КАКИМ БЫЛ ИДЕАЛ ЖЕНСКОЙ КРАСОТЫ НА ВОСТОКЕ?

Нигде красота не была столь искусственной, как в странах Дальнего Востока. Недаром один китайский мудрец писал:
«Любоваться красавицей за утренним туалетом лучше после того, как она напудрит свое лицо».
И действительно, лица китайских и японских женщин обильно гримировались: на лицо накладывался такой большой слой белил, что оно напоминало маску из фарфора. По канону лицо красавицы должно было выглядеть как можно бесстрастнее. Лоб должен быть как можно выше, для чего волосы на лбу сбривались, а сам лоб по краю волос обводился тушью. В результате получался желанный удлиненный овал. Японки сбривали даже брови, а вместо них как можно выше рисовали короткие толстые черточки.
И китаянки, и японки ценили сложные объемные прически со множеством узлов, которые поддерживались специальными палочками. Чтобы не нарушить эту сложную «архитектуру», укладываясь спать, красавицам приходилось подкладывать под шею подушечку.
Рот должен выглядеть маленьким (губы «бантиком»). Показывать зубы всегда считалось дурным тоном, поэтому китаянки до сих пор смеясь прикрывают рот ладошкой. Японки же многие века с 12 – 14 лет чернили зубы (сейчас этот обычай исчез).
Фигура дальневосточной красавицы должна быть миниатюрной, хрупкой. Особенно ценилась маленькая стопа, из-за чего китаянкам с детства туго пеленали ноги. Идеальная стопа –
«цзилань» («золотой лотос») – имела длину всего 10 см! Кожа у девушек должна быть нежная, тело – тонкое, почти прозрачное, грудь – маленькая, пальцы – длинные и тонкие, с длинными накрашенными ногтями.
В целом, для японской и китайской культур особенности женского тела не имели самодовлеющего интереса. Главным для женщины было умение преподнести себя, сдержанно и плавно двигаться, красиво носить кимоно, вести умные беседы, предчувствовать желания мужчины за минуту. Кстати, кимоно было настолько хитро завязано, что раздевание женщины-«куколки» само по себе становилось искусством. Японец испытывал от этого ритуала не меньшее удовольствие, чем от самого сексуального контакта.  Кстати, к наготе японцы относились совершенно спокойно и не придавали ей особого эротического контекста.

Красавицы Востока: утонченная японка и знойная арабка Одним словом, японская женщина должна была воплощать в одном лице мать и служанку, сестру и любовницу, рабыню и партнершу.  Красота и ритуал в Японии – понятия нерасторжимые.
Представление о женской красоте у европеоидных народов Азии (будь то арабы, или индийцы) весьма схожи. Это должна быть «жгучая» восточная красота Шахерезады из «1000 и одной ночи»: большие черные глаза с влажной поволокой («как у газели»), зубы «как жемчуг», волосы и брови – густые и черные «как смоль», груди – подобные «двум холмам, увенчанным алыми вишнями», полные бедра и при этом тонкие пальцы и щиколотки.
Полнота вообще весьма ценилась азиатскими народами. Достаточно вспомнить сомнительные для наших женщин комплименты индийцев:
«красива как корова» и «грациозна как слониха». Вспомним также и об интересе турок к нашим украинкам, страдающим на родине от комплекса полноты. Ведь нижняя часть торса настоящей азиатки должна быть широкой и тяжелой. Живот красавицы обычно сравнивается со множеством свитков, уложенных друг на друга. В идеале он должен иметь три глубоких складки и «красиво выступать».
По этому поводу хотелось бы отметить, что рецепты широко разрекламированного на Западе древнеиндийского любовного трактата «Кама-Сутра» не всегда подходят стройным европейкам.  Например, любовные укусы, доставляющие удовольствие полной индианке, на коже европейского «идеала» могут оставить болезненные синяки.
Источник: Subscribe.ru

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос