История одного открытия

Все началось с того, что в конце 70-х начале 80-х годов прошлого века известный лишь узкому кругу специалистов патоморфолог-практик из Royal Perth Hospital (Австралия) Робин Уоррен (1937 года рождения), выполняя свою повседневную рутинную работу по изучению биопсийного материала, обнаружил интересную закономерность.Новый взгляд на старые болезни, или история одного открытия Новый взгляд на старые болезни, или история одного открытия Третьего октября 2005 года Нобелевская ассамблея, в состав которой входят 50 профессоров Karolinska Institutet (Швеция), присудила Нобелевскую премию в области физиологии и медицины австралийским медикам Робину Уоррену (Robin Warren) и Барри Маршаллу (Barry Marshall). Этой награды они были удостоены за сделанное почти четверть века назад открытие «Бактерия Helicobacter pylori и ее роль в развитии гастрита и язвенной болезни». Авторы этого открытия, поднявшись над существовавшими в то время представлениями и догмами, предложили принципиально иную теорию возникновения, казалось бы, «сугубо неинфекционных» заболеваний — гастрита и язвенной болезни.
Все началось с того, что в конце 70-х начале 80-х годов прошлого века известный лишь узкому кругу специалистов патоморфолог-практик из Royal Perth Hospital (Австралия) Робин Уоррен (1937 года рождения), выполняя свою повседневную рутинную работу по изучению биопсийного материала, обнаружил интересную закономерность. В гистологических препаратах антрального отдела желудка «с завидным постоянством» (более чем в 50% случаев) на поверхности слизистой оболочки обнаруживались маленькие изогнутые бактерии. Мало того что эти бактерии располагались на слизистой оболочке, так еще и организм реагировал на их присутствие воспалительной инфильтрацией стенки желудка! Эти данные явно противоречили стереотипам того времени: никакие бактерии «жить» в желудке не могли, поскольку его агрессивное содержимое должно уничтожать все попадавшие извне микроорганизмы. А Робин Уоррен их регулярно обнаруживал и описывал, тогда как другие патоморфологи — нет. И все же «находка» Робина Уоррена заинтересовала тогда еще совсем молодого, делавшего первые самостоятельные шаги в медицине, Барри Маршалла (1951 года рождения). Совместно они изучили биоптаты слизистой оболочки антрального отдела желудка. После нескольких попыток из образцов, взятых у пациентов с гастритом, Барри Маршалл выделил и культивировал тогда еще неизвестную бактерию, названную позднее Helicobacter pylori.

Для того чтобы доказать патогенные свойства выделенной бактерии, ученый, подражая великим медикам-естествоиспытателям прошлого, принял культуру бактерии внутрь. В последующем, по утверждению Робина Уоррена, у Барри Маршалла развился тяжелый гастрит. Этот факт, а также то, что обнаруженная бактерия очень часто определялась у пациентов с гастритом и язвенной болезнью, позволил ученым высказать предположение о том, что именно она вызывает развитие этих заболеваний. Но в то время доминировала точка зрения, что воспаление и язвенный дефект в желудке и двенадцатиперстной кишке возникают вследствие воздействия на слизистую оболочку агрессивного желудочного содержимого. Стрессы, неправильный образ жизни, погрешности в режиме и рационе питания считались наиболее значимыми факторами желудочной пептической агрессии. Даже язвенную болезнь в англоязычной литературе называли не иначе как «рeptic ulcer».

Утверждение, что желудок с его агрессивным содержимым может быть средой обитания бактерий, которые вдобавок являются основной причиной развития гастрита и язвенной болезни, на то время казалось просто фантастичным и мало похожим на правду. Тем более что его авторами были люди совсем неизвестные в медицинском научном мире. Не потому ли открытие Робина Уоррена и Барри Маршалла не было сразу воспринято и по достоинству оценено? Их первая совместная публикация «Unidentified curved bacilli in the stomach of patients with gastritis and peptic ulceration» в авторитетном медицинском издании Lancet увидела свет лишь в 1984 году, а в 2005 — за сформулированные в ней идеи авторы были удостоены Нобелевской премии! Ситуация по-своему уникальна.
Когда же данные Робина Уоррена и Барри Маршалла были подтверждены другими специалистами, в медицинском мире начался «хеликобактерный бум», который не ослабевает и по сей день. Уже третье десятилетие практическая и научная деятельность многих гастроэнтерологов, эпидемиологов, иммунологов, микробиологов, генетиков, биохимиков, фармакологов прямо или косвенно определяется сделанным почти четверть века назад Робином Уорреном и Барри Маршаллом открытием. За это время сделано немало. Установлены пути инфицирования Helicobacter pylori, распространенность инфекции, ее возрастные, половые, этнические и даже социальные различия.Подробно изучены строение и микробиологические свойства этого микроорганизма, процессы, обеспечивающие его жизнедеятельность, в том числе приспособляемость к агрессивным свойствам желудочного содержимого. Описаны ключевые механизмы, инициирующие воспаление и образование язвенного дефекта в слизистой оболочке желудка/двенадцатиперстной кишки. Выявлена антигенная разнородность штаммов Helicobacter pylori, а также некоторые различия в их вирулентных свойствах. Доказана принадлежность Helicobacter pylori к разряду канцерогенов І группы, установлен ряд механизмов индуцирования бактерией рака желудка и ассоциированной со слизистой лимфоидной опухоли, так называемой MALT-лимфомы. В желудке когтистой (монгольской) песчанки, искусственно инфицированной Helicobacter pylori, совсем недавно удалось воспроизвести лабораторную модель не только язвенной болезни, но и канцерогенеза, что в будущем позволит более детально разобраться в механизмах этих процессов.

Разработаны и внедрены в клиническую практику неинвазивные и инвазивные методы диагностики хеликобактерной инфекции, обладающие высокой чувствительностью и специфичностью. Созданы фармакологические препараты, обладающие выраженной антибактериальной активностью в отношении Helicobacter pylori, разработаны схемы и режимы их применения. Изучением различных аспектов проблемы хеликобактерной инфекции заняты специально созданные рабочие группы специалистов, в том числе и международные. Проводятся конгрессы, съезды, симпозиумы, круглые столы, которые вырабатывают документы, регламентирующие диагностику и лечение хеликобактерной инфекции. Самые известные из них — Маастрихские консенсусы 1996 и 2000 годов.
Результатами столь пристального изучения и массированного «наступления» на хеликобактерную инфекцию стало значительное снижение во многих развитых странах мира заболеваемости язвенной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки, уменьшение частоты встречаемости ее осложнений: кровотечения, перфорации, рубцово-язвенного стеноза. Но утверждать, что в проблеме хеликобактерной инфекции уже не осталось «белых пятен», было бы преждевременно. Даже в пресс-релизе Нобелевского комитета четко обо-значены спорные и требующие дальнейшего изучения и осмысления вопросы. Несмотря на то, что Helicobacter pylori инфицировано около 50% населения планеты, индуцированные ею заболевания развиваются у относительно небольшого количества людей. Доминирует так называемое бессимптомное носительство. Целесообразность превентивной эрадикации Helicobacter pylori у данной категории людей на сегодняшний день является сомнительной. Причина — существенный рост числа антибиотикорезистентных штаммов самых разных микроорганизмов, а не только данной бактерии. Уже сейчас специалисты столкнулись с необходимостью модифицировать и даже коренным образом менять эффективные совсем недавно схемы и режимы эрадикации Helicobacter pylori. Возникают аналогичные проблемы и в лечении других инфекций. И все же решение Нобелевского комитета следует признать абсолютно справедливым, ведь открытие Робина Уоррена и Барри Маршалла не только прошло проверку временем, но и определило одно из направлений развития многих естественных наук на многие десятилетия. И кто знает, возможно, в будущем инфекционная природа будет доказана и для других хронических воспалительных заболеваний: неспецифического язвенного колита, болезни Крона, ревматоидного артирита и даже атеросклероза. Во всяком случае, в пресс-релизе Нобелевского комитета высказывается такое предположение.
Источник: Medicus Amicus

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос