Минздрав меняет лекарственную терапию для трансплантированных больных из экономии.

Вместо привычных препаратов теперь буду выдаваться дженерики и неизвестные таблетки [текст обращения больных к Президенту]
Всероссийская общественная организация нефрологических и трансплантированных больных «Право на жизнь» опубликовала на своем сайте открытое письмо первым лицам государства. Причина появления письма –повсеместная замена базового препарата иммуносупрессии такролимуса и циклоспорина (их применяют после трансплантации для подавления иммунитета, чтобы пересаженный органа не отторгался).
Вместо оригинальных препаратов или их дженериков, которые имеют солидный опыт применения в России, Минздрав РФ закупил неизвестный такролимус, произведенный в Индии (Такролимус-Тева), а также циклоспорин, произведенный в Чехословакии. Но иммунодепрессанты, имеющие одинаковое международное непатентованное наименование, но различных производителей, не взаимозаменяемы. Пациенты опасаются не только потерять пересаженный орган, но и свою жизнь.
По официальным подсчетам в России сегодня проживает несколько тысяч человек, перенесших пересадку органа: почки, печени, сердца и др. Хотя нуждающихся в пересадке гораздо больше, даже те, кто уже дождался этой дорогостоящей операции, в настоящий момент подвергаются угрозе отторжения донорского органа.
— Министерство здравоохранения РФ в августе 2012-го года закупило индийский такролимус, — комментирует Михаил Гавриков, председатель ВООНиТБ «Право на жизнь». — Мало того, что в мире этот дженерик лишь зарегистрирован, но мало где применяется, сам непрофессионализм в подходе к лекарственному обеспечению трансплантированных больных вызывает недоумение. Во всем мире смена препаратов иммуносупрессии происходит под жестким контролем врача даже в рамках одного и того же МНН, т.к. для больного это вопрос жизни и смерти. В Великобритании, например, государство настоятельно рекомендует выписывать и закупать препараты такролимуса исключительно по торговым наименованиям. Мы просим ввести эту практику и в России. В случае с такролимусом разница в цене между дженериком и оригинальным препаратом составила 33%. Интересно, а сколько государство будет готово потратить на спасение пациентов, у которых начнется отторжение органов, сколько стоит мониторинг концентрации препарата для новых пациентов? Причем аппаратура, определяющая концентрацию препарата есть не во всех регионах. Сколько можно ставить эксперименты на тех, для которых любое отклонение от привычной терапии – это риск потерять не только трансплантант, но и жизнь? Мы не против новых дженериков, мы против того, чтобы на них принудительно переводили пациентов с привычной терапии, и не прислушивались к мировому опыту применения дженеков иммуносупрессии.
В организации все еще надеются, что на ситуацию обратит внимание руководство страны. Прежние письма пока оставались без ответа, либо ограничивались отписками из профильного Министерства.
Источник: kp.ru

Tags: ,

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос