последствия аферы доктора Безвода

Трудно припомнить более дискутабельный вопрос, чем вопрос о роли высокодозной химиотерапии при лечении больных раком молочной железы. Ложь и наукаС.А.Тюляндин. Ложь в науке: последствия аферы доктора Безвода для высокодозной химиотерапии рака молочной железы.                            Материал предоставлен сервером РосОнкоВеб — www.rosoncoweb.ru Трудно припомнить более дискутабельный вопрос, чем вопрос о роли высокодозной химиотерапии при лечении больных раком молочной железы.  Каждый уважающий себя конгресс или конференция считали необходимым организовать дискуссию по этому вопросу. Копий было сломано немало, ибо результатов законченных исследований было недостаточно, чтобы придти к определенному заключению. Самым цитируемым автором сторонников высокодозной химиотерапии был исследователь из Южной Африки доктор Вернер Безвода. В 1995 году он и его коллеги опубликовали результаты рандомизированного исследования, в котором показали преимущество проведения высокодозной химиотерапии перед стандартной у больных метастатическим раком молочной железы [1]. Это исследование подверглось серьезной и обоснованной критике по поводу методологии его проведения, но никто не ставил под сомнение правдивость самих результатов. В дальнейшем никто не сумел получить подобных данных, и высокодозная химиотерапия остается экспериментальным подходом у больных с диссеминированным процессом.  Однако наибольшую популярность высокодозная химиотерапия завоевала при проведении адъювантной химиотерапии у больных с наличием 4 и более метастазов в подмышечные лимфоузлы. Ежегодно только в США проводилось от 5 до 7 тысяч курсов высокодозной химиотерапии с последующей аутотрансплантацией клеток-предшественников из периферической крови, хотя веские научные доказательства в пользу этой методики отсутствовали. Наконец в мае 1999 года на съезде ASCO в Атланте были доложены результаты трех рандомизированных исследований по использованию высокодозной химиотерапии с адъювантной целью [2]. Два из них свидетельствовали о том, что применение высокодозной химиотерапии не имеет преимуществ перед стандартной в случае проведения адъювантной терапии. И только исследование доктора Безвода доказывало обратное.  Получение таких противоречивых результатов заставило американских онкологов запросить разрешение на проверку результатов клинических исследований доктора Безвода. Такое разрешение было получено от госпиталя, где работает доктор Безвода. Проверка обнаружила серьезные нарушения в ведении документации и историй болезни, заставляющие думать об имевшей место подтасовке научных фактов. В своем письме доктор Безвода полностью признал выявленные нарушения и предоставление ложных результатов исследований.  Ложь доктора Безвода имеет ряд серьезнейших последствий. Не стоит говорить о загубленной карьере самого автора ибо он этого заслуживает. Речь идет о том, что ложь доктора Безвода нанесла вред больным подвергнувшимся высокодозной химиотерапии. Врачи, получая согласие больной на высокодозную химиотерапию, приводили в качестве аргумента «положительные» результаты исследований доктора Безвода, а больные принимали решение о проведении этого технически сложного и токсичного метода лечения на основании, как выяснилось, ложных и подтасованных данных. Возможно, ряд пациентов, особенно с серьезными осложнениями после такой терапии, или родственники больных, которые погибли после проведенной высокодозной химиотерапии (от осложнений или последующего прогрессирования заболевания), сочтут себя обманутыми и потребуют возмещение причиненного урона. Оставляя за рамками финансовую сторону вопроса, можно думать, что эта ложь нанесла серьезный удар по сложившейся практике взаимоотношений врача и больного, нуждающегося в проведении технически сложного и потенциально опасного лечения. Будет ли в дальнейшем уверен больной, думая о согласии на подобное лечение, что врач предоставил ему действительно правдивую информацию?  Не менее тяжелый удар нанесен репутации целого направления современной онкологии — высокодозной химиотерапии. Врачи этой специальности являются профессионалами высочайшей квалификации, работающими на стыке химиотерапии и интенсивной терапии. Они достигли высот в той и другой области, веруя, что именно их метод лечения сможет существенно улучшить результаты лечения многих заболеваний и спасти жизни еще недавно обреченных больных. Теперь выясняется, что в основании их веры и надежд лежали ложные факты.  Трудно веровать самому, но еще труднее подыскивать аргументы для больного, которому ты планируешь проводить высокодозную химиотерапию. Эта ложь нанесла серьезный урон, моральный и материальный, онкологической науке. «Положительные» результаты исследований доктора Безвода стимулировали проведение многочисленных исследований по оценке роли высокодозной химиотерапии у больных раком молочной железы, которые потребовали огромных финансовых инвестиций и времени. Моральный вред очевиден. Ложная наука подрывает веру в правильность и правдивость уже проведенных научных исследований, веру в моральный облик всех тех, кто посвятил свои жизни поиску эффективных методов борьбы со злокачественными опухолями.  Радует лишь то, что проведенная проверка была своевременной и позволила избежать долгосрочных последствий подтасовки научных фактов доктором Безвода. Публичность и решительность международного онкологического сообщества в изобличении «лживой науки» оставляет надежду, что нам удастся избежать подобного рода прецедентов в будущем. Литература. 1.    Bezwoda WR, Seymour L, Dansey RD. High-dose chemotherapy with hematopoietic rescue as primary treatment for metastatic breast cancer: a randomized trial. J Clin Oncol. 1995;13:2483-2489. 2.    С.М.Портной 1999 год. ASCO 35: Высокодозная химиотерапия рака молочной железы. РосОнкоWeb (http://www.rosoncoweb.ru/library/asco/35/5.htm)   

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос