трансвеститы вынуждены молиться дома

Когда Моника была мальчиком, ее деревенская жизнь напоминала тюремное заключение. В 14 лет Кисун бежал из семьи в шумную, многолюдную Джакарту, чтобы превратиться в женщину. «Вся наша семья, вся наша деревня v очень религиозные люди. Когда Моника была мальчиком, ее деревенская жизнь напоминала тюремное заключение. В 14 лет Кисун бежал из семьи в шумную, многолюдную Джакарту, чтобы превратиться в женщину. «Вся наша семья, вся наша деревня v очень религиозные люди.
Они не позволяют себе никаких отступлений от принятых норм. Ну, ничего. Видите, мы с мамой любим друга. А еще 10 лет назад родственники знать меня не хотели», — говорит Моника. Сейчас Моника живет в крохотной комнате без окон v 4 квадратных метра в доходном доме в центре Джакарты. Соседи уважают Монику за то, что деньги она зарабатывает честно и аккуратно оплачивает коммунальные счета. «В 17 лет я сделала небольшую операцию, чтобы увеличить грудь. Я не скрываю: там, конечно, силикон, но ведь важен результат, это же красиво. Операция ниже, в этом месте, тоже возможна, но мне сказали, что это опасно и дорого. «Не будь сумасшедшей, ты и так настоящая девушка», — говорят Монике соседи. 2 года в Джакарте Моника промышляла проституцией, чтобы заплатить за обучение в школе парикмахеров. Теперь она хороший мастер и копит деньги, мечтая о том, чтобы уехать в Нидерланды. Там она хочет легально выйти замуж. В Индонезии, где абсолютное большинство жителей v мусульмане, такое невозможно.
«Да, у меня большие проблемы с моей религией. Особенно с молитвой. Биологически я ведь мужчина, а у мужчин для молитвы особое место, куда не имеют права заходить женщины, поэтому я давно не посещала мечеть. Молюсь дома», — признается Моника. Каждый день к выходу «в свет» Моника готовится у зеркала по два часа. Соседка каждый раз желает ей удачи и рекомендует не задерживаться. Моника ежедневно встречается со своими подружками. По ее словам, в городе около двух тысяч трансвеститов. Их называют леди-бой v женщина-мальчик. Джей-Джей v одно из многочисленных ночных заведений Джакарты. Здесь под пальмами собираются иностранцы, которые говорят, что в этой бывшей голландской колонии ислам с улыбающимся лицом. Популярный ночной клуб в Джакарте, в который ходит Моника, расположен на одной улице с мечетью. Не просто на одной улице, а что называется «двери в двери». Башни минарета высятся прямо над красными фонарями. Эти заведения уживаются мирно. Здесь легко нашли компромисс. Ночной клуб закрывается в 4 часа утра. Мечеть начинает работать в 5. После американских протестов, прокатившихся по Индонезии, туристы с Запада стали редкостью. Экономика индустрии развлечений катится в пропасть. Хозяева, предлагая бесплатные коктейли, хотят вернуть своей стране прежнюю привлекательность.
«Очень обидно, что наша страна стала каким-то пугалом для туристов и бизнесменов. Но вообще, мы дружелюбный народ. Все, кто здесь находится, рады видеть иностранцев», — говорит Моника.
Светские власти Джакарты всерьез задумались, как совместить священный месяц Рамадан с ночными развлечениями. Несмотря на протесты религиозных экстремистов, хозяевам рекомендуют в Рамадан не закрывать клубы, обещая полицейскую защиту от возможных погромов.
Информация собрана по источникам крупнейшей в России
информационной службы «Интегрум»

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос