Плодовитым быть обязан

Вице-президент Общества доказательной медицины, доктор медицинских наук
Василий Власов
Ольга Орлова
*Министерство здравоохранения и социального развития намерено в
ближайшие пять лет потратить около 5 миллиардов рублей на углубленную
диспансеризацию школьников старших классов для проверки их
репродуктивной функции.*
Глава Российского Министерства здравоохранения и социального развития Татьяна Голикова сообщила, что ее ведомство планирует в ближайшие пять лет потратить около 5 миллиардов рублей на углубленную диспансеризацию школьников старших классов для проверки их репродуктивной функции Это намерение связано с очередной попыткой повлиять на тяжелую демографическую ситуацию в России. Смысл в том, чтобы понять, смогут ли подростки в будущем стать полноценными родителями. И затем помочь им укрепить свое здоровье так, чтобы они могли рожать детей.
Насколько реальна задача, которую ставит перед собой министерство Об этом говорит вице-президент Общества доказательной медицины, доктор медицинских наук Василий Власов.
*- Вы всю жизнь профессионально оцениваете состояние здоровья людей. Как
вы думаете, нужна сегодня детям углубленная диспансеризация?*
Источник:  newsland.ru
— Каким?
— Если вдуматься в заявление министра Татьяны Голиковой, можно в первую очередь предположить какие-то, извините, педофильские устремления у руководителей Министерства здравоохранения. Потому что никаких других рациональных обоснований для этого нет. Напомню, что речь идет об оценке репродуктивной функции. Именно так написано в документах Министерства здравоохранения и социального развития. Центр акушерско-гинекологический за три миллиона рублей даже издал пособие на эту тему.
Поставить диагноз «бесплодие» можно только мужчине или женщине, которые
имеют незащищенный секс в течение длительного времени и у них при этом
не возникает беременности

— Пособие на тему, насколько хорошо подростки могут рожать детей?
— Да. Напомню, что у мальчиков репродуктивная функция состоит из двух компонент. Первая – это способность к половому акту, коитусу, и вторая функция – это оплодотворяющая способность спермы. А вообще у всех людей воспроизводство себе подобных зависит в первую очередь от социального функционирования, от головы, а не от промежности, как может показаться озабоченным людям. Поэтому поставить диагноз «бесплодие» можно только мужчине или женщине, которые имеют незащищенный секс в течение длительного времени и у них при этом не возникает беременности. Сегодня это единственный надежный показатель сниженной фертильности. Все остальные показатели — размер половых органов, дисфункция, способность совершать половые акты или неподвижность сперматозоидов – являются косвенными. Я с трудом себе представляю, как в школе у мальчиков будут измерять пенисы и собирать сперму для анализов. Обычная процедура взятия спермы предполагает уединение в небольшом помещении, где показывают мужчине порнографический фильм и предлагают ему мастурбировать.
— А у девочек? И как это в принципе возможно в школе?
-Я не знаю. Но проглядывается невообразимая вещь. Замечу, в документе министерства, например, не случайно фигурирует возраст 14 лет. Именно с этого возраста граждане в нашей стране имеют право давать самостоятельное согласие на медицинское вмешательство, независимо от родителей. То есть, предположительно, детям можно будет сдавать сперму, уже не информируя об этом родителей.
*- Ну а если все-таки установят, что у определенного процента подростков
пониженная подвижность сперматозоидов, тогда что делать? *
Нет никаких оснований говорить, что наши дети сегодня более больные, чем
были 10 и более лет назад
— Ничего. Ведь никто не знает, о чем это говорит. Да, известно, что у мужчин, у которых есть проблемы с зачатием ребенка, часто обнаруживается низкое качество спермы. Но одновременно точно известно, что огромное количество мужчин с низким качеством спермы имеют детей — и даже не одного! Потому что для зачатия ребенка нужен всего один полноценный сперматозоид. В этом смысле получается, что подход к решению демографической проблемы в России, предложенный Министерством, выглядит как абсолютная дичь. И я, честно говоря, хотел бы, чтобы это ведомство извинилось перед гражданами нашей страны и раскрыло тайну о том, что же оно собирается конкретно делать.
*- Татьяна Голикова также отметила, что сейчас, сегодня у 30% юношей в
школе выявляется задержка полового созревания. Тогда тем более
интересно, как у них определять репродуктивную функцию? Может, дети
просто не доросли?*
— Разумеется. Может быть, радиослушатели помнят, как в подростковом возрасте они вместе с товарищами были озабочены темпами своего полового созревания. Это естественное для детей беспокойство. Большая часть людей по мере созревания перестают волноваться по этому поводу. В этом смысле достаточно некоторого общего образования и простого рационального подхода для того, чтобы понять, что этой проблемы нет, она надумана.  Выявить учащение патологии можно только в том случае, если периодически обследовать население стандартными методами, и тогда мы узнаем, что было при использовании стандартного метода вчера и что стало сегодня.  Например, есть довольно стандартизованное измерение длины тела роста и массы тела — и мы можем доверять данным призывных комиссий, которые были в 1947 году, в 1962 и сегодня.
Что касается состояния здоровья наших детей, такой стандартизации нет. Я позволю себе процитировать президента Российской Федерации, который на этом же совещании довольно резко прокомментировал соображения о том, что все дети стали больные, высказав вполне правильное соображение: да не стали сегодня дети более больными, чем они были вчера. Нет никаких оснований говорить, что наши дети сегодня более больные, чем были 10 и более лет назад. По косвенным показателям состояние здоровья наших детей лучше, чем это было 20 и 30 лет назад. Я позволю себе напомнить, что когда мы говорим «состояние здоровья», возникает такое впечатление, что это диаметр какой-то монетки или какая-то длина, которую надо измерить и узнать состояние здоровья. Состояние здоровья – это абстракция, это общая фраза, за ней не стоит ничего.
*- Нет какого-то одного параметра, по которому мы могли бы эти колебания
замерять?*
— Нет, увы. Это одна из проблем медицины: мы не знаем, что такое здоровье. Медицина вообще-то лечит болезни. Если не выявляет болезни, говорит, что вы здоровы. Есть только очень небольшой объем знаний о том, как можно возникновение болезни в будущем немножко уменьшить. И это является единственным направлением так называемой научно-профилактической медицины, которая в России еще крайне слабо развита.
— Если прямо отвечать, то нет. На эту тему накоплен немалый исторический опыт. В середине 20-х годов прошлого века коммунистические специалисты здравоохранения проводили профилактические осмотры на фабриках и обещали партии, что они всех посмотрят, и на будущий год не надо будет тратить деньги на таблетки. Но надо заметить, что в истории советского здравоохранения были очень умные люди. И они развили эту пошлую идею до достаточно стройной системы. Наивысшее развитие она получила применительно к профилактике обострения ревматизма, язвенной болезни. Во всяком случае, это была стройная система мер. В 80-е годы, несмотря на то, что у нас данные о смертности советского народа были засекречены, партия и правительство знали, что мрет советский народ. И тогда они опять вспомнили про всеобщую диспансеризацию. Были написаны книги, руководства, изданы толстые приказы. Но в действительности все свелось к осмотрам. Нынешние наследники советских руководителей здравоохранения развивают этот же примитивный подход. Замечу, не диспансерную систему, их это не интересует. Они хотят всех проверить, выявить болезни в ранней форме и начать лечить. Это приводит к самым печальным последствиям.

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос