Страна непуганых пациентов

В России оригинальные лекарства не всегда дороже дженериков, т. е. их аналогов, сообщила директор департамента регулирования обращения лекарств Минздрава Елена Максимкина на конференции «Фармбизнес в России 2013 г.: эпоха перемен», организованной Infor Media. Зарегистрированная цена на оригинальное лекарство из списка жизненно необходимых и важнейших препаратов (ЖНВЛП) — около 4000 руб., на его аналоги —
5000-8000 руб., привела пример Максимкина. О каком препарате идет речь, она не сказала. В среднем же, по словам Максимкиной, дженерики в России на 5-7% дешевле оригиналов.
В списке ЖНВЛП более 500 международных непатентованных наименований (МНН, действующее вещество), цены на лекарства из перечня регулирует государство: Минздрав регистрирует предельные отпускные цены производителя, регионы устанавливают оптовые и розничные надбавки. Раз в год российские производители лекарств могут поднять цену на размер инфляции.
«Ведомости» изучили список ЖНВЛП и нашли несколько случаев, когда зарегистрированная цена на оригинальный препарат оказалась ниже зарегистрированной цены на дженерик. Так, предельная цена противоопухолевого дженерика гемцитар производства российского «Биокада» в 2 раза выше предельной цены на оригинальный гемзар Eli Lilly: 8348,4 руб. против 4113 руб. и 1765,8 руб. против 990 руб. в зависимости от дозировки. Похожая разница у противоопухолевого дженерика «Винорелбин-Тева» израильской Teva и оригинала — винорелбина-медак немецкой Medac: 10 800 руб. против 5647,47 руб.
Нигде в мире дженерик не может быть дороже оригинального препарата, уверен сотрудник одного из крупнейших в мире производителей оригинальных лекарств. Главное преимущество дженерика — цена, согласна представитель Merz Pharma Анна Похитонова.
«Биокад» регистрировал цену на гемцитар самым первым по примерным рыночным ценам, объясняет гендиректор компании Дмитрий Морозов, все остальные производители не могли зарегистрировать более высокую цену. Но это не значит, что компания по этим ценам продает препарат, указывает он. В одной и той же аптеке сети «Самсон-фарма» в Москве, по данным портала apteki.su, гемцитар можно купить за 4725 руб., а оригинальный гемзар в той же дозировке — за 4299,99 руб. (все равно дженерик дороже, но не так сильно).
Это нормальная практика — когда препарат продается ниже зарегистрированной цены, говорит гендиректор DSM Group Сергей Шуляк. DSM по просьбе «Ведомостей» проанализировала розничные цены на оригинальные лекарства и их дженерики из списка ЖНВЛП. Если дженерики иногда и оказывались дороже, то не сильно, отмечает Шуляк.
Вопрос не в том, почему дженерик дорогой, а в том, почему оригинальный препарат дешевый, считает представитель Teva Константин Дубинин. Причина — в несовершенной методике регистрации цен на ЖНВЛП, которая для импорта учитывает цену поставки в Россию за прошлый год и цену в референтных странах (а там цены очень разные). Лекарства редко продаются во всех референтных странах, а на цену поставки влияет множество факторов. «На наш взгляд, при расчете следует учитывать реальные затраты на всех этапах от производства до склада дистрибутора», — заключает Дубинин.
Любое значительное изменение в регистрационных документах, например передача прав на регистрационное удостоверение от одной компании к другой (это делается, скажем, при локализации производства. —
«Ведомости»), требует перерегистрации цены и она уже не может быть выше имеющейся на рынке, рассказывает сотрудник зарубежного производителя и разработчика лекарств. Так оригинальный препарат становится дешевле дженерика.
Российские производители могут раз в год поднять цену на уровень инфляции, а импортеры — нет, продолжает собеседник «Ведомостей»; даже если изначально производители оригинального препарата и дженерика зарегистрировали одинаковые цены, российский аналог каждый год становится дороже на 6-8%. Так российские дженерики становятся дороже оригиналов.
В других странах не так: там плательщики — государство или страховые компании — возмещают производителю первого дженерика 60-80% от цены оригинального препарата, последующим — не более 50-70%, заключает он.

Автор: Мария Дранишникова
Источник: www.vedomosti.ru

Tags:

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…