинк (Cu- и Zn-Cu/Zn-СОД); СОД, содержащие марганец (Mn-Mn-СОД); СОД, содержащие железо (Fe-Fe-СОД). СОД, содержащая медь и цинк, локализуется в растворимой фракции клеток, а содержащая марганец — в митохондриях. Функция СОД заключается в восстановлении О2·– до Н2 О2–. Указанная реакция является своего рода «первой линией» защиты от избытка свободных радикалов и, как правило, обеспечивает обезвреживание свободных радикалов в клетке. В случае, когда эта защитная мера бывает недостаточной и происходит образование НО•, который осуществляет окисление полиненасыщенных жирных кислот (PUFA), такие липидные радикалы вступают во взаимодействие с естественным антиоксидантом — витамином Е. Адекватная функция антиоксидантной системы поддерживается согласованной активностью цикла витамина Е, цикла витамина С и цикла α-липоевой (тиоктовой) кислоты или тиоловым циклом.К настоящему времени почти полностью установлен механизм образования и участия свободных радикалов в патогенезе сосудистых осложнений. Схематически это представлено на рис. 5 ((Рис. 5. Образование и участие свободных радикалов в патогенезе сосудистых осложнений (по P. Rosen и соавт. в модификации).)). Свободнорадикальные соединения ( О2–– и ONOO–) активируют скорость апоптоза, окисление липопротеидов низкой плотности и образование ядерного транскрипционного фактора NF-kb. Последний с участием нескольких белков (фактор некроза опухолей α, интерлейкин, Il-1b, молекулы адгезии) опосредует механизмы, способствующие тромбогенной трансформации сосудистой стенки.Дефицит инсулина или инсулинорезистентность, являющиеся причиной СД, способствуют развитию окислительного стресса, который в свою очередь прямо и опосредованно приводит к развитию сосудистых осложнений (рис.6)((Рис. 6. Роль гипергликемии при дефиците инсулина или инсулинорезистентности в инициации окислительного стресса и других механизмов развития сосудистых осложнений при СД.)). Гипергликемия, повышение аутоокисления глюкозы и окислительный стресс активируют неферментативное гликирование или гликозилирование, которое обусловлено способностью глюкозы образовывать с аминогруппами различных белков, возможно, и с ДНК, разные соединения (интермедиаты), участвующие в обмене и являющиеся исходным материалом для образования необратимых в химических реакциях веществ, получивших название конечных продуктов гликозилирования, активирующих экспрессию различных генов, белковые производные которых являются морфологической основой сосудистых изменений при СД. Период полураспада этих продуктов более длительный, чем обычных белков (от нескольких месяцев до лет). Скорость образования конечных продуктов гликозилирования зависит от уровня и длительности экспозиции глюкозы.В организме активность ПОЛ и активность системы антиоксидантной защиты находятся в постоянном равновесии, которое у больных СД нарушено, и скорость ПОЛ превышает способность антиоксидантной системы “гасить” избыточное количество свободных радикалов. Это обстоятельство диктует необходимость применения антиоксидантов в комплексной терапии СД. Наши исследования и данные других авторов показывают, что применение различных антиоксидантов (витамина Е, С, никотинамида, диквертина и др.) снижает содержание продуктов ПОЛ (диеновые конъюгаты и малоновый диальдегид), повышает активность ферментов антиоксидантной защиты, это в свою очередь оказывает положительное воздействие на стабилизацию сосудистых осложнений СД, сохраняя работоспособность и качество жизни больных с этим заболеванием, что в итоге отдаляет время инвалидизации и снижает летальность. Литература1. Stamler J., Vaccaro O., Neaton J. D., Wentworth D. Diabetes, other risk factors, and 12-year cardiovascular mortality for men screened in the multiple risk factor intervention trial. Diab Care 1993;16:434—444.2. Tenerz A., Lonnberg I., Berne C. et al. Myocardial infarction and prevalence of diabetes mellitus. Is increased casual blood glucose at admission a reliable criterion for the diagnosis of diabetes? Eur Heart Dis 2001;22:1102—1110.3. Kuller L.H., Velentgas P., Barzilay L. et al. Diabetes mellitus: subclinical cardiovascular disease and risk of incident cardiovascular disease and all cause mortality. Arterioscler Thromb Vasc Biol 2000;20:823—829.4. Hayden J.M., Reaven P.D. Cardiovascular disease in diabetes mellitus type 2: a potential role for novel cardiovascular risk factors. Curr Opin Lipidol 2000;11:519—528.5. Turner R.C., Cull C.A., Frighi V., Holman R.R. The UK Prospective Diabetes Study (UKPDS) Group. Glycemic control with diet, sulfonylurea, metformin or insulin in patients with type 2 diabetes mellitus. Progressive requirement for multiple therapies (UKPDS 49). JAMA 1999;281:2005—2012.6. UK Prospective Diabetes Study (UKPDS) Group. Intensive blood-glucose control with sulphonylureas or insulin compared with conventional treatment and risk of complications in patients with type 2 diabetes (UKPDS 33). Lancet 1998;352:837—853.7. UK Prospective Diabetes Study (UKPDS) Group. Effect of intensive blood-glucose control with metformin on complications in overweight patients with type 2 diabetes (UKPDS 34). Lancet 1998;352:854—865.8. Stratton I.M., Adler A.L., Neil H.A. et al. Association of glycaemia with macrovascular and microvascular complications of type 2 diabetes (UKPDS 35): prospective observational study. BMJ 2000;321:405—412.9. Julien J. Cardiac complications in non-insulin dependent diabetes. J Diab Compl 1997;11:123—130.10. Stern M.P. Diabetes and cardiovascular disease. The “common soil” hypothesis. Diabetes 1995;44:369—374.Поступила 10.12.03

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d1%82%d0%b0%d1%82%d0%b8%d0%be%d0%bd%d0%bf%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%ba%d1%81%d0%b8%d0%b4%d0%b0%d0%b7%d0%b0-%d0%b2-%d1%8d%d1%80%d0%b8%d1%82%d1%80%d0%be%d1%86%d0%b8%d1%82%d0%b0%d1%85/feed/ 0
Эстриол свободный http://gynecolog.net/2009/09/%d1%8d%d1%81%d1%82%d1%80%d0%b8%d0%be%d0%bb-%d1%81%d0%b2%d0%be%d0%b1%d0%be%d0%b4%d0%bd%d1%8b%d0%b9/ http://gynecolog.net/2009/09/%d1%8d%d1%81%d1%82%d1%80%d0%b8%d0%be%d0%bb-%d1%81%d0%b2%d0%be%d0%b1%d0%be%d0%b4%d0%bd%d1%8b%d0%b9/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d1%8d%d1%81%d1%82%d1%80%d0%b8%d0%be%d0%bb-%d1%81%d0%b2%d0%be%d0%b1%d0%be%d0%b4%d0%bd%d1%8b%d0%b9/ По материалам книги «Заместительная гормонотерапия», автор д.м.н. Я.З. Зайдиева
Пути введения и формы применения эстрогенов
В клинической практике наиболее распространенным является оральный метод назначения гормонотерапии. Это объясняется простотой и более высокой осведомленностью пациенток и врачей.
При парентеральном назначении эстрогенов используются различные способы введения. Системное действие эстрогенов достигается при внутримышечном (инъекции), чрезкожном (пластырь), накожном (гель, мазь) введении и имплантации гранул эстрадиола (подкожно). Местный эффект достигается при вагинальном введении эстрогенов в виде мазей, свечей, колец, пессариев.
В последние годы уделяется особое внимание различиям в применении гормонов оральным и трансдермальным способами. Основное отличие между ними состоит в том, что в случае трансдермального применения, как и в случае других непероральных методов (подкожного или вагинального), удается избежать выраженного метаболизма при «первом прохождении» через печень и тонкий кишечник. Это означает, что печеночный метаболизм гораздо менее выражен при трансдермальном пути введения. Колебания относительных концентраций метаболитов и исходного стероидного соединения в кровотоке также зависят от пути введения; так, например, гораздо большие концентрации эстрона в плазме определяются после перорального приема эстрадиола по сравнению с его трансдермальным применением.
При пероральном введении эстрогены абсорбируются в портальной системе и проходят через печень до попадания в систему кровообращения.
При трансдермальном пути введения эстрогены непосредственно попадают в кровяное русло подкожной ткани и распределяются в организме прежде, чем произойдет метаболизм в печени. При этом может возникнуть неправильное понимание клинического значения некоторых различий между двумя методами применения препаратов. Поэтому часто делают выбор в сторону более «физиологичного «соотношения эстрадиола и эстрона, которое наблюдается при трансдермальном применении, так как при этом более точно воспроизводится ситуация характерная для яичникового цикла. Тем не менее, не имеется указаний на то, что высокие уровни эстрона в плазме, являющегося гораздо более слабым эстрогеном по сравнению с эстрадиолом, могут оказать хоть какое-то вредное воздействие. Как было сказано ранее, высокие концентрации эстрона и биологически неактивного эстрон-сульфата способствуют поддержанию адекватного уровня эстрогенов, благодаря реакциям, способствующим поддержанию равновесия. Кроме того, прогестаген может оказывать значительное влияние на метаболизм эстрогенов.
Ограничение метаболических эффектов при трансдермальном применении (т. е. менее выраженный эффект на систему гемостаза), безусловно, теоретически дает преимущества при назначении определенным группам пациенток. Тем не менее, спорным и неподтвержденным оказывается мнение, что благоприятное действие эстрогенов на метаболизм липидов (снижение общего холестерина, повышение ХС-ЛПВП) менее выражено при трансдермальном применении по сравнению с пероральным приемом. В настоящий момент не существует текущих исследований о преимуществах той или иной формы применения ЗГТ.
Парентеральные формы применения
С помощью подкожной имплантации капсулы или пилюли, содержащей кристаллизированный эстрадиол, поддерживается довольно постоянный уровень препарата в течение нескольких, обычно 4-6 месяцев. Колебания уровня гормона в сыворотке могут быть менее выраженными по сравнению с трансдермальным введением препарата. Тем не менее, при применении капсулы наблюдаются значительные колебания уровня эстрогенов в течение всего периода лечения, в связи с чем этот метод применения оставляет меньше возможностей для индивидуального подбора дозы. Если новая капсула, содержащая 20-30 мг эстрадиола, имплантируется до того, как уровень эстрогенов возвратился к своему исходному значению (с возвращением также климактерических симптомов), может наблюдаться явление аккомодации с повышением концентрации эстрогенов в сыворотке. Иногда бывает очень трудно удалить пилюлю при необходимости прервать лечение. Все перечисленные факторы ограничивают область применения капсул, содержащих эстрогены в качестве ЗГТ.
Инъекции эфиров эстрогенов в масляном растворе (депо-формы) в настоящее время редко используются. При введении одного и того же препарата концентрация, достигаемая при этом, очень изменчива в зависимости от времени, с высоким пиковым уровнем препарата в течение первых дней после инъекции.
Эстрадиол может всасываться с поверхности любого эпителия, и в частности со слизистой оболочки влагалища. Влагалищные аппликации микронизированного эстрадиола способны вызывать высокую концентрацию в сыворотке с небольшой степенью метаболизма в эстрон, но при этом быстро происходит ее снижение. Влагалищные кольца с эстриолом в полимере с постоянным высвобождением эстрогена позволяют поддерживать относительно постоянную концентрацию в сыворотке в течение недель или месяцев, хотя уровень в сыворотке может быть изначально высоким. Эстрадиол так же хорошо всасывается через носовую и сублингвальную слизистую оболочки.
Трансдермальное применение
В практике существуют две формы парентерального применения эстрадиола через неповрежденную кожу, а именно, с помощью нанесения гидроалкогольного геля либо с использованием трансдермального пластыря или наклейки с контролируемым высвобождением эстрадиола. В наклейках первого поколения спиртовой раствор эстрадиола содержится в резервуаре и отделен от кожи с помощью специальной контролирующей мембраны. В появившихся в последнее время наклейках современного типа эстрадиол непосредственно растворен в адгезивном, специально созданном матриксе, который контролирует степень его высвобождения. При нанесении на кожу эстроген-содержащего геля эстрогены проникают в роговой слой кожи в течение нескольких минут, где происходит накопление препарата, а затем в течение последующих часов путем диффузии через капиллярные сплетения дермы он достигает общего кровотока. Около 10% дозы нанесенного препарата попадает в кровь в состоянии равновесия. Ежедневное нанесение от 1,5 до 3 мг эстрадиола (0,6 мг эстрадиола/грамм геля) приводит к повышению уровня эстрадиола в сыворотке в течение первых 3-5 дней, после чего образуется плато с приблизительной концентрацией около 70-80 пг/мл и 120-150 пг/мл соответственно, но тем не менее со значительными межиндивидуальными колебаниями (коэффициент отклонений до 40-45%); наблюдаемые различия в уровне концентраций эстрадиола в сыворотке крови у одной и той же пациентки также очень значительны, но менее выражены, чем межиндивидуальные различия. При использовании трансдермального пути введения удается избежать выраженного печеночного метаболизма, при этом соотношение эстрон/эстрадиол в сыворотке составляет 1 или ниже, что является более низким показателем по сравнению с нелечеными женщинами в постменопаузе. Биодоступность эстрадиола улучшается и снижается вариабельность концентраций препарата в сыворотке в той же степени, в которой идет высвобождение дозы на определенной площади поверхности кожи; сокращение площади поверхности кожи для высвобождения вещества с 750 до 400 см2 приводит к 50% сокращению уровня достигнутой стабильной концентрации. Выбор места на поверхности кожи для нанесения препарата не имеет клинического значения.
При использовании наклеек «резервуарного «типа небольшое количество эстрогенов высвобождается через контролирующую мембрану в относительно постоянном режиме и поступает в довольно малое пространство на коже в соответствии с размером самой наклейки. Продолжительное, хотя не совсем постоянное поступление препарата обеспечивается в течение 3,5 дней, и, таким образом, достаточно двух аппликаций в неделю. Общее поступление эстрадиола зависит от поверхности наклейки, возможно введение около 25, 50 или 100 мкг эстрадиола в день. Пиковый уровень эстрадиола достигается через 2-8 часов, после чего он имеет тенденцию к прогрессивному снижению в течение оставшегося времени аппликации. Приблизительная концентрация эстрадиола в сыворотке около 40 пг/мл достигается с помощью постоянного применения аппликаций и смене пластыря с высвобождением 50 мкг/день два раза в неделю; значение соотношения эстрон/эстрадиол сходно со значением при применении геля. Межиндивидуальные колебания в концентрации вещества в данном случае тоже очень велики (коэффициент отклонений около 50%); место аппликации не имеет особого значения. Концентрация в плазме быстро снижается при удалении пластыря (или ослаблении его фиксации). Концентрация снижается еще более выражено при прекращении применения геля, что обусловлено основным его запасом в роговом слое кожи. Этот запас эстрадиола в коже также объясняет наблюдаемые меньшие внутрииндивидуальные различия в концентрациях в сыворотке при использовании геля по сравнению с наклейками резервуарного типа.
В наклейках последнего поколения «матриксного» типа эстрадиол содержится в прилипающем матриксе и высвобождается постепенно в подлежащий слой кожи; поверхность, занимаемая наклейкой, в данном случае также пропорциональна заданному высвобождению препарата (приблизительно 25, 50 или 100 мкг/день). Уровень концентрации в сыворотке быстро возрастает после нанесения наклейки (пластыря), со значениями около 90% от максимальной концентрации, которая обычно наблюдается через 12 часов; концентрация в сыворотке поддерживается на уровне максимальных значений в течение 1-2 дней, затем постепенно снижается в течение оставшихся 7 дней применения данной наклейки и возвращается к изначальному значению через 12 часов после удаления наклейки. Пиковая концентрация при применении наклейки, содержащей 50 мкг/день, составляет около 59 пг/мл с последующим установлением стабильной концентрации в среднем около 30-40 пг/мл; в этом случае наблюдаются меньшие колебания концентрации. Соотношение эстрон/эстрадиол, как и ожидалось, составляет примерно 1. Во время постоянного применения последовательное приклеивание наклеек либо на одну сторону, либо на противоположную сторону имеет одинаковую фармакокинетику. Колебания уровня эстрадиола в сыворотке у одной пациентки на протяжении длительного периода времени будут менее выражены при применении пластыря, рассчитанного на одну неделю (матриксная система), чем при применении пластыря, меняющегося два раза в неделю (резервуарная система).
В противоположность желудочно-кишечным побочным эффектам, которые устраняются при парентеральном приеме, при назначении пластыря можно ожидать местную непереносимость: от слабой до умеренной реакции кожи (до 20%). Изредка случается, что тяжелые кожно-токсические или аллергические реакции вызывают необходимость прекращения терапии пластырем. Однако использование пластыря широко принято.
Тот факт, что трансдермальное поступление лекарства оказывает меньшее действие на метаболизм в печени, может быть, как оказалось, и невыгодным. При использовании натуральных эстрогенов печеночный эффект, в основном, благоприятен. Вызванные эстрогеном изменения в липопротеинах, как предполагают, снижают риск сердечно-сосудистых заболеваний. С другой стороны — трансдермальная терапия является альтернативной при ЗГТ.
С фармакологической точки зрения трансдермальное поступление прогестагенов могло бы быть более разумным, так как вызываемые ими иногда печеночные побочные эффекты нежелательны.
По материалам книги «Заместительная гормонотерапия», автор д.м.н. Я.З. Зайдиева

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d1%8d%d1%81%d1%82%d1%80%d0%b8%d0%be%d0%bb-%d1%81%d0%b2%d0%be%d0%b1%d0%be%d0%b4%d0%bd%d1%8b%d0%b9/feed/ 0
Гормоны поджелудочной железы http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d1%83%d0%b4%d0%be%d1%87%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d0%b5%d0%b7%d1%8b/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d1%83%d0%b4%d0%be%d1%87%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d0%b5%d0%b7%d1%8b/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d1%83%d0%b4%d0%be%d1%87%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d0%b5%d0%b7%d1%8b/ Заболевания поджелудочной железы — гастроэнтерологические болезни и заболевания, лечение

Заболевания поджелудочной железы в основном представлены ее опухолями (и прежде всего раком) и панкреатитом. Первые схематически можно разделить на обладающие и не наделенные эндокринной активностью. Новообразования, выделяющие раз­личные гормоны, относятся к категории апудом. Список проду­цируемых отдельными их представителями гормонов достаточно широк: инсулин, глюкагон, гастрин, вазоинтестинальный пептид и др. Вызываемые избыточной выработкой упомянутых гормонов функциональные и морфологические изменения будут кратко опи­саны в разделе фармакитерапии соответствующих опухолей. Сред» гормонально-неактивных панкреатических неоплазм основное место занимает рак. Он чаще всего поражает головку поджелудочной железы и из-за компрессии холедоха рано вызывает подпеченоч-ный холестаз. Раку этой локализации в высокой степени присуще метастазирование, направленность которого во многом определяет характер морфофункциональных .изменений.
В происхождении панкреатита доминирующее участие при­нимают два глубоко отличающихся фактора. Первый из них — злоупотребление алкоголем; второй — билиарная патология, представленная главным образом желчнокаменной болезнью. Возникающие при этом сочетанные воспалительные процессы обо­значаются как холе- или холецистопанкреатит. Прочие предпо­сылки панкреатита менее значимы. Среди них назовем гастро-дуоденальные и печеночные заболевания, нарушения липидного состава крови, атеросклероз сосудов железы, некоторые лекарст­венные воздействия [Gulzow М., 1975].
Терминологически определяющее сущность панкреатита воспа­ление, за редким исключением, является вторичным феноменом — следствием ферментативного повреждения тканей железы. Альтер­нативное действие оказывают как протео-, так и липолитические ферменты. Из первых наибольшей агрессивностью наделена эла-стаза, из вторых — фосфолипаза А. Возникающие в железе изме­нения обычно представлены отеком, кровоизлияниями и некрозом. Повреждению могут подвергаться прилежащие к железе, а при значительном поступлении ферментов в кровь — и отдаленные от нее ткани и органы.
Проявления повреждающего и токсического действия фермен­тов с максимальной выраженностью обычно выступают при остром панкреатите. При рецидивах же хронического панкреатита степень их, как правило, меньше. Механизмы интрапанкреатической акти­визации ферментов неоднородны и выяснены далеко не полностью. Выделяется значение рефлюкса в панкреатические протоки желчи и дуоденального содержимого, повышение в них давления из-за механического препятствия к оттоку секрета или спазма сфинкте­ра Одди.
Морфологические изменения при остром панкреатите варьи­руют от отека до некроза поджелудочной железы. При хроническом же они отличаются пестротой и зависимостью от формы и фазы течения заболевания. В период рецидива участки некроза сочетаются с полями фиброза, деформацией протоков, ложными кистами и отложениями извести. Последние считаются более ха­рактерными для индуцированного алкоголем панкреатита. По мере прогрессирования заболевания железистых элементов становится все меньше, а склерозирование железы — все более выраженным. Гистологически выявляется хроническое серозное воспаление, со­четающееся с фиброзными тяжами, как бы окольцовывающими уцелевшие островки железистой ткани В далеко зашедшей ста­дии дольковое строение органа претерпевает глубокую деформа­цию, и среди обширных фиброзных полей обнаруживаются лишь группы железистых клеток.
В дальнейшем необходимое внимание будет уделено как ост­рому, так и хроническому панкреатиту. Надо только оговорить, что если лечение первого является прерогативой хирургов, то вто­рого — интернистов. В этом находит отображение сравнительная роль оперативных вмешательств и медикаментозных воздействий при упомянутых формах заболевания.
Присущие панкреатиту функциональные расстройства могут быть схематически подразделены на две основные группы. Первую из них образуют нарушения, обусловленные токсическим дейст­вием целой группы факторов. Среди них назовем избыточное поступление в лимфу и кровь панкреатических ферментов, про­дуктов тканевого и микробного распада, бактериальных экзотокси­нов. Эти нарушения наиболее свойственны острому панкреатиту, но в смягченной форме наблюдаются и при рецидиве хронического. Показателем «уклонения» ферментов служит повышение уров­ней в сыворотке крови а-амилазы, панкреатической липазы и трипсина.
Вторая же группа нарушений связана с падением экзо- и эндо­кринной панкреатической активности. Отображением снижения внешней секреции поджелудочной железы служит амило-креато, а в особенности стеаторея. Уменьшение же инкреторной функции проявляется гипергликемией. То и другое может быть корри­гировано адекватной заместительной терапией. Однако при ее неполноценности подчас возникают тяжелые метаболические последствия. Их характер при недостаточности экзо- и эндокрин­ной секреции глубоко различен. В первом случае общие расстрой­ства обнаруживают много сходства с присущими синдрому мальабсорбции; во втором — складываются патологические ситуации, свойственные сахарному диабету и его осложнениям. Подробное описание их сущности здесь кажется излишним.
Заболевания поджелудочной железы чаще всего имеют то или иное клиническое отображение,хотя возможно и длительное латент­ное их течение. Последнее, в частности, относится к хроническому панкреатиту. Он иногда клинически проявляется лишь на поздних стадиях развития, когда возникает недостаточность экзо- или эндокринной секреции железы. Однако это наблюдается редко, преимущественно при связи заболевания с хронической алкоголь­ной интоксикацией и, видимо, в условиях весьма постепенного нарастания изменений панкреатической паренхимы. В случае же острого их возникновения клиническая симптоматика отличается выраженностью, что в первую очередь относится к болевому синд­рому. В его происхождении некоторое участие может принимать растяжение капсулы поджелудочной железы, что приходится учи­тывать, например, при отечной форме острого ее воспаления. Все же основное значение обычно приобретает вызванное аутоэнзим-ной агрессией повреждение тканей. Дополнительную роль способ­ны играть и образующиеся в результате этого продукты распада. Так, по данным В. С. Савельева и соавт. (1983), концентрация высвобождающихся в зоне жирового некроза кислот в 200 раз превосходит их нормальный тканевой уровень.
Таким образом, находящийся в центре клиники острого, а большей частью и хронического, панкреатита болевой синдром имеет своим основным источником структурные изменения подже­лудочной железы и примыкающих к ней тканей на почве их фер­ментативного повреждения.
Наряду с болями, в симптоматике острого и в меньшей мере обострения хронического панкреатита принимает участие аутофер-ментная интоксикация. Она способна вызывать многообразные изменения организма, вплоть до развития фатального шока. По­вреждению подвергаются как прилегающие к поджелудочной же­лезе, так и отдаленные от нее ткани. Первые могут претерпевать изменения, достигающие степени некроза. Тем самым создаются условия для наслоения вторичной бактериальной инфекции, кото­рая подчас вызывает формирование гнойников поджелудочной железы и флегмоны контактирующих с ней тканей, чаще всего забрюшинной клетчатки. Присоединение таких осложнений еще более усугубляет тяжесть клинической симптоматики.
Ферментное повреждение отдаленных органов и тканей приво­дит к суставным изменениям, плевральной экссудации, парезу ки­шечника с пропотеванием в него жидкости и т. д.
Особенно при алкогольной этиологии хронического панкреа­тита в центре клинической картины нередко находится нарастаю­щая недостаточность экзокринной способности поджелудочной же­лезы. Это может достигать степени мальдигестии, что приводит к прогрессирующему снижению массы тела и другим, свойствен­ным этому синдрому, расстройствам.
Резюмируя изложенное, выделим некоторые основные момен­ты. В клинической картине гастроэнтерологических заболеваний находят отображение как функциональные, так и структурные изменения органов пищеварения.
Функциональные расстройства при этом могут иметь двоякую обусловленность. Одни из них вызываются сдвигами в нейрогумо-ральний регуляции и тогда становятся основой самостоятельного заболевания; другие — как следствие органических изменений — клинически проявляются нарушениями деятельности органа. Сте­пень этих нарушении обнаруживает относительный параллелизм с выраженностью морфологического субстрата болезни. Однако соответствие здесь неполное, оно во многом зависит от темпа раз­вития органических изменений: чем острее патологический про­цесс, тем большие функциональные расстройства он обычно вызы­вает и те» ярче отображается в клинической каотчне заболевания.
Морфологические изменения способны приобретать и прямое, не опосредованное через функциональные нарушения, клиниче­ское отображение. Сюда относятся боли, вызываемые непосред­ственным воздействием опухолевых, воспалительных и некоторых других патологических процессов на чувствительные нервные приборы. Упомянем также о болях, связанных с растяжением полых брюшных органов вследствие препятствий к нормальному перемещению их содержимого.
Совсем нередко в происхождении клинических проявлений гастроэнтерологических заболеваний принимает участие совокуп­ность патологических факторов с различными, но обычно взаимо­связанными, механизмами реализации. Раскрытие их сущности и взаимодействия, определение ведущего и пускового патогенети­ческого фактора составляет важное условие успешности фарма-котерапии рассматриваемых страданий.

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bc%d0%be%d0%bd%d1%8b-%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d1%83%d0%b4%d0%be%d1%87%d0%bd%d0%be%d0%b9-%d0%b6%d0%b5%d0%bb%d0%b5%d0%b7%d1%8b/feed/ 0
АТ к вирусу гепатита С (анти-HCV) http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d1%82-%d0%ba-%d0%b2%d0%b8%d1%80%d1%83%d1%81%d1%83-%d0%b3%d0%b5%d0%bf%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%82%d0%b0-%d1%81-%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8-hcv/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d1%82-%d0%ba-%d0%b2%d0%b8%d1%80%d1%83%d1%81%d1%83-%d0%b3%d0%b5%d0%bf%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%82%d0%b0-%d1%81-%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8-hcv/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d1%82-%d0%ba-%d0%b2%d0%b8%d1%80%d1%83%d1%81%d1%83-%d0%b3%d0%b5%d0%bf%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%82%d0%b0-%d1%81-%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8-hcv/ Вирусы гепатитов поражают прежде всего печень, почему болезнь и получила своё название: hepatitis (лат.) — воспаление печени. Путь передачи обоих вирусов — парентеральный, то есть через кровь и половым путём.  Если раньше самой распространённой причиной заражения было переливание крови, то в настоящее время инфицирование чаще всего происходит в группах высокого риска (проститутки, наркоманы).
Какой из гепатитов опаснее — В или С? Ответить можно только по-одесски — оба.
Гепатит В встречается гораздо чаще протекает более остро, но чаще всего заканчивается без осложнений. Последнее мало утешает те 10% больных, у которых болезнь переходит в хроническое течение, а при хроническом гепатите, в свою очередь, в 1 % случаев развивается цирроз и первичный рак печени.
Гепатит С называют «убийцей с мягкими лапами». Протекая не столь остро, как гепатит В, он переходит в хронический процесс в 30-70% случаев. Цирроз печени развивается у 10-30% больных, велик процент первичного рака печени.
Специфического лечения  гепатитов не существует, терапия интерфероном (при гепатите С), крайне дорогостояща и недостаточно эффективна.

Вирус гепатита В

Вирус гепатита В является ДНК-содержащим вирусом, относится к семейству гепаднавирусов. Его диаметр- 42 nm.

Центральное положение занимает нуклеокапсид или «ядро» — «core». Нуклеокапсид имеет 27 nm в диаметре, в его состав входит т.н. «серцевинный антиген» HBcAg, а также — антиген HBeAg. Нуклеокапсид окружен оболочкой толщиной около 4 nm,  белок которой назван «поверхностным антигеном» или HBsAg. Широко распространён синоним его названия — «австралийский антиген».

Иногда оболочка вирусной частицы (она же — поверхностный антиген HBsAg) простирается в виде длинного «цоколя лампы» по одну сторону от нуклеокапсида (НК). Поверхностный антиген производится в большом избытке, в крови инфицированных людей его нитевидные и сферические частицы обнаруживаются даже в отсутствие нуклеокапсида. Нитевидные частицы имеют различную длину, их средний диаметр 22nm. Нередко можно различить поперечную регулярную их исчерченность, не имеющую спирального характера.

Группа вирусных частиц гепатита B: «целые» вирионы, имеющие оболочку из поверхностного белка (справа) и два «обнажённых» нуклеокапсида (обозначены стрелками). Концентрация возбудителя гепатита В в крови в разгар болезни крайне высока: 1 мл крови содержит 1.000.000.000.000 вирусов.
Под «обычным» (световым) микроскопом вирусные частицы выглядят точками или небольшими гранулами. Они называются «частицами Дейна» — по имени первооткрывателя.

 

Диагностика гепатита В

основана на обнаружении описанных выше антигенов гепатита, выявлении специфических антител к этим антигенам и идентификации вирусной ДНК.

Динамика специфических маркеров вирусного гепатита В

Обнаружение антигена*.
HBsAg обнаруживается в крови через 2 — 8 недель после заражения и в большинстве случаев через 4 месяца после заражения исчезает из сыворотки. HBeAg появляется в острый период болезни в течение короткого промежутка времени. Его обнаружение при хроническом гепатите или циррозе печени свидетельствует о продолжающемся развитии и размножении вируса.
Антитела**.
Антитела к HBsAg (Анти-HBs антитела) обычно появляются  сыворотке крови после исчезновения HBsAg. Однако, в ряде случаев HBsAg перестает определяться раньше, чем появляются антитела. В этой ситуации необходимо протестировать сыворотку на наличие анти-НВс антител, которые появляются на ранней стадии заболевания. Диагноз острой инфекции может быть окончательно подтвержден при обнаружении анти-НВс антител класса IgM. Это необходимо для дифференциальной диагностики острой инфекции и хронического активного гепатита, сопровождающегося персистенцией вируса. Обнаружение анти-НВе антител является показателем наличия НВеAg.
HBV-ДНК (ДНК вируса гепатита В)*** :
Определение ДНК в сыворотке или ткани рекомендуется в тех случаях, когда нужно подтвердить наличие остаточного инфекционного процесса. Это бывает важно у больных, положительных по HBsAg, но отрицательных по НВеAg при наличии анти-НВс антител. Такие больные, вопреки существовавшему до недавнего времени мнению — представляют инфекционную угрозу, т.е. заразны.
Типичные сочетания маркеров гепатита В и соответствующее клиническое значение (диагноз)

HBsAg

Анти-HBs

Анти-HBc

HBeAg

анти-НВе

Заключение (диагноз)

+

IgM

+

Высокоинфекционный острый гепатит В

+

IgG

+

Высокоинфекционный хронический гепатит В

+

+

IgG

+

Затухающий или хронический гепатит В с низкой инфекционностью ****

+

+

+

+/-

+/-

Инфекция двумя различными подтипами HBV или текущая сероконверсия. Встречается редко.

IgM

+/-

+/-

Острый гепатит или  анти-HBc «окно» — см. схему.

IgG

+/-

Застарелый гепатит В или носительство HBsAg с низкой репликацией.

+

IgG

+/-

Затухающий острый гепатит В

+

Лечёный гепатит В. Реакция на введение вакцины против гепатита В. Ошибочный анализ.

*  Здесь и далее присутствие в составе аббревиатуры сочетания Ag обозначает, что речь идёт о вирусном антигене (каком именно, можно понять из остальных букв аббревиатуры — список антигенов гепатита В приведён здесь). Так, аббревиатура HBsAg обозначает Hepatitis B superficial Antigene
** Присутствие приставки анти- обозначает вырабатываемые организмом антитела к конкретному антигену вируса. Так, аббревиатура анти-HBs обозначает  антитела, вырабатываемые против HBsAg.
*** Сокращение HBV-DNA, синонимичное HBV-ДНК обозначает ДНК вируса гепатита В, а HCV-RNA -РНК вируса гепатита С  (геном последнего, в отличие от гепатита В содержит рибонуклеиновую, а не дезоксирибонуклеиновую кислоту). С учётом вышесказанного Вы легко можете самостоятельно побуквенно расшифровать приведённые аббревиатуры.
**** При подозрении на хронический гепатит В следует провести ПЦР- исследование на HBV-DNA

Вирус гепатита С

Вирус гепатита С содержит однонитевую РНК и относится к семейству флавивирусов. Электроннооптических изображений вируса гепатита С не существует, это связано с низким содержанием вируса в крови. По понятным причинам не может быть и фотографий, сделанных с помощью светового микроскопа. Вирус идентифицирован  и охарактеризован молекулярно-биологическими методами.

Однонитевая РНК вируса содержит около 10.000 нуклеотидов. Идентифицированы три структурных белка: структурный белок нуклеокапсида (белок C), а также — мембранный (белок М) и поверхностный (белок E). Белки обладают сходными антигенными свойствами, поэтому их общим маркером являются иммуноглобулины анти-HCV-core-Ig. Выделены также 5 неструктурных (NS) белков, принимающие участие в репликации вируса.

 

Диагностика гепатита C

 

Динамика специфического маркера вирусного гепатита С (суммарного анти-HCV) по стадиям инфекционного процесса

Обнаружение антигена.
Непосредственное обнаружение антигена в крови не представляется возможным. Это обусловлено малым количеством вирусных частиц в сыворотке больного, не превышающим 105/мл, что ниже предела чувствительности иммунологических методов.
Антитела.
В скрининговых исследованиях используют  метод ИФА для определения суммарных (IgM+IgG) анти-HCV или анти-HCV класса IgG.  В качестве подтверждающих тестов применяют иммуноблот на основе рекомбинантных и синтетических пептидов. Для уточнения стадии заболевания существуют тест-системы для определения анти-HCV класса IgM, а также анти-NS-IgG (антитела к не-структурным белкам). В типичных случаях анти-HCV появляются в конце инфекционного процесса, т.е. через 4 — 9 мес. после заражения. Однако, в некоторых случаях антитела обнаруживались уже на 2 — 4 неделе после переливания заражённой крови , а в других случаях сероконверсия происходила через год после заражения . В соответствии с тенденцией гепатита С к хронизации — антитела обнаруживаются в течение длительного периода. Учитывая задержку в выработке антител, отрицательный результат исследования на анти-HCV не исключает инфекционности сыворотки. В то же время, все сыворотки, в которых была обнаружена РНК вируса гепатита С, оказались «заразными».
HCV-RNA  (определение РНК вируса гепатита С ).
РНК вируса гепатита С может быть обнаружена в сыворотке крови или в биоптате печени с помощью ПЦР с обратной транскрипцией. Теоретически чувствительность ПЦР позволяет определить одну (!) вирусную частицу в пробе. Существующие в настоящее время тест-системы ПЦР позволяют не только выявлять наличие вируса гепатита С, но и устанавливать его тип, определяя тем самым тактику и прогноз лечения.
Фазы течения заболевания гепатитом С  и результаты лабораторного исследования

Острая фаза
Инкубационный период длится в среднем 6 — 8 нед. (от 2 — 4-х недель до 4 -6 месяцев и более). В этот момент регистрируется первый пик повышения печёночных ферментов. Сероконверсия наступает через 15 — 20 нед. (варьирует от 5 до 50 недель) от момента заражения. Анти-HCV класса IgM обнаруживают на 3 — 4 недели раньше, чем анти-HCV класса IgG. РНК вируса с помощью ПЦР определяется через 1 — 3 недели после инфицирования.
Критерии острой фазы:
наличие «точки отсчета» по данным эпиданамнеза:
синдром острого гепатита при отсутствии указаний на подобные заболевания в прошлом;
повышение уровня печеночных ферментов;
обнаружение анти-HCV-IgM и нарастание их титров при динамическом наблюдении:
выявление анти-HCV-core-IgG с нарастанием титров в динамике:
определение РНК ВГС.
Признаки благоприятного исхода острого гепатита С с выздоровлением
указание на острую стадию в анамнезе;
отсутствие клинических проявлений;
анти-HCV-IgM исчезают в ранние сроки;
регистрируется стойкое отсутствие РНК ВГС;
анти-HCV-IgG продолжают циркулировать в крови годы.
 
Желтуха является хорошим прогностическим признаком, а длительная циркуляция анти-HCV-IgM (более 2-х мес.) — плохим, свидетельствующим о возможной хронизации процесса.
Латентная фаза
Соответствует хроническому персистирующему гепатиту при полном или почти полном отсутствии клинических проявлений. Может продолжаться многие годы, в среднем 15-20 лет. Важно отметить существенные отличия хронического носительства вирусного гепатита В (ВГВ) и вирусного гепатита С (ВГС). Латентная (скрытая) стадия ГС является предстадией фазы реактивации инфекционного процесса с развитием клинических проявлений хронического гепатита. В то время как хроническое носительство HBsAg (при отсутствии повторного инфицирования), крайне редко предшествует обострению хронического ГВ.
Критерии латентной фазы:
наличие в анамнезе указаний на острую стадию:
отсутствие клинических проявлении;
анти-HCV-IgG как к С-протеину, так и к неструктурным белкам (NS3 NS4, NS5 в высоких титрах
анти-HCV-IgM и РНК ВГС не обнаруживаются либо (учитывая характерную черту ВГС —  «волнообразность) выявляются в низких концентрациях во время обострения инфекции;
во время обострения могут незначительно повышаться и уровни печёночных ферментов.
Фаза реактивации
Важнейшим критерием оценки хронического ВГС является динамический контроль за анти-HCV IgM. Они всегда регистрируются в фазу обострении
Критерии перехода в фазу реактивации:
наличие в отдаленное анамнезе указаний на острую фазу
появление клинических признаков хронического гепатита,
повышение уровня печеночных ферментов,
закономерное обнаружение в высоких титрах анти-HCV  IgG к core и NS.
обнаружение анти-HCV IgM преимущественно в высоких титрах
определение РНК ВГС
Типичные сочетания маркеров гепатита C и соответствующее клиническое значение (диагноз)

анти IgM

анти-core IgG

анти-NS-IgG

Интерпретация результатов ИФА

+

+

Возможно, острый гепатит С

+

1. Выздоровление
2. Стадия перехода в ХГС (латентную фазу)

+

+

1. Выздоровление
2. Латентная фаза ХГС

+

+

+

1. Обострение в латентную фазу ХГС
2. Фаза реактивации

Критерии разграничения фаз заболевания необходимо рассматривать только в совокупности и в динамике, так как близкие результаты разовых исследований могут соответствовать как острой, так и хронической стадии инфекционного процесса. Важное значение имеет предположительный учёт давности болезни.

Вспомогательные методы диагностики и контроля лечения гепатитов.

Печень выполняет в организме многочисленные задачи, она — «рекордсмен» по количеству выполняемых функций. Инфекционные гепатиты, нарушая функции печени, вызывают изменения практически всех лабораторных показателей состояния организма. Некоторые из этих изменений неспецифичны, т. е. возникают  и при других заболеваниях. Есть и признаки, характерные именно для вирусных гепатитов (ВГ). Так, возникающее при ВГ массивное повреждение клеток печени — гепатоцитов — влечёт за собой выход в кровь содержащихся в этих клетках ферментов. Содержание аланиламинотрансферазы (АлАт) и аспартатаминотрансферазы (АсАт) при остром гепатите возрастает в крови в десятки раз, причём преобладает возрастание АлАт — это характерный признак гепатита. Активность аминотрансфераз увеличивается ещё до возникновения желтухи — пожелтения кожных покровов и слизистых, что делает выявление  АлАт и АсАт ценным диагностическим признаком. Нарушается также т.н. пигментный обмен — возрастает количество билирубина (именно его избыток, откладываясь в тканях, и даёт желтушность). Следует отметить, что при вирусных гепатитах возрастает, в основном, содержание т.н. прямого билирубина; это отличает их от других заболеваний печени. В моче ещё в дожелтушном периоде увеличивается количество уробилиногена (которое легко определяется с помощью тест-полосок, что делает этот метод очень ценным для экспресс-диагностики в очагах вирусного гепатита).
При хронических гепатитах ценным методом является цитологическое исследование материала, полученного при биопсии печени. Этот метод позволяет оценить степень и характер повреждения клеток печени.

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b0%d1%82-%d0%ba-%d0%b2%d0%b8%d1%80%d1%83%d1%81%d1%83-%d0%b3%d0%b5%d0%bf%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%82%d0%b0-%d1%81-%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8-hcv/feed/ 0
МНО + Протромбин http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bc%d0%bd%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%b8%d0%bd/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bc%d0%bd%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%b8%d0%bd/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bc%d0%bd%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%b8%d0%bd/ Современные представления о показаниях для трансфузии свежезамороженной плазмы.
А. В. Колосков
(журнальный вариант опубликован «Гематология и трансфузиология» 2005, № 6. с. 41-45)
Трансфузии свежезамороженной плазмы (СЗП) широко используются в клинической практике. Однако, как показывают результаты научных исследований, значительное количество трансфузий СЗП проводится необоснованно. Этому обстоятельству способствовало отсутствие унифицированных рекомендаций по определению показаний к трансфузиям СЗП.
Научным аргументом для использования СЗП является положение о том, что больные подвержены риску развития осложнений вследствие нарушения плазменного звена гемостаза и, что трансфузии СЗП могут уменьшить этот риск.
Доказано, что плазменные факторы системы гемостаза могут значительно истощаться вследствие кровотечения. Кровь обычно сворачивается, когда концентрация плазменных факторов составляет не менее 20–30% от нормальной, а концентрация фибриногена выше 750 мг/л. Хотя лабораторные показатели, такие как протромбиновое время и парциальное тромбопластиновое время могут быть изменены, клинические проявления коагулопатии отсутствуют, если указанные изменения не превысили 1,5–1,8 от нормального уровня или не произошло замещение одного объема циркулирующей крови.
Геморрагический шок, приводящий к развитию острого синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания (ДВС), как и любой острый ДВС-синдром, характеризуется патологическим потреблением свертывающих факторов и тромбоцитов что приводит к тромбоцитопении и гипофибриногенемии, удлинению протромбинового времени (ПВ), активированного парциального тромбопластинового времени (АПТВ), увеличению международного нормализованного отношения (МНО) и кровотечению. Продемонстрировано, что трансфузии СЗП перед использованием эритроцитарных компонентов крови, могут быть успешно использованы для купирования кровотечения, обусловленного ДВС-синдромом. Нередко однократной трансфузии 1 – 2 литров СЗП бывает недостаточно для купирования ДВС-синдрома, так как перелитые факторы свертывания быстро потребляются, что приводит к рецидиву кровоточивости, в этом случае требуются повторные трансфузии СЗП.
Следует подчеркнуть важнейшую роль СЗП в лечении ДВС-синдрома у родильниц, в этой ситуации показана быстрая (почти струйная) трансфузия СЗП в объеме до 2 литров.
Использование СЗП патогенетически обосновано у больных с сепсисом, который наряду с другими причинами, может развиваться после острой массивной кровопотери самого разного происхождения, но особенно при кровопотере родильниц и раневых кровопотерях. Причиной такого осложнения является ДВС-синдром, вызванный массивной кровопотерей.
Отдельное место занимают трансфузии СЗП при желудочных кровотечениях, вызванных развитием острого эрозивного гастрита. Микроциркуляторные нарушения в слизистой желудка, обусловленные микротромбированием (ДВС-синдром), приводят к ее повреждению. Восстановление нормальной микроциркуляции благодаря трансфузии СЗП в комплексе с другой патогенетической терапией позволяют, по мнению ряда авторов, в большинстве случаев не оперировать подобных больных.
Нарушения гемостаза могут быть связаны с массивной трансфузией эритроцитарных компонентов крови. Под массивной трансфузией понимают переливание более чем 10 единиц эритроцитарных сред у взрослого человека  или замещение более одного объема циркулирующей крови (ОЦК) за 24 часа. Вследствие массивной трансфузии факторы свертывания крови могут потребляться или концентрация их может снижаться, приводя к коагулопатии. Изменения показателей коагуляционных тестов в этой ситуации обычно не превышает более чем в 1,5 раза нормальные величины и не имеет взаимосвязи с микроваскулярным кровотечением. Хотя в ряде случаев исследователи отмечают и более выраженные сдвиги в коагуляционных показателях, но они также не связаны с развитием микроваскулярного кровотечения. Ранее для снижения риска кровотечения вследствие массивной трансфузии рекомендовалось использовать СЗП в дозе 2 единиц на каждые 5 перелитых единиц эритроцитов. Однако доказательства в пользу эффективности этих мероприятий отсутствуют. Различные группы исследователей обнаружили, что профилактическое использование плазмы не уменьшает случаи гемостатических расстройств при массивных трансфузиях эритроцитарных сред. Появление патологической кровоточивости в этих случаях связывают с уменьшением количества тромбоцитов после трансфузии, что является важным фактором для развития микроваскулярного кровотечения.
Ретроспективное исследование, выполненное в группе из 64 больных с массивной трансфузией эритроцитов, показало, что удлинение парциального тромбопластинового времени в первые 3‑4 часа после трансфузии коррелирует с объемом введенных растворов электролитов. Дилюционная коагулопатия имеет место у больных с замещением более 100% ОЦК растворами электролитов. В этих случаях трансфузии СЗП могут быть полезны у больных с микроваскулярным кровотечением или геморрагиями при удлинении ПВ и АПТВ в 1,5 раза от нормальной величины.
Удлинение ПВ, МНО, или АПТВ времени у больных с заболеваниями печени является причиной для беспокойства, когда планируется хирургическое вмешательство или пункционная биопсия печени. В исследованиях по изучению возможности коррекции выявленных отклонений коагулогических тестов с помощью СЗП показали, что ее эффект у данных больных невелик или транзиторен. Поэтому больным без кровотечения или не подвергающимся инвазивным процедурам, трансфузии СЗП с целью коррекции измененных показателей коагулограммы не показаны.
Хотя удлинение ПВ и АПТВ в 1,5 раза является основанием для трансфузии СЗП в ситуациях с возможными гемостатическими проблемами, однако не было установлено четкой корреляции между развитием кровотечения и лабораторными данными при проведении исследования в группе из 70 больных, которым выполнялись хирургические операции и при исследовании в группе из 200 больных при выполнении биопсии печени. В ряде исследований обнаружено отсутствие четкой взаимосвязи между такими показателями, как ПВ, МНО, АПТВ и риском развития кровотечения во время хирургических манипуляций. Также на большом клиническом материале было показано, что у больных с патологией печени и умеренной коагулопатией не возникают кровотечения при выполнении биопсии печени, лапарацентеза, торакоцентеза и при катетеризации центральных вен. При этом исходные показатели ПВ были в 1,5 раза больше нормального значения, а МНО в диапазоне 2,0‑2,5 раза больше нормального значения.
Таким образом, рекомендуется использовать СЗП у больных с заболеваниями печени только в случаях развившегося кровотечения или при необходимости подготовить больного к экстренному оперативному вмешательству. Трансфузии СЗП также могут быть эффективны для достижения реверсии пероральных антикоагулянтов и у больных с дефицитом витамина К.
Операции на открытом сердце с использованием аппарата искусственного кровообращения (АИК) могут осложняться послеоперационным кровотечением. Примерно 3–5% больных подвергаются повторной операции для остановки кровотечения, предположительно обусловленного неадекватным хирургическим гемостазом, но не являющимся таковым, а вызванным недостаточно хорошо распознанными дефектами гемостаза. Причиной дефектов гемостаза при использовании АИК является, с одной стороны, возникающая дисфункция тромбоцитов, а с другой стороны, несмотря на использование больших доз гепарина, имеет место активация свертывающей системы, что подтверждается образованием тромбина и конкурентной активацией фибринолитической системы. Несмотря на адекватную нейтрализацию гепарина протамином после использования АИК, рутинные коагуляционные тесты (МНО, АПТВ, ПВ) обычно дают некоторое отклонение от нормы, связанное с гемодилюцией, но не отражают активации фибринолитической системы, которая имеется у больных после АИК. Выявленные отклонения обычно используются для назначения плазмы больным с послеоперационным кровотечением. Эти показатели не коррелируют с клиническими проявлениями кровотечения. Более того, концентрация коагуляционных факторов обычно остается адекватной для гемостаза и не поднимается после трансфузий плазмы.
В рандомизированных, двойных, слепых, плацебо контролируемых, исследованиях было показано, что профилактическое использование антифибринолитических препаратов значительно уменьшает кровотечение у взрослых, подвергающихся хирургическому вмешательству с использованием АИК. Антифибринолитики могут быть эффективны и для купирования кровотечения у больных в послеоперационном периоде. Также продемонстрирована эффективность трансфузии тромбоцитов для коррекции нарушений гемостаза.
Объем переливаемой плазмы зависит от клинических показаний и должен определяться с учетом конкретной ситуации. Как уже отмечалось, при ДВС-синдроме показано переливание не менее 1000 мл СЗП одномоментно (под контролем гемодинамических показателей и ЦВД). При отсутствии положительной динамики (продолжающаяся кровоточивость, удлинение ПВ, АПТВ, увеличение МНО), необходимо повторно введение таких же объемов СЗП.
При острой массивной кровопотере (более 30 % ОЦК), сопровождающейся развитием острого гипокоагуляционного ДВС-синдрома, количество переливаемой СЗП должно составлять не менее 25 – 30 % всего объема трансфузионных сред, используемых для восполнения кровопотери.
При тяжелой патологии печени, сопровождающейся резким снижением уровня плазменных факторов свертывания, развившейся кровоточивостью или при угрозе развития кровотечения во время операции, показано переливание СЗП в объеме 15 мл на 1 кг массы тела. Для прекращения действия пероральных антикоагулянтов используют трансфузии СЗП в дозе 5 – 8 мл на 1 кг массы тела.
Таким образом, исходя из современных представлений об эффективности применения СЗП, трансфузии этого компонента донорской крови показаны:

1. При наличии серьезного кровотечения или при подготовке к неотложной операции или инвазивной процедуре у больных с патологий печени, дефицитом витамина К или при терапии пероральными антикоагулянтами при значительном увеличении ПВ, МНО и АПТВ.
2. Больным с острым ДВС-синдромом, осложняющим течение шока различного генеза (септического, геморрагического, гемолитического) или вызванный другими причинами (эмболия околоплодными водами, краш-синдром, тяжелые травмы с размозжением тканей, обширные хирургические операции, особенно на легких, сосудах, головном мозге, простате). При этом обязательно проводится лечение пускового заболевания.
3. Больным с острой массивной кровопотерей (более 30 % ОЦК) с развитием геморрагического шока и ДВС-синдрома.
4. При массивных трансфузиях солевых и коллоидных растворов (более чем 1 ОЦК) если есть микрососудистое кровотечение, сочетающееся со значительным увеличением ПВ, МНО, АПТВ. Если исследования ПВ, МНО или АПТВ не могут быть выполнены быстро, СЗП может быть использована для попытки остановить диффузное кровотечение, не связанное с погрешностями в хирургической технике.
5. При кровотечении, операциях и инвазивных процедурах у больных с дефицитом известного фактора свертывающей системы крови, когда иные препараты не доступны.

В настоящее время фармацевтическими компаниями выпускаются вирус-инактивированные, очищенные или рекомбинантные препараты многих физиологически важных белков крови. Эти продукты более сохранны и более эффективны, чем плазма для коррекции дефицита специфических белков и факторов свертывания крови. Поэтому, от трансфузии плазмы следует настоятельно воздерживаться, если для достижения терапевтического эффекта могут быть использованы более эффективные препараты. Это положение особенно важно в следующих ситуациях:

‑ увеличение внутрисосудистого объема, когда кристаллоиды, синтетические коллоиды и альбумин являются предпочтительными (включая терапевтический плазмаферез, при котором плазма не должна использоваться как рутинный препарат);
‑ коррекция гипоальбуминемии или гипопротеинемии, когда должен использоваться альбумин или растворы аминокислот;
‑ коррекция гипогаммоглобулинемии, когда должны использоваться концентраты иммуноглобулинов;
‑ лечение гемофилии и болезни Виллебранда;
‑ лечение других изолированных врожденных дефицитов коагулянтов и прокоагулянтов, когда есть возможность использовать имеющиеся вирус-инактивированные или рекомбинантные препараты.

В целом, завершая анализ литературных данных, необходимо еще раз подчеркнуть, поскольку использование СЗП, как и других компонентов донорской крови, сопряжено с риском инфекционных осложнений, аллергических реакций,  иммуносупрессии и рядом других, то современная концепция назначения трансфузий СЗП стремится ограничить показания к ее использованию только рассмотренными в настоящем обзоре ситуациями с доказанным механизмом  нарушения плазменного звена гемостаза и лишь в тех случаях, когда вирус-инактивированные или рекомбинантные препараты не показаны или недоступны.
 

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bc%d0%bd%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%82%d1%80%d0%be%d0%bc%d0%b1%d0%b8%d0%bd/feed/ 0
Нейспецифическая енолаза (NSE) http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bd%d0%b5%d0%b9%d1%81%d0%bf%d0%b5%d1%86%d0%b8%d1%84%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%b5%d0%bd%d0%be%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-nse/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bd%d0%b5%d0%b9%d1%81%d0%bf%d0%b5%d1%86%d0%b8%d1%84%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%b5%d0%bd%d0%be%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-nse/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bd%d0%b5%d0%b9%d1%81%d0%bf%d0%b5%d1%86%d0%b8%d1%84%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%b5%d0%bd%d0%be%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-nse/ КЛИНИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ БИОХИМИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ СПИННОМОЗГОВОЙ ЖИДКОСТИ

Физиологические функции спинномозговой жидкости (СМЖ) включают: механическую поддержку мозга, интрацеребральный транспорт веществ, удаление из центральной нервной системы (ЦНС) метаболитов, таких, как лактат и СО2, поддержание постоянного внутричерепного давления, защита ЦНС от патогенных воздействий. Около 70% СМЖ образуется в хориодальном сплетении, а также в эпителиальных клетках и в клетках интерстициальнои соединительной ткани, находящихся в латеральном, третьем и четвертом желудочках мозга. СМЖ циркулирует из латерального мозгового желудочка в третий и четвертый желудочки, поступает в арахноидальное пространство, течет позади мозговой гемисферы в парасагиттальной плоскости, где происходит ее реабсорбция. Небольшое количество СМЖ течет прямо вниз в мозговой ствол и спинной мозг, а затем возвращается в субарахноидальное пространство (Рис.). При менингитах, опухолях, внутримозговых кровоизлияниях, черепномозговой травме циркуляция ликвора может быть нарушена из-за обструкции, поэтому концентрация аналитов в образцах люмбального и вентрикулярного ликвора может существенно отличаться.
Время перемещения ликвора от люмбального отдела к головному мозгу составляет около 1 часа; его течение в обратном направлении возможно несколько быстрее; общий объем лик-вора у здорового взрослого человека — около 140 мл; скорость продукции — 35 мл/час или 500 мл/день; время полной замены — 5-7 час.
СМЖ в норме представляет собой кристально-чистую жидкость. Мутный, гнойный, кровавый или пигментированный ликвор сопутствует многим заболеваниям. Получение после пункции вязкого ликвора обычно связано с метастазированием муцинозной опухоли в ЦНС или с тяжелой менингеальной инфекцией. Если концентрация белка превышает 15 г/л, то возможно образование в пробе ликвора сгустка или пленки. Ксантохромия или пигментация наблюдается при некоторых заболеваниях. Розовая или оранжевая пигментация часто связана с оксигемоглобином, который может образовываться из свежей крови в течение 2-36 часов после кровоизлияния в мозг. Желтая пигментация обычно связана с присутствием в СМЖ билирубина, образованного из гемоглобина, у пациентов в более поздние сроки после кровоизлияния (обычно от 10-48 часов и до 4 недель). Подобная окраска ликвора возможна и в том случае, если содержание билирубина в сыворотке превышает 170 мкмоль/л. Ксантохромия может появиться in vitro из-за попадания во время взятия в пробу СМЖ эритроцитов, если в течение двух часов после взятия образцы не отцентрифугировать и не отделить от осадка.
Ликвор на 99% состоит из воды (плазма крови — на 93%). Осмолярность ликвора и крови очень схожи, другие показатели имеют незначительные различия. Около 80% белка поступает в ликвор из крови и 20% продуцируется клетками ЦНС. Так как белки в СМЖ попадают в основном путем фильтрации из плазмы крови, то в СМЖ предпочтительно накапливаются среднемолекулярные белки, находящиеся в плазме в относительно большом количестве — это альбумин, преальбумин и трансферрин. Специфические для ЦНС белки (основной белок миелина, кислый глиальный фибриллярный белок и t -белок) в норме составляют только 1-2% от концентрации общего белка в ликворе. Некоторые специфические белки — нейрон-специфическая енолаза (NSE), белок S-100, основной белок миелина, — появляются в ликворе при различных заболеваниях ЦНС. Концентрация большинства из них, включая общий белок, варьирует в широких границах, обозначенных как «нормальные значения». Концентрация аналитов СМЖ может зависеть от возраста пациентов, иммунологической реактивности, активности воспалительного процесса, количества гибнущих клеток мозга и от состояния образца. При интерпретации результатов это необходимо учитывать.
ИНФЕКЦИОННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ У пациента с подозрением на менингит клиницист должен тщательно проанализировать клиническую картину, как дополнение — цитологию (прежде всего, количество и дифференцировку лейкоцитов) и результаты посева ликвора. Традиционно при дифференциальной диагностике септических (бактериальных, грибковых, туберкулезных) и асептических (вирусных) менингитов используют определение в СМЖ белка и глюкозы. Глюкоза. Референтные пределы: 2,61-4,18 ммоль/л.
Концентрация глюкозы в ликворе зависит от ее концентрации в крови, поэтому определение ее только в СМ.Ж. без одновременного определения глюкозы сыворотки крови затрудняет или делает невозможной интерпретацию результатов. У пациентов с гипогликемией снижение глюкозы СМЖ. — нормальное явление, тогда как гипергликемия может маскировать явное снижение глюкозы ликвора. В случае некомпенсированного сахарного диабета глюкоза крови более 39 ммоль/л может насытить транспортную систему глюкозы, в результате чего соотношение глюкозы СМЖ/крови может значительно меняться. Следует учитывать, что равновесие между глюкозой сыворотки и СМЖ устанавливается за 4 ч, поэтому при сопоставлении кровь/ликвор не должно проходить много времени между взятием проб крови и ликвора, особенно у лихорадящих больных. Концентрация глюкозы ликвора менее 55-60% от концентрации глюкозы в сыворотке крови заставляет думать о бактериальном менингите. Результат зависит от возраста пациента и от вида инфекции. Так, у грудных детей соотношение глюкозы ниже 0,8 следует считать диагностически значимым. Известно также, что это соотношение меняется в первые несколько месяцев жизни ребенка, что создает определенные трудности при интерпретации результатов. Изменения концентрации глюкозы в ликворе могут быть обнаружены не только у больных с бактериальным менингитом, но и у пожилых здоровых людей, у пациентов с менингеальной неоплазией, при так называемом химическом менингите (после интратекальной химиотерапии) и при субарахноидальном кровоизлиянии.
Общий белок. Референтные пределы: 150-350 мг1л.
Определение общего белка СМЖ также применяется для дифференциальной диагностики септических и асептических менингитов. Концентрация белка выше 1000 мг/л характерна для бактериального, грибкового или туберкулезного менингита. При концентрации 2000 мг/л и выше чувствительность этого теста для дифференциальной диагностики бактериального и асептического менингита составляет 86%, специфичность — 100%; при концентрации выше 1000 мг/л — 82% и 98%, соответственно. Увеличение концентрации белка в СМЖ сопровождает многие патологические процессы в ЦНС, связанные с повышением проницаемости гемато-энцефалического барьера, вазогенным отеком мозга, освобождением специфических белков после гибели мозговых клеток. Попадание в пробу СМЖ эритроцитов в связи с люмбальной пункцией или внутримозговым кровоизлиянием может повышать концентрацию общего белка СМЖ приблизительно на 10 мг/л на каждые 1000 эритроцитов.
Хотя изолированное определение общего белка СМЖ — очень скудное средство для диагностики неизвестной патологии ЦНС, в сочетании с другими клиническими и лабораторными данными это может дать полезную информацию для подтверждения или опровержения диагноза.
Лактат. Референтные пределы: 1,2-2,1 ммоль/л.
Концентрация лактата в СМЖ не зависит от концентрации лактата в сыворотке. Несмотря на то, что причин повышен концентрации лактата в СМЖ несколько (гипоксия мозга, н рушение мозгового кровообращения при отеке мозга, метаболизм гранулоцитов и бактерий), основным в случае инфекционного менингита считают продукцию лактата лейкоцитам Установлена прямая зависимость концентрации лактата и чи ла лейкоцитов в ликворе.
У большинства пациентов с подтвержденным грамположтельным бактериальным менингитом концентрация лактата выше 4,2 ммоль/л. У пациентов с предполагаемым вирусны менингитом (отрицательные данные бактериологических и следований и самопроизвольное излечение без применения антибиотиков) уровень лактата не превышает 4,2 ммоль/л. Диагностическая чувствительность постановки диагноза бактериального менингита при таком рубежном значении лактата о ставила 96%. Лактат, как биохимический маркер, имеет несомненные преимущества перед определением глюкозы и белка его концентрация в СМЖ не зависит от концентрации в крови, кроме того лактат СМЖ может оставаться долгое время повышенным после начала правильно выбранной антибактериальной терапии. В то же время тест мало приемлем для оценки эффективности лечения септических менингитов, зато его можно успешно применять у больных, получавших антибиотики до люмбальной пункции.
Таким образом, анализ клинической картины, цитологическое и бактериологическое исследования СМЖ, определение соотношения глюкозы СМЖ/крови и общего белка ликвора обычно достаточны для дифференциальной диагностики инфекции ЦНС.
ПОВРЕЖДЕНИЯ ЦНС
Диагноз в этих случаях редко вызывает сомнения, поэтому основная функция лаборатории — наблюдение за больными динамике. Лабораторные тесты имеют два преимущества перед другими диагностическими средствами. Во-первых, прогнозирование исхода на основе клинических данных очень субъективно и часто нереально. Во-вторых, хотя современне компьютерная томография и ядерно-магнитный резонанс технически позволяют определять малые по объему повреждения ЦНС, но они не могут дифференцировать эти повреждения и судить, обратимы они или нет. Основные лабораторные тесты при исследовании СМЖ в этих случаях предста) лены в таблице 1.
Ишемия мозга. Наиболее распространенными тестами для прогнозирования клинического исхода после перинатально гипоксии являются определение лактата, ЛДГ и КК-ВВ СМЖ. ЛДГ — более чувствительный индикатор ишемических повреждений, хотя содержание ЛДГ в СМЖ отчетливо повышается позже КК-ВВ и достигает максимума только через 24 часа после инсульта. Активность ЛДГ в ликворе уже через 8 часов после инсульта значительно выше у пациентов с последующими неврологическими осложнениями, показана прямая зависимость активности ЛДГ в ликворе от размеров инсульта. Нейронспецифическая енолаза (NSE) — нейроспецифический маркер, относится к внутриклеточным энзимам ЦНС, это привлекает использовать NSE для определения постишемических повреждений мозга. Однако NSE может повышаться так- же при некоторых других неврологических процессах (эпилепсия, субарахноидальное кровоизлияние).
S-100-белок находится в мозговой ткани в связанном с кальцием состоянии. Состоит из двух субъединиц, a (10,4 kDa) и b (10,5 kDa), освобождается в СМЖ. после гибели нервных клеток. Некоторые исследователи применяют его для мониторинга течения паралича и травмы головного мозга. Концентрация S-100-белка в СМЖ. повышается между 8 часами и 4 днями паралича, имеется связь с размером инфаркта (видимые и невидимые инфаркты при компьютерной томографии).
Состояние после остановки сердца. Серийные исследования концентрации или активности КК-ВВ можно использовать для прогноза неврологических осложнений у пациентов с остановкой сердца после инфаркта миокарда. Установленный предел концентрации КК-ВВ в 17 мкг/л позволил в 93% случаев прогнозировать последующие неврологические отклонения. Существует несколько нерешенных проблем, препятствующих широкому использованию биохимических маркеров СМЖ для оценки степени повреждения мозга после повреждений (инсульт, травма, гипоксия).
1. Возможное несоответствие размеров повреждения мозговой ткани («гибель клеток») с последующими функциональными нарушениями у пациента.
2. Лишь у больных с установленным вентрикулярным дренажем в самые ранние часы после повреждения мозга возможно организовать серийные биохимические исследования СМЖ.
3. Поиск наилучшего маркера повреждения мозговой ткани не завершен.
4. В качестве предварительных маркеров прогноза последствий повреждений мозга предлагается применять ЛДГ, КК-ВВ и лактат. Следует помнить, что люмбальные пункции для взятия СМЖ. в остром периоде после повреждения мозга могут нанести пациенту непоправимый вред.
Таблица 1. Лабораторные показатели спинномозговой жидкости при травме и параличе ЦНС.

Показатель
Характеристика
Приемущества
Недостатки

Лактат

Не зависит от концентрации в сыворотке.

Простой метод.
После перинатальной гипоксии и черепно-мозговой травмы имеет прогностическое значение

Не может диагностировать обратимые или необратимые нарушения

ЛДГ
(10-56 МЕ/л, 370)

Хорошо изученный внутриклеточный фермент

Известный метод. Чувствительный тест для ишемических нарушений. Появляется позднее др. маркеров. Коррелирует с размером очага деструкции ЦНС.
Имеет прогностическое значение после перинатальной гипоксии

Неспецифичен, изоферменты также неспецифичны, не дают информации о функциональном исходе после инсульта

Креатинкиназа-КВ
(

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%bd%d0%b5%d0%b9%d1%81%d0%bf%d0%b5%d1%86%d0%b8%d1%84%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%b5%d0%bd%d0%be%d0%bb%d0%b0%d0%b7%d0%b0-nse/feed/ 0
Глюкоза http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%b0-2/ http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%b0-2/#respond Tue, 01 Sep 2009 13:20:49 +0000 http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%b0-2/ МЕТАБОЛИЧЕСКИЙ СИНДРОМ Х: ИСТОРИЯ ВОПРОСА И ЭТИОПАТОГЕНЕЗ

 
Метаболический синдром Х характеризуется наличием у пациентов сочетания артериальной гипертонии, ожирения, дислипидемии, инсулиннезависимого сахарного диабета и повышенной толерантности к глюкозе, являющихся факторами риска развития атеросклероза. Рассмотрены история, этиопатогенез, биохимические критерии синдрома Х, методы оценки резистентности к инсулину и гиперинсулинемии при нем, охарактеризованы стадии развития этого синдрома. Детально показано, что в основе каждой патологии из названного сочетания, как и синдрома в целом, лежит единый биохимический механизм — повышение резистености тканей к инсулину, характеризующийся устойчивой тенденции к понижению инсулинзависимого транспорта глюкозы в клетки, особенно мышечной ткани. Проведен патофизиологический анализ многообразных процессов реализации метаболических нарушений в физиологические с указанием на конкретные причинно-следственные связи формирования их клинических проявлений. Коротко рассмотрены современные лабораторные технологии диагностики резистентности к инсулину и гиперинсулинемии с приведением принятых на сегодня границ нормы и патологии для соответствующих показателей. На основе собственных данных автором предложены количественные критерии и схема стадийного развития метаболического синдрома Х (синдрома инсулинорезистентности).
Хорошо известно, что многие пациенты часто одновременно страдают артериальной гипертонией, ожирением, дислипидемией и инсулиннезависимым сахарным диабетом или нарушением толерантности к глюкозе. Указанные патологические процессы являются факторами риска развития атеросклероза, который при сочетании нескольких из них возрастает многократно. Хотя частое сочетание упомянутых факторов риска давно отмечалось многими авторами, в том числе такими выдающимися отечественными клиницистами как Г.Ф. Ланг, Л.Л. Мясников, Р.М. Тареев, долгое время возможная причинно-следственная связь между ними многими игнорировалась. И только в последнее десятилетие интенсивно развивается концепция, согласно которой сочетание названных выше факторов риска атеросклероза — не случайность, а проявление общего для них метаболического нарушения – повышения резистентности тканей к инсулину.
Впервые данную концепцию сформулировал M.Reaven в 1988 г. (1). Обобщив данные многочисленных исследований, он сделал вывод, что гиперинсулинемия, нарушение толерантности к глюкозе, повышение уровня триглицеридов и понижение уровняв липопротеинов высокой плотности (ЛПВП) в плазме крови, а также артериальная гипертония могут развиваться в результате понижения чувствительности клеток тканей к инсулину. Для обозначения упомянутого симптомокомплекса автор предложил термин «синдром X». В 1989 г. N. M.Kaplan дополнительно выделил абдоминальное ожирение как важнейший этиологический фактор формирования инсулинорезистентности и, объединив его с тремя основными клиническими последствиями данного метаболического нарушения (сахарным диабетом II типа, артериальной гипертонией и гипертриглицеридемией), ввел понятие «смертельный квартет», подчеркнув этим, что наличие подобного сочетания существенно повышает смертность населения от сердечно-сосудистых заболеваний [2]. В 1992 г. S.M.Haffner предложил термин «синдром инсулинорезистентности», так как, по его мнению, он хорошо отражает этиологию синдрома ( 3 ) .
Однако, в 1993 г.L. M.Resnick опубликовал свою теорию формирования «синдрома X» [4]. Согласно ей артериальная гипертония, инсулиннезависимый сахарный диабет, ожирение, атеросклероз, а также гипертрофия левого желудочка — это важнейшие клинические проявления единого заболевания — «генерализованной сердечно-сосудистой метаболической болезни». Основным ее этиологическим фактором является мембранный дефект, приводящий к повышению концентраций свободных цитозольных кальция и натрия и к понижению внутриклеточной концентрации ионов магния, а также рН. Резистентности к инсулину автор отводит роль патогенетического механизма реализации данного мембранного дефекта.
Начиная с середины 90-х г.г. чаще всего используется термин «метаболический синдром», предложенный М.Henefeld и W.Leonhardt еще в 1980 г. (5), т. е. до опубликования G.M.Reaven его концепции. В нашей литературе наиболее часто употребляется термин «метаболический синдром Х» (61).
На сегодняшний день механизм возникновения и развития метаболического синдрома Х представляется следующим образом.
Инсулинорезистентность- это нарушение механизма биологического действия инсулина, сопровождающееся понижением потребления глюкозы тканями, главным образом, скелетной мускулатурой. При этом нарушается в большей степени неокислительный путь потребления глюкозы — синтез гликогена. Развитию инсулинорезистентности способствуют как генетические факторы (дефект инсулиновых рецепторов или пострецепторный дефект), так и влияние внешних факторов, среди которых в первую очередь следует выделить формирование ожирения (особенно андрогенного) и понижение обьемного кровотока в капиллярах скелетной мускулатуры в результате их вазоконстрикции, что увеличивает путь диффузии глюкозы к клеткам. В свою очередь, данные нарушения могут быть обусловлены гиподинамией, гиперкалорийным питанием, повышением активности симпатической нервной системы (частые стрессы) – всем, что объединяют в литературе под понятием «западный образ жизни» (6-8).
При наличии инсулинорезистентности B-клетки островкового аппарата поджелудочной железы увеличивают синтез и секрецию инсулина, чтобы компенсировать нарушение чувствительности к нему и сохранить нормальную толерантность к глюкозе. Развивается гиперинcvлинемия (1) влияя на сосуды непосредственно, инсулин вызывает вазодилятацию, поэтому острая гиперинсулинемия, вызванная инфузией инcулина, у здоровых добровольцев сопровождается гипотензией. Медиатором вазодилятации является окись азота. Однако, при наличии инсулинорезистентности вазодилатирующий эффект инсулина исчезает. Возможно, решающую роль при этом играет нарушение синтеза окиси азота в результате повышения концентрации свободных жирных кислот, что часто имеет место при ожирении (9). Хроническая гиперинсулинемия вызывает парадоксальную вазоконстрикцию и увеличение минутного объема кровообращения в результате стимуляции симпатической нервном системы, увеличение объема циркулирующей крови в результате увеличения реабсорбции ионов натрия и воды в проксимальных и дистальных канальцах нефронов, сужение просвета артериол за счет пролиферации их гладкомышечных клеток, т.к. инсулин является мощным фактором, стимулирующим клеточный poст. Поскольку инсулин является гормоном, регулирующим ряд механизмов трансмембранного ионного транспорта, увеличение его концентрации приводит к повышению внутриклеточной концентрации ионов натрия и калия. Последнее в гладкомышечных клетках артериол сопровождается повышением их чувствительности к прессорному влиянию норадреналина и ангиотензина. В результате хроническая гиперинсулинемия ведет к развитию артериальной гипертонии [2,6,7,10].
Инсулин регулирует скорость синтеза липопротеинов очень низкой плотности (ЛПОНП) печенью..При повышении его концентрации происходит рост синтеза данных липопротеинов. Элиминация ЛПОНП регулируется ферментом липопротеинлипазой, активность которой также находится под контролем инсулина. При наличии инсулинореистентности данный фермент, как и другие ткани, оказывается резистентным к влиянию инсулина. Поэтому элиминация ЛПОНП замедляется. Рост синтеза и замедление элиминации приводят к повышению концентрации ЛПОНП (триглицеридов) в плазме крови. Понижение активности липопротеинлипазы сопровождается понижением содержания ЛПВП, так как они образуются в организме в процессе гидролиза ЛПОНП. Более того, показано, что гиперинсулинемия непосредственно способствует катаболизму ЛПВП. Таким образом, развитие иммунорезистентности и гиперинсулинемии сопровождается развитием дислипидемии, характеризующейся повышением концентрации ЛПОНП (триглицеридов) и понижением концентрации ЛПВП в плазме крови. Данная дислипидемия является атерогенной (6). .
Инсулин является «атерогенным» гормоном не только потому, что повышение его концентрации способствует развитию атерогенной дислипидемии, но также потому, что усиливает пролиферацию гладкомышечных клеток и фибробластов, увеличивает активность рецепторов липопротеинов низкой плотности и синтез эндогенного холестерина в клетках сосудистой стенки, а также коллагена — одного из основных составляющих атеросклеротического повреждения. Являясь фактором роста инсулин стимулирует образование и других веществ с подобным действием, например инсулиноподобных факторов роста-1 и -2 (6,10).
Наконец известно, что прогрессированию атеросклеротических поражений и, особенно, развитию их острых осложнений, в частности, ocтрого инфаркта миокарда при ишемической болезни сердца ( ИБС), способствуют коагулологические нарушения. Было показано, что гиперинсулинемия вызывает гиперфибриногенемию и повышение активности ингибитора тканевого активатора плазминогена I типа, что ведет к понижению фибринолиза (6, 7, 10). Таким образом, гиперинсулинемия, являясь компенсаторной ответной реакцией, поддерживающей нормальный транспорт глюкозы в клетки одновременно является патологической, т.к. приводит к целой серии метаболических нарушений, конечным результатом которых является быстрое развитие и прогрессирование атеросклероза, в частности, ИБС и острого инфаркта миокарда, которые в значительной степени и определяют прогноз состояния здоровья у данных больных.
Особенно важным представляется то обстоятельство, что развитие гиперинсулинемии сопровождается рядом патологических нарушений, замыкающих “патологические круги”. Например, гиперинсулинемия вызывает активизацию симпатической нервной системы, которая последовательно влечет за собой патологическую вазоконстрикцию, уменьшение объемного кровотока в капиллярах скелетной мускулатуры, что является причиной прогрессирования инсулинорезистентности и дальнейшего роста гипоинсулинемии. Поэтому, инсулинорезистентность имеет тенденцию к прогрессированию. Гиперинсулинемия нарастает по мере развития инсулинорезистентности. Этот пpoцесс продолжается до тех пор, пока поджелудочная железа сохраняет способность к увеличению секреции инсулина. Но, начиная с определенного момента, больной проходит верхнюю точку «старлинговской кривой поджелудочной железы» (термин R.A. De Fronzo, цитируется по (6) и секреция инсулина оказывается уже недостаточной для поддержания нормальной толерантности тканей к глюкозе. Развивается нарушение толерантности к глюкозе. По мере дальнейшего его развития, декомпенсация функции поджелудочной железы нарастает, соответственно, концентрация инсулина в плазме крови начинает падать уже натощак. Развивается сахарный диабет (1).
Проблема метаболического синдрома Х особенно остро стоит в кардиологии. Было показано, что такие группы препаратов, как b -блокаторы и тиазидовыс диуретики, широко применяемые для лечения артериальной гипертонии, вызывают прогрессирование инсулинорезистентности тканей. Поэтому, положительно влияя на один из компонентов синдрома, они вызывают его прогрессирование в целом (7,11).
Таким образом, существование метаболического синдрома Х или синдрома инсулинорезистентности представляется вполне доказанным. Это, в свою очередь, ставит задачу выработки адекватных клинических диагностических подходов и биохимических критериев синдрома.
Методы оценки инсулинорезистентности и гиперинсулинемии, биохимические критерии метаболического синдрома Х.
Как уже отмечалось, в основе развития метаболического синдрома Х лежит резистентность тканей к инсулину. “Золотым стандартом” измерения чувствительности тканей к инсулину является эугликемический гиперинсулинемический “клэмп”-тест (дословный перевод “зажим”, “защепка”). Метод предложен R.A. DeFrono (12). При данной методике осуществляется постоянная инфузия инсулина в дозе 1 мЕд/мин/кг в течение 2 ч. Одновременно проводится инфузия глюкозы в дозе, которая обеспечивала бы поддержание её концентрации в плазме крови на эугликемическом уровне. Два часа необходимы для достижения равновесного состояния, когда скорость введения глюкозы становится paвна скорости ее потребления организмом. В этом состоянии осуществляется расчет общего потребления глюкозы организмом в мл/мин/кг на 1 мкЕд инсулина, которое и характеризует чувствительность тканей к инсулину. Из-за инвазивности, дороговизны, методической сложности данный метод рекомендован для использования только в специальных научных исследованиях и не подходит для широкого клинического применения.
Предложено несколько модификаций теста с внутривенной инфузией глюкозы с последующим введением толбутамида для подавления эндогенной продукции глюкозы печенью. Количественная опенка инсулинрезиcтентности проводится по величине клиренса глюкозы отнесенной к степени гиперинсулинемии, вызванной введением глюкозы. Данный метод дает менее точные результаты, нежели «клэмп»-тест, но не менее трудоемок и дорог, чем последний. Поэтому он также вряд ли подходит для широкого клинического использования (6).
В клинической практике в настоящее время применяется в основном пероральный тест оценки толерантности к глюкозе (нагрузка 75 г глюкозы) с определением концентрации не только глюкозы, но и им-мунореактивного инсулина (ИРИ) в плазме крови. Еще G.M. Reaven отмечал, что корреляция между резистентностью тканей к инсулину, определенной с помощью «клэмп» -теста, и инсулиновым ответом на нагрузку глюкозой является вполне достоверной (I). Более правильным будет утверждение, что с помощью перорального теста мы определяем не резистентность тканей к инсулину, а наличие и степень выраженности гпперинсулинемии. Однако, как следует из приведенного выше обзора, именно гиперинсулинемия является центральным звеном в патогенезе развития основных клинических проявлений метаболического синдрома Х. С другой стороны, наличие резистентности к инсулину удается выявить с помощью «клэмп»-теста примерно у 25% практически здоровых людей (I). Поэтому, с точки зрения клинической диагностики, выявление гиперинсулинемии представляется даже более важным, чем собственно инсулинорезистентности.
К сожалению, сегодня не существует единых общепринятых критериев гиперинсулинемии. Различные авторы предлагают считать гиперинсулинемией состояние, когда концентрация ИРИ в плазме крови утром натощак превышает от 5,3 до 25 мкЕд/мл (6, 13-17). В качестве критерия гиперинсулинемии рекомендуется также считать уровень содержания ИРИ более 25 — 28 мкЕд/мл через 2 ч. после нагрузки глюкозой (6, 14). Предложены и более сложные расчетные показатели, характеризующие инсулиновый ответ: площадь под инсулиновой кривой, которая равна сумме концентраций ИРИ плазмы крови до начала перорального теста, а также через 30, 60, 90 и 120 мин. после приема глюкозы (18); индекс Haffner, который рассчитывается как сумма концентраций ИРИ плазмы крови, определенных через определенные промежутки времени после приема глюкозы и умноженных на соответствующие коэффициенты: 0,25 (исход) + 0,5 (30 мин.) + 0,75 (1 ч.) + 0, 5 (2 ч.) (15) .
Дополнительную трудность в унификации критериев гиперинсулинемии создает то обстоятельство, что абсолютный уровень ИРИ зависит также от метода определения и наборов, при помощи которых это определение производится.
По мнению Ю.В.Зимина диагностическая ценность перорального теста в диагностике метаболического синдрома Х возрастает, если наряду с концентрацией глюкозы и ИРИ определять еще и уровень С-пептида в плазме крови. В качестве критериев метаболического синдрома Х автор предлагает концентрации С-пептида более 1,2 нмоль/л до начала теста и более 1,4 нмоль/л через 2 ч. после приема 75 г глюкозы (6).
F.Caro считает, что достаточно достоверным критерием наличия инсулинорезистентности является снижение отношения концентрации глюкозы крови (в мг/дл) к уровню ИРИ (в мкЕд/мл) ниже 6 (при измерении концентрации глюкозы в ммоль/л количественным критерием является значение 0,33 (19).
В настоящее время все авторы оценивают состояние углеводного обмена по критериям, предложенным Американской ассоциацией диабета (20). Согласно им, углеводный обмен считается нормальным, если уровень содержания глюкозы в плазме венозной крови натощак составляет менее б,7 ммоль/л, а через 2 ч. после нагрузки 75 г глюкозы — менее 7,8 ммоль/л. Если же уровень глюкозы натощак менее 6,7 ммоль/л, но через 2 ч. наводится в пределах от 7,8 до 11,1 ммоль/л, то это состояние классифицируют как нарушение толерантности к глюкозе. Если же уровень глюкозы плазмы крови превышает 6,7 ммоль/л натощак и/или превышает 11,1 ммоль/л через 2 ч, то ставится диагноз сахарный диабет.
Нами проведена оценка диагностической ценности упомянутых выше критериев. Всего было обследовано 115 лиц. У всех обсследованных определяли рост, вес, уровень артериального давления (АД), концентрацию глюкозы, ИРИ и С-пептида в плазме крови натощак. Кроме того, если концентрация глюкозы была менее 6,7 ммоль/л, то проводили тест толерантности к глюкозе (ТТГ) с пероральной нагрузкой 75 г глюкозы, после чего уровни глюкозы, ИРИ и С-пептида крови измеряли через 30, 60, 90 и 120 мин. после приема нагрузочной дозы. Производилось сопоставление упомянутых выше диагностических критериев метаболического синдрома Х с клинической картиной, имевшей место у обследованных лиц. Диагноз ожирения ставили при величине индекса Кетле 30 кг/м и более (21). Р качестве критерия артериальной гипертонии (АГ) использовали уровень диастолического артерильного давление 90 мм рт.ст. и выше во время трех различных визитов (22). Концентрацию глюкозы в плазме, полученной из образцов венозной крови, определяли с помощью анализатора «Rеflotron» ( “Boehringer Mannheim”, Германия), уровень ИРИ оценивали методом хемилюминесценции на автоматическом анализаторе «Access», ( » Sanofi”, Франция), а концентрацию С-пептида — с помощью иммуноферментного метода.
Среди обследованных лиц 9 не имели признаков метаболического синдрома (нормальные вес, АД, толерантность к глюкозе), были практически здоровыми лицами (ПЗ), и составили контрольную группу; 26 имели только АГ, у 20 был выявлен нарушенный углеводный обмен (повышенная толерантность к глюкозе или сахарный диабет) и/или ожирение (СД/О), у 20 отмечалось сочетание АГ и ожирения(АГ+О), 17 имели сочетание АГ с нарушением углеводного обмена (АГ+СД). Наконец, 23 пациента имели полный набор клинических признаков метаболического синдрома Х — АГ, ожирение и нарушение углеводного обмена (АГ+О+СД).
Мы не получили статистически достоверных отличий уровня С-пептида в сравниваемых клинических группах как в образцах крови, взятых натощак, так и через 2 часа после нагрузки глюкозой. Возможно, С-пептид, как отмечает Ю.В.Зимин [6], и лучше отражает уровень секреции инсулина поджелудочной железой. Однако, в патогенезе формирования клинических проявлений метаболического синдрома Х решающую роль играет собственно ИРИ, что и подтверждают полученные нами данные.
через 2 ч после нагрузки глюкозой, определяли площадь под инсулиновой кривой, индекс Haffner, индекс Caro. Анализ полученных результатов показывает, что наибольшей чувствительностью в диагностике метаболического синдрома Х обладают показатели, характеризующие суммарный инсулиновый ответ на нагрузку глюкозой (площадь под инсулиновой кривой и индекс Haffner). Эти показатели статистически достоверно отличаются от аналогичных параметров практически здоровых лиц при наличии даже одного клинического признака метаболического синдрома Х. Дальнейшее прогрессирование синдрома характеризуется достоверным нарастанием уровня ИРИ по сравнению с контрольной группойчерез 2 ч после нагрузки глюкозой. При данной стадии гиперинсулинемии уже может иметь место нарушение толерантности к глюкозе. Наконец, гиперинсулинемия натощак и понижение индекса Caro отмечаются только в далеко зашедших клинических случаях метаболического синдрома Х, характеризующихся полным набором его компонентов, когда наличие патологии не вызывает сомнения.
Полученные нами результаты, а также анализ литературных данных позволяют нам сформулировать количественные критерии метаболического синдрома Х для параметров инсулинового обмена. О  гиперинсулинемии натощак  следует вести речь, когда уровень ИРИ составляет  212.5 мкед/мл и выше. Этот критерий предложенный Paolisso G. и соавторами [14], близок к показателю (12.7 мкед/мл), полученному в большом исследовании в Мексике [16], верхней границе нормального уровня ИРИ (до 12.9 мкед/мл), предложенной S.M.Haffner и соавторами, и полностью соответствует нашим собственным результатам.
Критерием  гиперинсулинемии через 2 ч после нагрузки глюкозой  мы предлагаем уровень ИРИ  228 мкед/мл и выше , который также предложили Paolisso G. и соавторы, и он вполне согласуется с нашими данными.
В качестве критерия  повышенного суммарного инсулинового ответа  мы предлагаем показатель  площади под инсулиновой кривой  от 80 мкед/мл и выше.
Индексы Haffner и Caro по нашим данным дополнительной информации по сравнению с названными выше показателями не несут.
СТАДИИ РАЗВИТИЯ МЕТАБОЛИЧЕСКОГО СИНДРОМА Х
Как уже отмечалось выше, метаболический синдром Х проходит в своем развитии стадию инсулинорезистентности, которая компенструется гиперинсулинемией, а затем происходит истощение поджелудочной железы и формируется клинически выраженное нарушение углеводного обмена. Полученные нами результаты позволяют объектевизировать этапность данного процесса.
Мы предлагаем разделить течение метаболического синдрома Х на стадии (см. таблицу). В основе деления лежат показатели инсулинового обмена, полученные при проведении анализов крови на содержание ИРИ натощак и через 30, 60, 90 и 120 мин. после нагрузки 75 г глюкозы. Толерантность к глюкозе оценивается по общепринятым критериям, упомянутым выше.
 
Таблица. Стадии развития метаболического синдрома Х (Синдром инсулинорезистентности)

Стадия

ИРИ
натощак
(мкед/мл)

ИРИ через
2 ч после ТТГ
(мкед/мл)

Сумма под
инсулиновой
кривой
(мкед/мл)

Состояние
углеводного
обмена

Клиническая
картина

0

28,5

> 80,0

Нарушение толерантности к глюкозе или диабет

Развернутая клиническая картина

III Б

Снижение значений показателей

Нарушение толерантности к глюкозе или диабет

Развернутая клиническая картина

Отсутствие метаболического синдрома Х (0 стадия) характеризуется нормальными ТТГ, уровнем ИРИ натощак, через 2 ч после нагрузки и суммарным инсулиновым ответом.
Первая стадия синдрома — стадия компенсированной гиперинсулинемии. При данной стадии гиперинсулинемия выявляется только в виде увеличения величины площади под инсулиновой кривой. Остальные показатели остаются нормальными. Обычно на этой стадии отмечаются один, максимум два компонента синдрома.
Вторая стадия — стадия субкомпенсированной гиперинсулинемии. Для нее характерен не только повышенный суммарный инсулиновый ответ, но и повышенный уровень ИРИ через 2 ч после нагрузки. В то же время, нормальный уровень ИРИ натощак свидетельствует о том что гиперинсулинемия не является постоянной, уровень гормона может понижаться до нормального уровня. В клинической картине обычно имеют место 2-3 компонента синдрома. Поэтому говорить о «субкомпенсации» можно лишь в том смысле, что пока, пользуясь терминологией R.A. DeFronzo, «поджелудочная железа не прошла верхнюю точку своей старлинговской кривой».
Во второй стадии мы предлагаем выделить 2 периода — А и Б. Стадия IIА характеризуется полностью компенсированным углеводным обменом (ТТГ нормальный). Однако, у некоторых лиц может отмечаться уже и нарушение толерантности к глюкозе — это признак IIБ стадии.
Третья стадия — стадия декомпенсации. Гиперинсулинемия носит постоянный характер, но и этого уже не достаточно для поддержания нормального обмена глюкозы. В клинической картине присутствует полный «смертельный квартет».
В данной стадии также следует выделить 2 периода — А и Б. В стадии IIIA поджелудочная железа еще в состоянии синтезировать повышенное количество гормона, хотя этого количества и недостаточно для поддержания нормального углеводного обмена. В стадии IIIБ в результате длительной чрезмерной нагрузки происходит уже деградация В-клеток островкового аппарата железы, их секреторная способность падает. «Нормализация» показателей инсулинового обмена отражает не нормализацию тканевой чувствительности к инсулину, а полное истощение функциональных возможностей поджелудочной железы. Разделение стадии на два периода оправдано еще и тем, что они могут требовать различных терапевтических подходов.
Проблема метаболического синдрома Х — одна из важнейших в современной клинике внутренних болезней. Ряд отечественных авторов, уже ставят вопрос о выделении его в самостоятельную нозологическую форму [22]. Широкое внедрение концепции синдрома в практическую деятельность сегодня, безусловно, может привести к снижению заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистой патологии в будующем.
ЛИТЕРАТУРА

1. Reaven G.M. Role of insulin resistance in human disease.// Diabetes.-1988.-V. 37.- P.1595 — 1607.
2. Kaplan N.M. The deadly quartet: upper-body obesity, glucose intolerance, hypertriglyceridemia and hypertension. //Arch.Intern. Med.-1989.-V.149.-P.1514 — 1520.
3. Haffner S.M., Valdez R.A., Hazuda H.P. et al. Prospective an alyses of the insulin resistance syndrome (Syndrome X).// Diabetes.-1992.-V. 41.-P. 715 — 722.
4. Resnick L.M. Ionic basis of hypertension, insulin resistance, vascular disease and related disorders.// Am. J. Hypertens.-1993.-V.6.-P. S123 — S134.
5. Henefeld M., Leonhardt W. Das metabolische Syndrome. Deutsch.//
Ges. Wes.-1980.-V. 36.-P. 545 — 551.
6. Зимин Ю.В. Происхождение, диагностическая концепция и клиническое значение синдрома инсулинорезистентности или метаболического синдрома Х. //Кардиология.- 1998.-N. 6.-c. 71 — 81.
7. Williams B. Insulin resistance: the shape of things to come.
//Lancet.- 1994.-V. 344.-P. 521 — 524.
8. Lind L., Lithell H. Decreased peripheral blood flow in the pathogenesis of the metabolic syndrome comrising hypertension, hyperlipidemia and hyperinsulinemia.
//Am. Heart J.-1993.-V.125.-P. 1494 — 1497.
9. Scherrer U., Sartori C. Insulin as a vascular and simpathoexcitatory hormone. Implications for blood pressure regulation, insulin sensitivity, and cardiovascular morbidity.// Circulation.-1997.-V. 96.-P. 4104 — 4113.
10. Sowers J.R., Standley P.R., Ram J.L. et al. Hyperinsulinemia, insulin resistance and hyperglycemia: contributing factors in pathogenesis of hypertension and atherosclerosis. // Am. J. Hypertens. –1993.-V. 6.-P. S260 — S270.
11. Lithell H.O., Andersson P.E. Antihypertensive treatment in insulin resistant patients. //Hypertens. Res.- 1996.-V.19.-suppl.1.-P. S75 — S79.
12. DeFronzo R.A., Tobin J., Andres R. Glucose clamp technique: a method for quantifying insulin secretion and resistance. // Am. J. Physiol.-1979.-V. 237.-P.214 — 223.
13. Мамедов М.Н., Перова Н.В., Метельская В.А. и др. Компоненты метаболического синдрома у больных с артериальной гипертензией.
//Кардиология.-1997.-N. 12.-c. 37-41.
14. Paolisso G., Gambardella A., Verza M. et al. ACE inhibition improves insulin-sensitivity in aged insulin-resistant hypertensive patients.
//J. Human Hypertension.-1992.-V. 6.-P. 175-179.
15. Haffner S.M., Stern M.P., Hazuda H.P. et al. Hyperinsulinemia in a population at high risk for non-insulin-dependent diabetes mellitus.
//N. Engl. J. Med.-1986.-V. 315.-P. 220-224.
16. Posadas-Romero C., Zamora-Gonzalez J., Yamamoto L. et al. Fasting insulin levels and coronary risk factors in randomly selected adult population in Mexico City.
//XII World Congress of Cardiology and XVI Congress of the European Sosiety of Cardiology. September, 10-14, 1994, Berlin, Germany. CD Conifer Information System: A 64.-P. 292.
17. Rudenski A.S., Matthews D.R., Levy J.C., Turner R.C. Understanding «insulin resistance» : both glucose resistance and insulin resistance are required to model human diabetes. // Metabolism.-1991.-V. 40.-P. 908-917.
18. Grandi A.M., Gaudio G., Fachinetti A. et al. Left ventricular diastolic function in lean and obese hypertensives: influence of hyperinsulinaemia and family history of hypertension.//XVIII Congress of the European Sosiety of Cardiology.-August,25-29.- 1996.- Birmingham, UK. CD Conifer Information System.- P.1886.
19. Caro F. Insulin resistance in obese and nonobese man.
//J. Clin Endocrinol. Metab.-1991.-V. 73.-P. 691-695
20. National Diabetes Data Group. Classification and diagnosis of diabetes mellitus and other categories of glucose intolerance.//Diabetes.-1979.-V.28.-P.1039 — 1057.
21. Vanhala M., Kumpusalo E., Takala J. Metabolic syndrome; a cluster of hypertension, dislipidemia and hyperinslinemia the association with obesity.
//XVII Congress of the European Sosiety of Cardiology.-August 20-24.-1995. Amsterdam, Netherlands.CD Conifer Information System.- P.488.
22. Бритов А.Н. Профилактика артериальной гипертонии на популяционном уровне: возможности и актуальные задачи. //Русский медицинский журнал.-
1997.-N. 5.-c. 571 — 576.

автор: В.А. Диденко (Мединцентр Главного управления по обслуживанию дипломатического корпуса Министерства игод издания: 1999

]]>
http://gynecolog.net/2009/09/%d0%b3%d0%bb%d1%8e%d0%ba%d0%be%d0%b7%d0%b0-2/feed/ 0