Бордель в абортарии

Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как из стен больницы крупного областного центра вывели трех человек в наручниках, но пациентки гинекологического отделения еще долго не будут чувствовать себя в безопасности.Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как из стен больницы крупного областного центра вывели трех человек в наручниках, но пациентки гинекологического отделения еще долго не будут чувствовать себя в безопасности. Особенно если им предстоит испытать на себе наркоз…
Пузырьки в голове
— Доигрались мы с тобой, — сообщила мужу Вера. — Завтра ложусь на аборт.
В назначенное время Веру и трех ее подруг по несчастью пустили в предоперационную палату.
— Можно, я первая пойду? — попросила Вера. Однако анестезиолог распорядился иначе: Вере предстояло войти в операционную последней.
— Ты какой напиток больше всего любишь? — ласково спросил анестезиолог.
— Шампанское, — стуча от страха зубами, призналась Вера.
— Вот и хорошо. Сейчас сделаю укольчик, и тебе словно пузырьки в голову ударят, а потом ты заснешь, увидишь хороший сон — эротический. А проснешься — все будет позади…
Сначала перед глазами Веры в абсолютной темноте поплыли оранжевые точки, потом она услышала странное сопение и почувствовала… специфические толчки. «Это и есть обещанный сон?» — подумалось ей.
Женщина с трудом открыла глаза. То, что она увидела, показалось ей бредом:
доктор Селезнева и анестезиолог куда-то исчезли, а прямо над ней склонился незнакомый мужик. Его лоб был покрыт капельками пота. Приподняв голову, Вера увидела голый живот мужика. Сомнений в происходившем не осталось… Взгляд Веры встретился со взглядом насильника. Вера закричала что было мочи.
Из смежной комнаты выбежали хирург-гинеколог Нина Владимировна Селезнева и анестезиолог.
Незнакомец, пытаясь натянуть штаны, заметался по операционной.
Анестезиолог взял его под локоть, и они выскользнули за дверь.
— Голубушка, не стоит так волноваться, — успокаивала Нина Владимировна перепуганную Веру. — Вам просто все приснилось! Сейчас вернется доктор, сделает вам еще один укол, и мы все закончим.
— Нет уж, — Вера решительно слезла с кресла, — больше вы меня не одурачите. И вообще — я сейчас прямо в милицию!
— Давайте обо всем забудем, — прошептала Селезнева, — зачем нам с вами такой скандал?
Вера почувствовала, как в ее карман опустилась рука докторши. Выйдя на улицу, женщина достала из кармана стодолларовую банкноту. «Вот стерва, она же меня просто продала. Как проститутку! Ну, погоди у меня», — сказала себе женщина и отправилась в милицию.
Выслушав потерпевшую, сотрудники милиции пришли к выводу — либо перед ними любительница эротических фантазий, либо они имеют дело с отъявленными мошенниками.
— Взять таких преступников с поличным непросто, — рассказывает следователь Игорь Захаров. — Можно было сыграть захват впустую — в операционной не оказалось бы посторонних или бы изнасилование еще не началось. Мы прекрасно понимали: после случившегося с Верой Селезнева и ее сообщники на время затаятся. Мы выждали месяц, в течение которого проверили связи доктора Селезневой и анестезиолога Горшкова. Наше внимание привлек сын Селезневой Борис, который на тот момент занимался частным извозом.
С поличным!
Кавказец назвал адрес. Не торгуясь, плюхнулся на сиденье… От него пахнуло перегаром.
Разговор завязался сам собой. Через полчаса Борис знал о попутчике немало:
Гога торгует каким-то барахлом, в их городе бывает наездами — недели на три-четыре. Борис предложил Гоге такое развлечение, от которого у того даже глаза заблестели. Договорились встретиться на следующий день.
К четырем часам Гога был на месте. Борис потребовал деньги вперед, но кавказец заупрямился — сто долларов до развлечения, сто — после.
— Только чтоб блондинка была, — напомнил клиент.
— Само собой, — заверил Борис.
Он проводил гостя в холл перед операционной.
— Проходите, — пригласила Гогу доктор, — в вашем распоряжении не более получаса. Если что — мы рядом, за стеночкой.
Уже через десять минут Гога появился в дверях кабинета, достал из бумажника сто долларов и отдал доктору Селезневой. Через секунду в кабинете появились люди в камуфляже… За спинами врачей защелкнулись наручники. Гога достал удостоверение и представился задержанным: «Капитан милиции Георгий Георгадзе».
«Клиент хочет рыженькую»
(Из беседы с капитаном Георгадзе)

— Идея организовать бизнес на своем рабочем месте пришла в голову Нине Селезневой год назад. Тогда ее сын угодил в аварию. Чтобы расплатиться за разбитую «Вольво», в которую врезалась «шестерка» Бориса, сбережений Селезневой не хватило. Анестезиолог Горшков вошел в положение коллеги, и вместе они продали свою первую жертву… «крыше» хозяина «Вольво». Потом аналогичным способом заработали на ремонт собственной «шестерки»… На этом потребности врачей не закончились, дело встало на поток.
— Кто находил клиентов?
— Борис, он оказался классным психологом, с первого взгляда угадывал нужного клиента. Во время поездки выводил его на разговор о «клубничке». Клиент, не ожидая подвоха, откровенничал, а потом получал заманчивое предложение. У Бориса было всего несколько осечек — один клиент попросил остановить машину и вышел, еще несколько человек не явились на встречу. Надо заметить, что никто из этих мужчин не обратился в милицию. Со временем преступники почувствовали свою неуязвимость. Неудивительно: ведь даже главврач гинекологического отделения не могла проникнуть в операционную, не постучавшись. По ее свидетельству, нередко ей открывали дверь спустя три—четыре минуты.
— Что же предлагали преступники своим клиентам?
— Вообще сервис пытались организовать по максимуму. Нина Владимировна подбирала жертву, руководствуясь пожеланиями клиента, — рыженькую, пухленькую и так далее. Конечно, эти критерии довольно условны — клиента предупреждали, что деньги берут за «ситуацию». Но все же врач присматривалась к пациенткам и подходящим назначала время аборта, исходя из собственных интересов. Женщину приглашали в операционную последней, когда остальные пациентки уже отправлялись по домам. Ей вводился наркоз, половые органы обрабатывали антисептиком, чтобы не подхватила случайную заразу, и оставляли наедине с клиентом.
— Мог ли он поменять позу женщины, находящейся под наркозом?
— Нет, на гинекологическом кресле перевернуть женщину на бок или на живот практически невозможно, зато само кресло легко меняет высоту, как вертолет. Естественно, ноги женщины зафиксированы так, что половые органы максимально доступны.
— Клиенты приходили только по одному?
— Иногда Борис приводил сразу двух клиентов, которые по очереди занимались сексом с беззащитными женщинами.
— А обеспечивалась ли хоть как-то их безопасность? Ведь мог явиться и маньяк…
— Анестезиолог пытается оправдать себя тем, что следил за происходящим через замочную скважину…
— Сколько стоил секс на «вертолете»?
— Селезнева призналась, что они не брезговали даже суммой в одну тысячу рублей. Максимально удалось «снять» двести долларов. — Много ли женщин успело побывать на «вертолете», летящем «другим рейсом»?
— Около двух сотен.
Идет следствие. Борису Селезневу предъявлено обвинение в сводничестве, что предполагает лишение свободы до трех лет. Нину Селезневу и Сергея Горшкова будут судить за организацию объединения, посягающего на личность и права граждан, они могут оказаться за решеткой на пять лет.
На вопрос следователя, не тяжело ли было так «работать», Нина Владимировна ответила:
— Да ничего тяжелого, в любой больнице такое организовать не проблема!
Раскаяния в содеянном в ответе врача-преступницы следователь не уловил.
Комментарий сексолога:
— Я предполагаю, что проблем с поисками клиентов у Бориса не возникало. Ситуация, которую предлагали мошенники, настолько экзотична, что многие любители экстрима не отказались бы пополнить свою коллекцию таким неординарным случаем.
Ситуации с больницей недаром обыгрываются в эротических фильмах: врач, повелевающий своей пациенткой, пациентка, полностью отдающаяся доктору…
В данном случае пикантная ситуация, щекочущая нервы, не игра актрисы или проститутки, а реальная жизнь. Кроме того, клиент понимает, что перед ним не продажная женщина, а порядочная. Может быть, чья-то жена… Это тоже заводит.
Известно, что многие мужчины не любят использовать презервативы; в этом случае они и не нужны — женщина абсолютно чиста, исключена и возможность повторного «залета». Так что закончить близость можно естественным образом.
Комментарий юриста:
— Преступление врачей можно отнести к тяжким. Они не только использовали тела пациенток для собственной наживы, но и подвергали риску их жизнь. Среди клиентов мог оказаться больной СПИДом, маньяк или извращенец. К счастью, пациентки легко отделались, если, конечно, в данном случае можно так выразиться.
Скорее всего, следствию не удастся доказать посягательство на жизнь потерпевших, но на самом деле на совести преступников — именно этот грех.
Из досье
Современные препараты, используемые в анестезиологии, в отличие от препаратов предыдущих поколений, не вызывают после пробуждения побочных эффектов: тошноты, головокружения, помутнения сознания. Кроме того, сегодня врач может рассчитать точное время действия наркоза. Однако некоторые вещества и лекарственные препараты тормозят действие анестетиков. Так, содержащийся в крови пациента алкоголь может прекратить действие наркоза ранее предполагаемого срока. Есть также примеры индивидуальной невосприимчивости к анестезии. Для усыпления таких пациентов требуется большее количество препарата и постоянное наблюдение врача-анестезиолога.
Источник: s-info.ru

Комментариев пока нет.

Добавить комментарий


Беркегейм Михаил

About Беркегейм Михаил

Я родился 23 ноября 1945 года в Москве. Учился в школе 612. до 8 класса. Мама учитель химии. Папа инженер. Я очень увлекался химией и радиоэлектроникой. Из химии меня очень увлекала пиротехника. После взрыва нескольких помоек , я уже был на учете в детской комнате милиции. У меня была кличка Миша – химик. Из за этого после 8 класса дед отвел меня в 19 мед училище. Где меня не знали. Мой отчим был известный врач гинеколог. В 1968 году я поступил на вечерний факультет медицинского института. Мой отчим определил мою профессию. Но увлечение электроникой не прошло, и я получил вторую специальность по электронике. Когда я стал работать врачом гинекологом в медицинском центре «Брак и Семья» в 1980 году, я понял., что важнейшим моментом в лечении бесплодия является совмещение по времени секса и овуляции. Мне было известно, что овуляция может быть в любое время и несколько раз в месяц. И самое главное, что часто бывают все признаки овуляции. Но ее не происходит. Это называется псевдоовуляция. Меня посетила идея создать прибор надежно определяющий овуляцию. На это ушло около 20 лет. Две мои жены меня не поняли. Я мало времени уделял семье. Третья жена уже терпит 18 лет. В итоге прибор получился. Этот прибор помог вылечить бесплодие у очень многих женщин…
×
Записаться на приём или задать вопрос