Тверской врач Вишняков один лечит жителей 112 деревень….

В Минздраве России признали, что лечить людей скоро будет некому. В
стране дефицит медицинских кадров. Не хватает около 40 тысяч врачей и
270 тысяч медсестер. Числа, сравнимые с населением города. Национальная
медицинская палата и профсоюз работников здравоохранения предлагают на
федеральном уровне принять социальный пакет, то есть предоставлять
медикам бесплатное жилье, помощь и поездки в санатории./
Ситуация критическая, но вместе с тем кадровую проблему решают на фоне массовых сокращений. То и дело из российских регионов, по большей части из провинции, приходят известия о сокращении количества коек и закрытии родильных отделений. Все это проводится под лозунгами «оптимизации» здравоохранения. На местах протестуют как могут, объявляют «итальянскую забастовку» и обращаются в Москву.
На грани закрытия находится и сельская больница под городом Ржевом. Врач там всего один на 112 деревень. Он один пытается отстоять «свои койки». Корреспондент «МИР 24» Ирина Кузьминская решила выяснить, как выглядит процесс модернизации в отдельно взятой больнице.
По доктору Вишнякову можно часы сверять. Ровно в 9:00 и ни минутой позже он собирает персонал Итомленской больницы на летучку. Пока сестры докладывают о состоянии больных, в коридоре образуется очередь. Одни направляются на физиопроцедуры, другие пришли к стоматологу, третьи ждут приема у самого Вишнякова.
Чиновники из Минздрава намереваются сократить число сельских больниц. Это называется «модернизация». Здесь уже закрыли стационар. Койки есть, но класть пациентов на них нельзя, потому что экономически невыгодно.
Медсестра Юлия Ксенофонтова трудится здесь 20 лет и за работу держится, ведь другой на селе нет. По ее словам, здесь страшно остаться без работы. Местные медики говорят, что переживают даже не за себя, а за пациентов. Итомленская больница осталась одна на всю округу, обслуживает три тысячи человек. Раньше можно было полежать недельку, пройти курс лечения, а теперь, например после капельницы, больной обязан уйти домой. Но многие живут за десятки километров отсюда и не могут ездить каждый день на процедуры. Тем более, что и автобус здесь бывает только по пятницам. Людям приходится платить тем сельчанам, у которых есть автомобиль. Такая услуга стоит более 500 рублей.
Продавец Люба говорит, что ее магазин будет на плаву, пока есть больница. Если же ее закроют, утверждает женщина, то село вмиг опустеет. На днях здесь закрыли библиотеку, теперь на очереди стоит школа. Детворы становится все меньше. А там и до больницы дойдет.
Сдаваться без боя сельчане не намерены. Они собирают подписи и пишут в инстанции. В группе активистов оказалась и семья Карыгиных, правда, ответы чиновников пенсионеров ставят в тупик. Люди просят корреспондентов в очередной раз прочитать им письмо из областного Минздрава и объяснить, чем же вызвана такая к ним нелюбовь. Вызвана она «необходимостью проведения в соответствии с федеральными нормативами областных нормативов круглосуточной стационарной помощи».
Чиновники парируют, говоря, что реформа здравоохранения — не обывательского ума дело.
«Согласен, что для многих будет неудобно. Особенно учитывая то, что это далеко, нет дорог. Ну что сделать, такое время», — говорит главврач центральной больницы Ржева Анатолий Бегларян.
Под руководство Анатолия Бегларяна уже перешли все сельские больнички района. Кроме одной — Итомлинской.
«Весь вопрос — в конкретном докторе, который бьется, в первую очередь, за свою зарплату и за руководство больницей», — считает Бегларян.
У пациентов доктора Вишнякова свои аргументы. От Итомли до ржевской больницы — 50 километров, и там сельчанам не особо рады, на прием не попасть, в госпитализации часто отказывают.
У Сергея Александровича не только местные лечатся, но и из города приезжают — он никому не отказывает. Вишняков признается, что в зарплате терять не хочется. Из-за закрытия круглосуточного стационара она стала меньше на две тысячи рублей. Но сражается он не за деньги.
«Я борюсь за население, за своих больных. Я отработал 32 года на одном месте. Мне эти люди не безразличны», — говорит Вишняков.
В 1981 году Вишняков закончил Тверской мединститут, распределили в Итомлю. Колхоз выделил дом, здесь родились сыновья. Старший тоже врач, а младший — военный.
Как рассказывает его жена, все шло хорошо, но пару месяцев назад врача позвали в Москву на круглый стол, обсуждать проблемы. Там он раскритиковал модернизацию сельских больниц. Из области тут же нагрянули с проверкой и намекнули, что если «не успокоится», то придет прокуратура.
На выездные приемы в соседние деревни доктор добирается на стареньком «УАЗе». Переносную лабораторию и аппарат УЗИ ставят в доме, где когда-то была амбулатория. Там доктора уже ждут. Таких богом забытых деревень на участке Вишнякова еще 111, и для большинства стариков этот прием становится редчайшей возможностью показаться к врачу. Врач, медсестра и лаборант работают три часа, а народ все прибывает. Но когда прием закончится, Вишняков обязательно заглянет к тем, кто не смог прийти самостоятельно.
Мы обратились в Министерство здравоохранения России и в Минздрав
Тверской области с просьбой прокомментировать ситуацию в Итомлинской
больнице. Нам не отказали, но пока у чиновников не нашлось времени на
интервью. Зато на проблемы доктора Вишнякова быстро отреагировали волонтеры.
На днях благотворительный фонд под названием «Нужна помощь» подарил сельской больнице санитарный автомобиль. 560 тысяч рублей на него собрали за пару месяцев, а бизнесмены из Тольятти бесплатно оснастили машину всесезонными шинами и поставили самую современную противоугонную систему.
«Есть люди, которые в такой ситуации, когда уже крах, когда другие
опустили руки, не пускают руки. И Вишняков сказал, что «кем меня не
сделают — сторожем, фельдшером, кем угодно, я все равно буду лечить
людей. Я считаю, что этот человек — классический социальный герой», —
говорит директор благотворительного фонда «Нужна помощь» Митя Алешковский.
По его словам, именно на таких людей должно равняться общество.
Источник: mir24.tv

Tags: ,

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос