Фруктозамин

ПОЛОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ СОДЕРЖАНИЯ НЕКОТОРЫХ УГЛЕВОДОВ И ЛИПИДОВ СЫВОРОТКИ КРОВИ БОЛЬНЫХ САХАРНЫМ ДИАБЕТОМ 2 ТИПА
О. Н. Потеряева1, О. П. Шевкопляс2
 

1ГОУ ВПО «Новосибирский государственный медицинский университет Росздрава»* (г. Новосибирск)
2ГУ «Научный центр клинической и экспериментальной медицины СО РАМН» (г. Новосибирск)
Целью исследования было изучение половых особенностей углеводного и липидного обменов в сыворотке крови у больных сахарным диабетом 2-го типа. Выявлена разница по длительности диабета: у мужчин она составляет (13,2 ± 2,0) года, у женщин – (25,5 ± 2,3) года (Р < 0,001). В стадии декомпенсации находилась половина больных как мужчин, так и женщин, но при этом декомпенсация у мужчин наступала в 2 раза быстрее. У мужчин была выше концентрация С-пептида и фруктозамина, особенно в стадии декомпенсации; более высокое, чем у женщин, содержание β-липопротеинов, общих триглицеридов, триглицеридов липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), значение индекса Авагаро (апоВ/апоА-I). В фазе декомпенсации диабета половые различия в концентрации триглицеридов и триглицеридов ЛПВП были выражены в большей степени, повышались содержание апоВ (основного белка ЛПНП) и значение индекса атерогенности, снижался уровень холестерина ЛПВП. Ключевые слова: сахарный диабет 2-го типа, липиды, углеводы, гендерные различия Введение. Известно, что частота сердечно-сосудистых нарушений у женщин до наступления менопаузы ниже, чем у мужчин. Пик заболеваемости ишемической болезнью сердца (ИБС) у мужчин приходится на средний возраст, у женщин – на 10 лет позже, что может быть связано с защитным действием эстрогенов, снижающих содержание липидов в крови [4]. Ранние осложнения у женщин, страдающих сахарным диабетом 2-го типа (СД 2-го типа), связывают со снижением содержания в крови эстрогенов и развивающейся андрогенией [10, 12]. Гормонозаместительная терапия (17-β-эстрадиол) в постменопаузе у этих женщин приводит к снижению содержания в крови общего холестерина (ХС), липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), апопротеина В (апо-В) и гликированного гемоглобина. С другой стороны, улучшается чувствительность к инсулину в печени, гликемический профиль и показатели фибринолиза, повышается холестерин липопротеинов высокой плотности (ЛПВП) и аполипопротеин А- I [6]. Избыточная масса тела, сопутствующая ИНСД, как правило, связана с инсулинорезистентностью и является фактором риска сердечно-сосудистых заболеваний, но только в случае андрогенного влияния на распределение жира, что обычно обнаруживается у мужчин [14]. Целью данного исследования было изучение половых особенностей основных показателей углеводного и липидного обменов в сыворотке крови у больных СД 2-го типа. Материалы и методы исследования. Под наблюдением находились больные СД 2-го типа, всего 48 человек в возрасте от 45 до 71 года. Диагноз был поставлен в соответствии с критериями Комитета экспертов ВОЗ по сахарному диабету на основании анамнеза заболевания, клинической картины и биохимического исследования. Продолжительность заболевания варьировала от одного года до 23-х лет, в среднем она составила 5,5 лет. Длительность заболевания до шести лет включительно имели 22 больных. При первичном обследовании в состоянии декомпенсации находилось 26 человек. Исследования были выполнены с информированного согласия пациентов и соответствуют этическим нормам Хельсинской декларации 1996 года. Относительную массу тела оценивали по индексу Кетле (ИК), который рассчитывали по формуле: масса тела (кг)/рост2(м) . Согласно данному критерию, в группе обследуемых больных три человека имели нормальную массу тела (ИК – 20–25), 28 человек были с избыточной массой тела (ИК – 25–30), 17 человек имели ожирение (ИК > 30).
У больных определяли концентрацию в сыворотке крови С-пептида иммунорадиометрическим методом («Immunotech», Чехия), глюкозы – глюкозооксидазным методом, фруктозамина – колориметрическим методом, содержание общего ХС, ХС ЛПВП (α-ХС), триглицеридов и триглицеридов ЛПВП (α-ТГ) – энзиматическими методами («Biocon», Германия) на полуавтоматическом анализаторе («Boehringer Mannheim», Германия). Содержание суммарной фракции ЛПНП и ЛПОНП в сыворотке крови определяли турбидиметрическим методом по Бурштейну и Самаи [1].
Диск-электрофорез липопротеинов сыворотки крови человека осуществляли в полиакриламидном геле. Процентное содержание рассчитывали после элюирования липопротеиновых фракций тритоном Х-100 [2].
Твердофазный иммуноферментный анализ (тИФА) апопротеинов выполняли непрямым методом, описанным нами ранее [3]. Индекс атерогенности рассчитывали как отношение (ХСобщ — α-ХС)/ α-ХС, индекс Авогаро – как апоВ/апоА- I и отношение ХСобщ /ТГобщ.
Статистическую обработку результатов проводили с вычислением среднего арифметического (M) и ошибки среднего арифметического (m), используя стандартный пакет программ Statistica, применяя t – критерий Стьюдента. Сравнивали показатели углеводного и липидного обменов мужчин и женщин (I – общая группа), кроме того, была выделена группа больных СД 2-го типа в фазе декомпенсации (II группа).
Результаты исследования. Под наблюдением находились 48 человек: 30 мужчин и 18 женщин. Средний возраст у мужчин составлял 54,0 ± 1,5, у женщин – 52,5 ± 2,0 года. Индекс Кетле у мужчин был равен 29,9 ± 0,98, у женщин 29,0 ± 1,61. В стадии декомпенсации находилось 50 % женщин и 56 % мужчин. Была выявлена разница по длительности диабета: у мужчин она составляла (13,2 ± 2,0) лет, у женщин – (25,5 ± 2,3) лет (Р < 0,001). Результаты статистической обработки данных показали, что действительно многие биохимические показатели зависели от половой принадлежности пациентов (табл. 1, 2). Оказалось, что имеются достоверные гендерные различия в содержании ЛПОНП + ЛПНП в сыворотке крови: в группе мужчин этот показатель был выше, чем у женщин. Однако при декомпенсации СД 2-го типа содержание атерогенных фракций липопротеинов становилось одинаковым. Количество апо-В было недостоверно выше у мужчин. Достоверные отличия выявлялись только в группах мужчин и женщин в фазе декомпенсации СД 2-го типа: у мужчин содержание апо-В на 32 % больше, чем у женщин. Индекс Авогаро выше у мужчин в обеих группах, несмотря на отсутствие статистически достоверных гендерных различий в содержании апо-А-I. В содержании общих ТГ и ТГ в структуре ЛПВП были выявлены явные различия: в обеих группах мужчин оно было достоверно выше, чем у женщин. В содержании общего ХС достоверных половых различий не было выявлено, тогда как уровень α-ХС был достоверно ниже у мужчин по сравнению с женщинами в стадии декомпенсации диабета. Значение индекса атерогенности в общей группе не имело гендерных различий. При декомпенсации заболевания индекс атерогенности был в 1,7 раза выше у мужчин. Отношение ХС/ТГ имело выраженные половые различия в общих сравниваемых группах. Они обусловлены более высоким содержанием ТГ у мужчин, чем у женщин. Достоверность возрастала еще больше при сравнении больных с декомпенсированной формой СД 2-го типа (от р < 0,05 до р < 0,01). Подобные различия в показателях липидного обмена между женщинами репродуктивного периода и мужчинами соответствующего возраста были выявлены в исследованиях канадских клиницистов [12]. Таблица 1 Изменение показателей липидного обмена в сыворотке крови мужчин и женщин сахарным диабетом 2-го типа Показатели Мужчины Женщины I (n = 30) II (n = 17) I (n = 18) II (n = 9) ЛПОНП + ЛПНП , мг % 927,2 ± 45,1° 994,4 ± 115,3 788,9 ± 41,2 829,3 ± 56,1 Апо А- I , мг/дл 77,2 ± 6,2 83,7 ± 8,1 86,9 ± 11,1 90,5 ± 9,4 Апо В, мг/дл 103,1 ± 4,2 117,1 ± 5,7* 89,9 ± 1,9 88,5 ± 2,2 Апо В/апо А- I 1,34 ± 0,19 1,4 ± 0,2 1,04 ± 0,21 1,08 ± 0,14 ТГ, ммоль/л 2,87 ± 0,40° 3,86 ± 0,33* 1,78 ± 0,20 1,81 ± 0,17 ХС, ммоль/л 6,3 ± 0,31 6,8 ± 0,49 5,8 ± 0,32 6,3 ± 0,80 α-ТГ, ммоль/л 0,84 ± 0,13° 1,08 ± 0,11* 0,54 ± 0,16 0,61 ± 0,09 ХС/ТГ 2,9 ± 0,3° 2,0 ± 0,4* 4,1 ± 0,3 3,8 ± 0,2 α-ХС, ммоль/л 1,03 ± 0,12 0,95 ± 0,14* 1,36 ± 0,18 1,35 ± 0,11 Индекс атерогенности 4,4 ± 0,5 5,7 ± 0,4* 3,7 ± 0,4 3,4 ± 0,3 Примечание: I – общая группа; II – группа больных СД 2-го типа в фазе декомпенсации. Значком ° обозначены статистически значимые различия средних значений показателей (р < 0,05) между мужчинами и женщинами в I группе; значком * – статистически значимые различия средних значений показателей (р < 0,05) между мужчинами и женщинами во II группе Таблица 2 Содержание основных показателей углеводного обмена в сыворотке крови у мужчин и женщин, больных СД 2-го типа Группы Подгруппы Глюкоза, моль/л С-пептид, кмоль/л Фруктозамин, кмоль/л Мужчины I ( n = 30) 10,7 ± 0,6 965,3 ± 152,0 323,3 ± 16,9• II ( n = 17) 12,2 ± 0,9 1608,5 ± 258,2* 350,1 ± 20,9 Женщины I (n = 18) 10,2 ± 1,2 815,2 ± 105,2 267,2 ± 18,1 II (n = 9) 10,3 ± 1,7 835,2 ± 128,9° 257,8 ± 13,1° Примечание: I – общая группа; II – группа больных CД 2-го типа в фазе декомпенсации. *р < 0,05 – статистически значимые различия средних значений показателей среди мужчин в разных группах; •р < 0,05 – статистически значимые различия средних значений показателей между мужчинами и женщинами в I группе; °р < 0,01 – статистически значимые различия средних значений показателей между мужчинами и женщинами во II группе. Уровень гипергликемии не зависел от половой принадлежности больных (табл. 2). Содержание фруктозамина в сыворотке крови мужчин достоверно выше в обеих группах. У мужчин в фазе декомпенсации диабета содержание С-пептида в 1,9 раза больше, чем у женщин. Повышение этих показателей также свидетельствовало о больших нарушениях углеводного обмена у мужчин. Кроме того, оказалось, что декомпенсация СД 2-го типа у мужчин наступала раньше, чем у женщин. Средняя продолжительность заболевания при декомпенсации составила у первых (3,9 ± 2,6) г, а у вторых – (7,5 ± 2,4) г (р < 0,04). В стадии декомпенсации находилось 50 % женщин и 56 % мужчин, но при этом средняя продолжительность диабета у мужчин почти в 2 раза меньше (13,2 ± 2,0 года у мужчин и 25,5 ± 2,3 года у женщин). Эти данные свидетельствуют о том, что нарушения липидного и углеводного обменов у женщин менее выражены, чем у мужчин. Средний возраст женщин в нашем исследовании – (52,5 ± 2,0) года. При СД 2-го типа только после полного наступления менопаузы у женщин гендерные различия в нарушении липидного и углеводного обменов стираются, а риск сердечно-сосудистых осложнений возрастает [6, 7]. По данным статистики, только у одной из восьми женщин в возрасте от 4-ти до 54-х лет наблюдаются клинические проявления ИБС, после 65-ти лет каждая третья женщина жалуется на боли в сердце стенокардического характера. После наступления менопаузы риск развития сердечно-сосудистых заболеваний увеличивается в 20 раз [4]. Обсуждение. В настоящее время частоту сосудистых осложнений у мужчин с СД 2-го типа связывают со снижением общего и свободного тестостерона в сыворотке крови. У мужчин с низким уровнем тестостерона (всего обследовано 253 человека) наблюдались значительные атеросклеротические изменения (утолщение, бляшки и тромбы) коронарной артерии, выявленные путем ультразвукового исследования [9]. Показана отрицательная корреляция между концентрацией свободного тестостерона и атерогенным липидным профилем в сыворотке крови лиц мужского пола с ИБС [8]. Введение тестостерона мужчинам с СД 2-го типа снижало массу висцерального жира и содержание глюкозы в крови, повышало чувствительность печени к инсулину и улучшало кровоток [5]. У мужчин с острым инфарктом миокарда отмечали резкое снижение (в 2,6 раза) уровней общего и свободного тестостерона в сыворотке крови, что сопровождалось возрастанием активности ингибитора-1 активатора плазминогена и уменьшением активности тканевого активатора плазминогена. В результате снижалась активность системы фибринолиза, и повышался риск тромботических осложнений [13]. Известно, что селективный транспорт липидов, главным образом, эфиров ХС из ЛПВП в макрофагах осуществляется через рецептор SR-B1. Тестостерон дозозависимо увеличивал экспрессию мРНК и синтез рецепторного белка SR-BI в первичной культуре макрофагов, тем самым, стимулируя обратный транспорт ХС из клеток. Кроме того, в культуре гепатоцитов HepG2 тестостерон увеличивал экспрессию печеночной триглицеридлипазы [11]. Выводы У мужчин с СД 2-го типа выявлено более высокое, чем у женщин, содержание в крови ЛПОНП + ЛПНП, общих ТГ, ТГ ЛПВП. В стадии декомпенсации диабета гендерные различия в концентрации ТГ и ТГ ЛПВП были выражены в еще большей степени, повышались содержание апопротеина В, снижался уровень α-ХС. У мужчин по сравнению с женщинами выше концентрация в крови С-пептида и фруктозамина, особенно в фазе декомпенсации заболевания. У мужчин при меньшей (почти в 2 раза) длительности СД 2-го типа декомпенсация наступала в 2 раза быстрее, чем у женщин. Список литературы Колб В. Г. Справочник по клинической химии / В. Г. Колб, В. С. Камышников. – Минск : Беларусь, 1982. – 189 c . Панин Л. Е. Фрагмент аполипопротеина В с инсулиноподобной иммунореактивностью / Л. Е. Панин, О. Н. Потеряева [и др.] // Проблемы эндокринологии. – 2002. – Т. 48, № 1. – С. 6–9. Поляков Л. М. Определение апопротеина А- I методом иммуноферментного анализа / Л. М. Поляков, О. Н. Потеряева, Л. Е. Панин // Вопросы мед. химии. – 1991. – Т. 37, № 1. – С. 89–92. Чазова Т. Е. Перфузия миокарда у женщин, страдающих сахарным диабетом типа 2 в менопаузе / Т. Е. Чазова [и др.] // Сахарный диабет. – 2002. – № 2. – С. 34–39. Bhasin S. Effects of testosterone administration on fat distribution, insulin sensitivity, and atherosclerosis progression / S. Bhasin // Clin. Infecct. Dis. – 2003. – Vol. 37, N 2. – Р. 142–149. Brussaаrd H. E. Short-term oestrogen replacement therapy improves insulin resistance, lipids and fibrinolysis in post menopausal women with NIDDM / Н . Е . Brussaаrd [et al.] // Diabetol. – 1997. – Vol. 40, N 7. – P. 843–849. Castelo-Branco C. Comparative affects of estrogens and tibolone on bone, lipid pattern and sexuality in postmenopausal women / С . Castelo-Branco [et al.] // Maturitas. – 2000. – Vol. 34, N 2. – P. 161–168. Dobrzycki S. An assessment of correlations between endogenous sex hormone levels and the extensiveness of coronary heart disease and the ejection fraction of the left ventricle in males / S. Dobrzycki [et al.] // J. Med. Invest. – 2003. – Vol. 50, N 3–4. – P. 1162–169. Fukui M. Association between serum testosterone concentration and carotid atherosclerosis in men with type 2 diabetes / М . Fukui [et al.] // Diabetes Care. – 2003. – Vol. 26, N 6. – P. 1869–1873. Kaseta J. R. Cardiovascular disease in the diabetic woman / J. R. Kaseta [et al.] // J. Clin. Endocrin. Metab. – 1999. – Vol. 84, N 6. – P. 124 – 132. Langer С . Testosterone up-regulates scavenger receptor BI and stimulates cholesterol efflux from macrophages / С . Langer [et al.] // Biochem. Biophys. Res. Commun. – 2002. – Vol. 296, N 5. – P. 1051–11057. Moghadasian M. H. Statins and menopause / М . Н . Moghadasian // Drugs. – 2002. – Vol. 62, N 17. – P. 2421–2431. Pugh P. J. Bio-available testosterone levels fall acytely following myocardial infraction with fibrinolytic factors / P. J. Pugh [et al.] // Endocr. Res. – 2002. – Vol. 28, N 3. – P. 161–173. Samars K. Effects of postmenopausal hormone replacement therapy on central abdominal fat, glycemic control, lipid metabolism, and vascular factors in tipe 2 diabetes : a prospective study / K. Samars [et al.] // Diabetes Care. – 1999. – Vol. 22, N 9. – P. 1401–1407.   //

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос