Тройной удар по опухоли

журнал «Женское здоровье» #12 (2004г)
Можно ли избавиться от рака груди, не прибегая к операции по радикальному удалению молочной железы?
Консультирует доктор медицинских наук, академик АМТН, руководитель Отделения опухолей молочных желез РОНЦ им. Н. Н. Блохина Виктор Павлович Летягин.
– Что нового сегодня предлагает наука для лечения рака груди?  – Еще 10–15 лет назад не было альтернативы радикальному удалению молочной железы. Сегодня же существуют такие методы, которые не требуют от женщин столь дорогой расплаты за здоровье. Прежде всего, это метод системной лекарственной терапии и сохранно-оперативный способ лечения. Его еще называют консервативным. Использование новых методов позволяет свести к минимуму повреждения здоровой области молочной железы. А по эффективности они не уступают мастэктомии.  – Неужели и вправду можно справиться с этой проблемой с помощью одних лишь лекарств?
– Несмотря на то что такая методика еще не очень распространена, это прорыв в онкологии, о котором можно смело заявить. Заключается этот метод в комплексном использовании лучевой, лекарственной и гормональной терапии.
– В каких случаях системная лекарственная терапия наиболее эффективна?
– В принципе, лекарственное лечение эффективно на всех стадиях заболевания. Но назначается оно лишь в определенных случаях, по специальным показаниям. Например, она будет незаменима для тех дам, у которых есть серьезные проблемы со здоровьем. Например, гипертония, диабет, инсульт. Им хирургический метод лечения противопоказан. В этом случае мы им рекомендуем консервативную терапию.
– А что если молодая женщина без сопутствующих заболеваний отказывается от операции и настаивает на лекарственном лечении?  – Так сложилось, что мы стараемся не предлагать молодым женщинам системное лечение. Это связано с высоким риском различных осложнений. Хотя, если женщина будет настаивать на лекарственной терапии, ее пожелания мы, конечно же, учтем.  На мой взгляд, куда более безопасен сохранно-оперативный метод. Это операция, при которой удаляется только опухоль и ближайшие ткани. Их удаляют для того, чтобы не оставить возможные «вредные» клетки. Сама же молочная железа остается цела и невредима.  Но на этом лечение не заканчивается. Как правило, за оперативным вмешательством как обязательный компонент лечения следует лучевая терапия. Обычно она проводится спустя две – три недели после операции. В ряде случаев врач назначает химиотерапию.  Особо хочется отметить, что результаты сохранных методов лечения не уступают таковым после радикальных мастэктомий. А вероятность повторения этого заболевания невелика – всего 2–8%.  – А можно ли обойтись без лучевой терапии, ведь она не так уж безопасна?
– В данном случае мы исходим из того, что лучевая терапия несет в себе больше пользы, чем вреда. Она необходима для того, чтобы не возник возврат болезни.
– Можно ли быть уверенным в том, что после лучевой терапии болезнь не вернется?
– Несмотря на всю эффективность лучевой терапии, в ряде случаев риск возврата болезни сохраняется даже спустя годы.  Это связано с активностью гормона эстрогена.  Чтобы остановить его действие и реально уменьшить риск повторного заболевания, помимо лучевой и химиотерапии огромное значение имеет послеоперационная эндокринотерапия. Ее еще называют адъювантной терапией.  Она основана на приеме индивидуально подобранных гормональных препаратов, которые подавляют действие эстрогенов. Я не буду называть конкретные препараты. Так как все они назначаются  с учетом «благоприятных» и «неблагоприятных» факторов и индивидуальных особенностей каждой женщины. Но могу сказать одно: пользу от адъювантной терапии на сегодняшний день переоценить невозможно.  – А что делать, если опухоль слишком велика для того, чтобы справиться с ней сохранными методами?  – В таких случаях мы следуем мировой практике – проводим предоперационное лечение. Это можно сделать при помощи и химиотерапии, и лучевой терапии, и гормональных препаратов.  Например, если опухоль хорошо реагирует на гормоны, мы можем уменьшить ее в несколько раз с помощью различных гормональных лекарств.
То же самое можно сделать и с помощью лучевой терапии. В каждом отдельном случае решение принимает врач.  – Можно ли сказать, что благодаря последним достижениям науки рак молочной железы излечим?
– Безусловно. Но нам очень помогают и сами женщины, которые обращаются на ранних стадиях заболевания. Благодаря этому мы можем помочь более 80% женщин.
Дарья КИРИЧЕНКО

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос