Американцы против заместительной терапии

Эксперты одной из самых авторитетных организаций в США,
Института здоровья, заявили, что от заместительной терапии больше вреда, чем
пользы. Почему? Чем реально «провинились» препараты, давным-давно разрешенные к
широкому применению?

 журнал «Женское здоровье» #03 (2003г 

Эксперты одной из самых авторитетных организаций в США,
Института здоровья, заявили, что от заместительной терапии больше вреда, чем
пользы. Почему? Чем реально «провинились» препараты, давным-давно разрешенные к
широкому применению?

Прокомментировать эту новость мы попросили одного из
ведущих специалистов по вопросам гормональной заместительной терапии,
профессора Стэнфордского исследовательского центра по предупреждению
заболеваний Марсию Стефаник.

10 июля прошлого года редакционная статья газеты
«Нью-Йорк таймс» называлась необычно: «Результаты изучения последствий
применения гормональной заместительной терапии вызвали шок медицинской
системы». Медицинские новости на первой странице этой влиятельнейшей
американской газеты печатаются не так уж часто, а редакционные статьи на такие
темы — вообще редчайшее исключение. Что произошло? Нешуточную тревогу общественности и
специалистов вызвал один из самых распространенных в мире комбинированных
препаратов для заместительной терапии «Премпро», содержащий в своем составе два
гормона — эстроген и прогестин. В результате многолетних исследований
выяснилось, что он ненамного, но все-таки увеличивает риск рака молочной
железы, инфарктов миокарда, инсультов и других проявлений поражения сосудов.
Вероятность возникновения инфарктов особенно велика в первый год приема
лекарства. Не подтвердились и ранее обнародованные сведения о положительном
влиянии заместительной терапии на течение болезни Альцгеймера и депрессии.
Ученые решили, что опасности от гормональных препаратов превосходят те
преимущества, которые они дают женщине в период менопаузы. — Как ко всему этому
теперь следует относиться миллионам женщин, которые сейчас принимают
гормональные препараты? — Во-первых, не стоит паниковать. Речь идет лишь о
небольшой опасности эстрогенных препаратов, а не о реальной угрозе здоровью.
Что-то менять в лечении лучше только после всестороннего обсуждения с врачом.
Несомненно, что применение препарата «Премпро» будет ограничено, особенно тем,
кто принимал его в течение нескольких лет. А вот использование других
гормональных средств — таких, например, как «Премарин», не содержащих
прогестина, — может быть продолжено, возможно, с корректировкой дозы. Не
исключено, что женщинам в период менопаузы придется чаще проходить маммографию.
Во всяком случае, все решения врача должны быть сугубо индивидуальными. Думаю,
что пока от заместительной терапии нельзя отказаться. Ко всяким запретам на
давно зарекомендовавшие себя лекарства необходимо относиться очень осторожно.
Примеров тому, что наука подчас выдает противоречивые результаты исследований,
в медицине достаточно. — А не связана ли сложившаяся ситуация с
недобросовестными рекламными кампаниями? — Безусловно, определенная «вина» за
столь безоглядное увлечение заместительной терапией лежит и на рекламе.
«Агрессивный маркетинг», который проводят фармацевтические компании для того,
чтобы увеличить объем продаваемых лекарств, создает атмосферу ажиотажа вокруг
того или иного средства и порождает некритическое к нему отношение. Так было в
прошлом со снотворными препаратами, со средствами для похудения, так произошло
сейчас и с гормональной терапией. Благодаря радио, телевидению и ряду изданий
гормональная заместительная терапия приобрела репутацию источника вечной
молодости, что, естественно, вызвало повышенный спрос на такие препараты и
некритическое к ним отношение. Как тут не вспомнить книгу Роберта Вилсона под
названием «Женщина навсегда», которая вышла в середине 60-х годов прошлого
века. В ней автор представил эстроген как удивительное универсальное средство
продления женственности. Такое представление оставалось незыблемым до самого
последнего времени, то есть до сенсационного заявления Национального института
здоровья. — Гормональная заместительная терапия все-таки не завоевала бы столь
широкого признания среди пациентов и специалистов, если бы была абсолютно
бездейственной. — Конечно, гормональная заместительная терапия имеет несомненные
достоинства. В первую очередь потому, что устраняет самые неприятные, но, к
сожалению, не самые опасные проявления менопаузы — ночные приливы, обильное
потоотделение, слабость. Кроме того, бесспорно и то, что заместительная терапия
— важное средство борьбы с остеопорозом. Это и сейчас не вызывает сомнения. Но
чисто медицинские соображения не самое главное. Приверженность к заместительной терапии в климактерическом периоде в
западных странах основывается на общем методологическом подходе. Менопауза рассматривается у нас многими
специалистами как болезнь, вызванная недостатком эстрогенов. Поэтому необходимо
ее лечить. Без этого, по их мнению, женщина превращается «в карикатуру на саму
себя» и обречена на бесполое существование. С самого начала этот подход вызывал
протест у наиболее мудрых врачей. Дело в том, что менопауза сопровождается
многочисленными климактерическими расстройствами только в западных странах. Во
многих традиционных культурах Востока, где это состояние не только
воспринимается как естественное, но и, более того, женщины в этом возрасте
окружаются почетом и уважением, практически отсутствуют климактерические
расстройства и чрезвычайно редки случаи остеопороза. — Скажите, есть ли
реальная альтернатива эстрогенам-лекарствам? — Если проблемы женщины в периоде
менопаузы не столь остры, на помощь могут прийти растительные вещества,
наделенные свойствами настоящих эстрогенов. Называют их фитоэстрогенами. То, что они действуют нужным образом,
сейчас сомнения не вызывает. В Японии, Корее и Китае женщины болеют раком груди
в 4 раза реже, чем в Америке и Европе. А такие симптомы менопаузы, как приливы,
почти никому из них не известны. По мнению многих специалистов, секрет кроется
в питании, богатом фитоэстрогенами. Кроме того, обладая небольшой эстрогенной
активностью — около 2% активности настоящих эстрогенов, — эти растительные
вещества практически лишены побочных эффектов, присущих заместительной терапии.
Действие растительных эстрогенов на организм человека не ограничивается только
влиянием на репродуктивную систему. Почти все они обладают бактерицидными
свойствами, являются сильными антиоксидантами. Это напрямую связано с
замедлением процесса старения. Кроме того, они снимают воспаление, повышают
устойчивость организма к химическим канцерогенам. — И какие же растительные
продукты вы посоветуете чаще употреблять, чтобы компенсировать недостаток в
организме собственных эстрогенов? — Сейчас известно более 300 продуктов,
содержащих фитоэстрогены. Особенно много
их в соевых бобах и соевом молоке. Эстрогены из сои изучены наиболее подробно.
Доказано, например, что они снижают риск сердечно-сосудистых заболеваний, на
45% уменьшают частоту горячих приливов, замедляют развитие остеопороза. Соевые
продукты можно употреблять без опаски. Но помните, что к пищевым добавкам на
основе сои нужно относиться осмотрительно. Растительных эстрогенов много в
вишне, яблоках, кукурузе, брокколи, моркови. Красное вино тоже, между прочим,
содержит немало столь полезных для человека веществ. К хорошо опробованным
растениям с эстрогенным эффектом относятся дягиль, солодка, клопогон
кистевидный, витекс священный, красный клевер, люцерна. Многие из этих растений
включены в комплексы «Женский комфорт-2», «Эф Си Си с Донг Квай», созданные
специально для женщин.

 

Владимир ЩЕРБАКОВ

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…