Медицина становится платной.

И это только одно из плачевных последствий проводимой в стране реформы
здравоохранения. /
Осенью прошлого года, выступая в Госдуме, бывшая министр здравоохранения, а ныне глава Счетной палаты Татьяна Голикова заявила, что с 1 января услуги врачей могут стать хуже и недоступнее. Речь шла о том, что действующим законодательством предусматривается перевод финансирования расходов на здравоохранение из федерального бюджета в бюджет Фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС), а механизмы для этого не созданы и нет понимания того, как будет осуществляться перевод расходов.
Уже после ухода Голиковой с министерского поста постановлением правительства РФ от 4 октября 2012 года № 1006 был введен новый порядок предоставления платных медицинских услуг в государственных поликлиниках и больницах. Этот порядок вступил в силу с 2013 года, так что громкое заявление Голиковой в Госдуме на самом деле было не столько грозным пророчеством, сколько констатацией факта: коммерциализация здравоохранения уже шла полным ходом.
Постановление правительства № 1006 сузило объем медицинской помощи, которую можно получить бесплатно. Доплачивать с прошлого года нужно и за самостоятельное посещение профильного врача без направления терапевта, и за диетическое питание в больнице, и за послеоперационный уход, и за аналоги лекарств, если назначенные врачом бесплатные лекарства недостаточно действуют или имеют сильные побочные эффекты. Все это отнесено к категории «дополнительные услуги», которые не входят в государственный перечень гарантий оказания медицинской помощи. Причем, цену на многие ставшие платными процедуры медучреждения смогут устанавливать самостоятельно. Об этом сказано в приказе от 29 декабря 2012 года, регламентирующем порядок определения цен на медицинские услуги в бюджетных клиниках. Согласно проекту цену можно будет устанавливать «самостоятельно на основании размера расчетных и расчетно-нормативных затрат на оказание учреждением медицинских услуг по основным видам деятельности, а также размера расчетных и расчетно-нормативных затрат на содержание имущества учреждения».
Приказ, правда, противоречит федеральному закону № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», где написано, что «порядок и условия предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг пациентам устанавливаются правительством РФ» (статья 84-я, пункт 7), но кого у нас останавливают такие мелочи.
А ведь речь идет о том, что стоимость одних и тех же медицинских услуг может различаться в различных регионах и даже городах. Причем, в проигрыше могут оказаться жители российской глубинки, поскольку клиники во многих небольших городах очень часто имеют монопольное положение, и у людей нет выбора, в какую больницу пойти. При этом верхняя ценовая планка в приказе Минздрава определена очень странно: «Цены (тарифы) на медицинские услуги устанавливаются с учетом покрытия издержек учреждений на оказание данных услуг, при этом рекомендуется предусматривать рентабельность не более 20 процентов». За помощь в ночное время рекомендуется поднимать тариф еще на 30 %, а в выходные и праздники –еще на 50 %. Эксперты уверены: в таких условиях цены на медицинские услуги в государственных поликлиниках и больницах будут исключительно рыночными.
По новым правилам с прошлого года работают и врачи «скорой помощи». С 2013 года, согласно закону «Об обязательном медицинском страховании» (ОМС), скорая медицинская помощь финансируется страховщиками. Общее правило системы ОМС – это предоставление услуги после предъявления страхового полиса.
Если следовать букве закона, то в случае отсутствия полиса вызов «скорой помощи» больному придется оплачивать самому. Минимальная цена, закрепленная в нормативных документах, – 1435,6 рубля, однако в эту сумму не входят услуги фельдшера. И то, что во многих городах «скорая» работает, как и раньше, руководствуясь клятвой Гиппократа, а не новым российскими законодательными актами, еще ни о чем не говорит. Уже есть места, где работники «скорой помощи» получают заработную плату только тогда, когда она приезжает на вызов к человеку, у которого есть полис. Если же врачи приехали к какому-то бомжу, то их работа не оплачивается.
А ведь Конституция РФ гарантирует бесплатную медицинскую помощь и не знает никаких застрахованных лиц – она знает только граждан.
Однако замена бесплатной медицины на платную – только одна сторона проводимой в стране реформы здравоохранения. И остальные ее стороны выглядят не лучше. Якобы благие замыслы, которые регулярно озвучивают чиновники, на практике превращаются в нечто ужасное.
Достаточно посмотреть на реформу, которая идет сейчас в Москве. На словах предлагается сократить административный штат и сделать его один на несколько поликлиник, объединив их. Однако на практике получается, что административный штат если и сокращается, то крайне незначительно, а вся «оптимизация» сводится к тому, что у поликлиник отнимают хорошие здания и передают их потихоньку в частную собственность.
Но такое мнение высказывают врачи, а, например, вице-мэр по социальным вопросам Леонид Печатников и руководители Мосздрава и сейчас уверяют нас, что происходит объединение юридических лиц с сокращением административного аппарата. О реальном сокращении числа лечебных учреждений, по их словам, речи не идет, они будут работать как филиалы крупной клиники под управлением одной администрации и одного главного врача. В рамках одного объединения, говорят руководители здравоохранения, можно будет оптимизировать прием врачей-специалистов.
Автор этих строк, приписанный к поликлинике, оказавшейся «головной», уже хлебнул обещаний чиновников от медицины, простояв три с лишним часа в очереди на рентген. А введения трехуровневой системы медицинской помощи, когда по месту жительства пациент может получить помощь только самых востребованных врачей – терапевта, хирурга, офтальмолога, невролога, все мои соседи диабетики ждут с содроганием. Ведь теперь только в нашем «головном» амбулаторном комплексе и нигде больше смогут попасть к кардиологу, эндокринологу, нефрологу и прочим специалистам люди, ранее пользовавшиеся услугами своих поликлиник. Между тем, очередь к эндокринологу и без этих нововведений очень редко бывает меньше часа –полутора. Что же будет теперь?
Разумеется, те, кто хочет попасть к врачу побыстрее, могут воспользоваться услугами частной клиники.
Но и это еще не все: нас ждет сокращение на 30 % числа больничных коек. Как уверяют организаторы реформы, у нас в стране традиционно больничные койко-места используются неэффективно. По словам министра здравоохранения Вероники Скворцовой, «в странах с эффективной системой здравоохранения 70 % пациентов решают свои проблемы со здоровьем в поликлиниках, и лишь 30 % – в стационарах. Для сравнения: в Москве, например, соотношение амбулаторной и стационарной помощи прямо противоположно – составляет 30 % к 70 % в пользу стационаров».
Увы, но при этом министр забывает сказать, как отличается медицинская помощь в отечественных поликлиниках от поликлинической помощи в развитых странах. Так, общее количество различных форм и справок медицинской документации перевалило за 350, а время приема пациента в Москве и во многих местах сократили – с 15 до 10 минут. За 10 минут врач должен провести осмотр, дать рекомендации и оформить минимум три-четыре документа. Даже министр Скворцова признает, что 70 % времени врача уходит на писанину, то есть врач тратит его не на свою работу, а на оформление бумаг. На больного остается 3 минуты. И что может успеть за это время врач, не интересует никого, кроме его пациентов.
Проверяющие из страховых компаний, через которые идут выплаты, проверяют только медицинскую документацию, и требования их постоянно ужесточаются.
И в такой ситуации минздравовские чиновники рапортуют об успехах, а отвечающий за московское здравоохранение Леонид Печатников призывает москвичей набраться терпения, поскольку через несколько лет они увидят значительные перемены к лучшему.
В сложившейся ситуации возникает один серьезный вопрос: если система бесплатного медицинского обслуживания уничтожается у нас на глазах, за что мы платим деньги в Фонд ОМС?
Олег КОНЮХОВ
Источник: novopol.ru

Tags: , , ,

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…